Операция «Арлекин» - Александр Афанасьев

Интересные дела…

Николай пошел окончательно улаживать дела с документами на погруженный товар, обе женщины считали это ниже своего достоинства, да и не знали что да как если честно. В коридоре, где толкались и суетились офицеры и прапорщики — он увидел Аслана. И даже не удивился

Аслан кивнул — пойдем…

…

— Вот этот установишь дома. И этот. Сам посмотри, где.

…

— Вот этот в кабинете. Ты туда доступ имеешь, посмотри. Лучше — за батареей.

Николай смотрел на странные устройства, размером примерно с половину спичечного коробка.

— Как ставить?

— Любой клей. Только смотри, не просвисти. Японские, если пропадут жуки — нам за них голову оторвут…

…

— Перчатки надень. Вытри, перед тем как ставить.

…

— Вот это вот ретранслятор, похож на обычный радиоприемник. Поставишь у себя в комнате и держи все время включенным…

…

Вечером того же дня — Аслан остановил свою шестерку у тротуара одной из неприметных городских улиц. Дважды мигнул фарами — это означало «да», единица — нет, любая другая комбинация — тревога. Шедший навстречу по тротуару типичный немец, возвращавшийся из магазина — резко свернул, споро забрался в машину. Шестерка тронулась.

— Ну?

— Жуки забурчали, товарищ полковник.

Басин довольно кивнул.

— Как работают?

— У Тимура ретранслятор. Дальше сигнал идет на запись, в багажник машины. Машина легальная стоит на стоянке.

— Запись там на сколько?

— Технари сказали, минимум на четыре дня, пока аккумулятор не сядет.

— Потом?

— Поменяем машину.

— Радиоконтроль там есть?

— Есть, но сигнал маскируется под обычный. Периодического контроля помещений там нет.

Басин кивнул.

— Куда едем?

— В Дружбу народов…

…

Надо сказать, что полковник Басин никогда бы не получил ни японские жучки (они закупались за валюту и использовались только для важнейших операций ПГУ и ВГУ, военной контрразведке такие не полагались), ни спецаппаратуру такого уровня, если бы не два обстоятельства.

Первое — розыскное дело «Дурман». Это дело, которое уже несколько лет то прекращалось, то начиналось вновь. Следствие велось по факту причастности офицеров советской армии, в том числе высокопоставленных к наркотранзиту. Причем к настоящему времени — оперативно-следственная группа пришла к выводу, что первые факты были еще до 1980 года, до Афганистана — еще в семидесятые кто-то в Ташкенте занимался скупкой и отправкой в Россию, Украину, страны Прибалтики опиумного мака и растений конопли. Тогда это конечно было не в таких масштабах, на всю Москву было всего несколько сотен наркозависимых. Но и им — было нужно, причем постоянно. Потом — зараза переползла через границу. В Афганистане росла лучшая в мире конопля, но сами афганцы употребляли ее мало. В семидесятые годы страна была меккой для хиппи, которые через Европу ползли в Индию, но часто задерживались в Афганистане на месяцы, если не навсегда. Сами афганцы снисходительно смотрели на странных, волосатых европейцев, которые сушили и с блаженным видом курили траву, которую едят овцы^[6]. Сами афганцы употребляли традиционный для этой части света насвай, а опиум использовали для обезболивания и борьбы с болезнями желудка^[7].

Зато с приходом советской армии все изменилось. Советские солдаты, находясь в постоянном стрессе, нуждались в чем-то, чтобы его снять, а разрешить, например, употребление красного вина как во французской армии — не додумались. Нужно было и обезболивающее из-за промедола которого вечно не хватало^[8]. Плюс — ЦРУ США сделали ставку на разложение советского ограниченного контингента через его наркотизацию по опыту Вьетнама — и у ворот воинских частей появились точки и дилеры. Единственным родом войск, где этого не было, был спецназ — замеченного либо выгоняли, либо жестоко избивали сослуживцы, потому что один наркоман мог стать причиной гибели всей группы…

Но постепенно — кто-то в командовании понял, что наркотики можно транспортировать в Союз — и там за них будут давать совсем другую цену. В самом Союзе количество наркоманов увеличилось на порядок, и росло с каждым годом. Особенно отличалась Грузия, первая советская республика, где наркомания стала массовым явлением и захватила значительную часть молодежи^[9].

Где наркотики — там большие деньги, там — убийства, коррупция, звериная жестокость. Но были и люди, которые годами, рискуя жизнью (от рук мафии погибли уже несколько следователей и оперативников) расследовали эти преступления. Так они вышли на транзит героина через СССР за рубеж — и передача происходила через ГДР.

Второй причиной было то, что в Вашингтоне вышел на связь источник, кодовое имя которого меняли каждые два месяца — он был настолько ценен, что его личное дело лежало в сейфе председателя КГБ. Он сообщил, что назначен руководителем группы по проверке информации и поиску крота. Но это не было главное — главным было то что по его данным высокопоставленный офицер Советской Армии в Западной группе войск в чине не ниже полковника — был предателем и уже много лет передавал на Запад совершенно секретную информацию…