Игры с ангелами - Лариса Соболева

Ольга симптоматично дышала, все ее существо от волос до печенки протестовало против задания, но в данном случае она бесправна, ей хотелось другого положения, а именно – быть над. Она слишком много терпела унизительных замечаний и подначиваний от каждого тупого опера вроде Феликса, а еще эти закатывания очей до одних белков, как делает любимец всех – ядовитый Сорняк Женя.

– Ладно, я пойду, – сдалась она. – А вы что будете делать?

– Работать, Оля, работать, – попытался мягко вдолбить ей Павел. – Как видишь, не всегда получается блицкриг в нашем деле, обычно это долго, нудно, скучно, как сейчас. Да, версий у нас нет. Пока. Ты же знаешь, часто уходят годы на поиск преступников. Короче, Оля, эти фигурки для нас очень важны. Преступники разгромили обе комнаты и прихожую, не оставив там ни одной целой вещи, а…

– Там еще посуда была, – напомнила Ольга.

– Не думаю, что посуда имеет какое-либо смысловое значение, а вот фигурки ангелов… слишком нетипично для современного молодого парня.

– Чем?! – прорвало ее. – Чем это барахло может помочь?

– А кстати! – будто не услышал ее стона Павел. – Поставь коллекцию на продажу, текст такой напиши: «Продается коллекция ангелов, принадлежавшая Илье Грюмину». Цену не пиши… или… О! По договоренности напиши. Свободна.

Она ушла, Феликс повернул голову к двери и забухтел:

– Спасибо, Марихуана, что не хлопнула дверью, а то после обильных возлияний в командировке у меня головка бо-бо. Настя меня второй день отпаивает, а тут эта…с претензиями.

– Так, – сказал Павел. – Давайте, ребята, ближе к столу. Быстрее… Всем удобно? Феликс рассказал вам о результате поездки?

– Да, Павел Игоревич, мы уже в курсе, – кивнул Вениамин.

– Тогда быстро докладывайте, что у вас.

– Мы провели повторный опрос в универе, – начал Веня, вынимая из кожаной папки лист, который положил на стол. – Вам стоит поговорить вот с этими ребятами. Можно мое мнение?

– Конечно.

– Не вызывайте их повесткой, туда тоже не стоит ходить, а пригласите студебеккеров к себе в кабинет.

– Студебеккеры? – озадачился Феликс. – Это грузовик времен Отечественной войны, кажется…

– Американский, – подтвердил Веня. – Я так студентов прозвал. Примитивные, тормоза у них не работают, кривляются, будто князья. В общем, они как раритет на выставке – одни понты, а толку ноль.

– Ты не слишком строг? – рассмеялся Терехов.

– Так достали детки нас с Веником, – признался Женя. – Нет, есть и нормальные, но мало. Честно.

– А в связи с чем возник совет? – поинтересовался Павел у Вени.

Как правило, тот немногословен, но каждому хотелось внести свой вклад в расследование, которое затянулось по сравнению с предыдущими. На них уже с усмешками смотрят, Ольга прилюдно шпильки вставляет, намекая, что у кружка Терехова от успехов голова не на месте. Вениамин наблюдательный человек, поэтому слушали его внимательно:

– Ваш кабинет – территория им непривычная, к тому же это место, где, грубо говоря, карают и милуют, следовательно, помимо воли, несмотря на тыл за спиной в лице дорогих родителей, студебеккеры станут вибрировать. Это обеспечит ошибки с их стороны, оговорки и проколы, а уж с этим, Павел Игоревич, вы знаете, что делать. А на своей территории студебеккеры ведут себя развязно, там они чувствуют защиту, сама атмосфера их подстегивает наглеть и отталкивать наши вопросы. За редким исключением. Но, Павел Игоревич, как раз два исключения входят в этот список, который вы держите.

– Серьезно? – удивился Павел. – То есть самые положительные студенты вас насторожили, я правильно понял?

– Совершенно верно. А еще двое так себе, но вы прокачайте их, всего шестеро… короче, вы посмотрите видео и поймете. Но я не закончил. Если вызовете повесткой, придут с армией адвокатов – грозились, да. Думаю, от страха им нужна будет защита, тут у них не будет выхода. А вот на предварительную беседу – это лазейка, скорей всего, придут сами, потому что боятся родителей. В этом случае огласки не будет, значит, мамочки с папочками не узнают о походе к нам. Я изложил исключительно свои ощущения.

– Но как будто мои мысли прочел, – сказал Женя.

– Логика в твоих словах есть, – согласился Павел. – Все?

– Да так, мелочь, – настала очередь Жени отчитаться, он положил студенческий на стол. – Это нашли во время уборки в квартире убитого. Между диванной спинкой и самим диваном. Мы о владельце потихоньку узнали, он самый старый на курсе – почти двадцать семь лет, преподы хвалят. Учится на управленца и экономиста… слово есть более точное и красивое… инноватика. Я, честно говоря, не знаю, что это, но что-то очень крутое.

– Александр Сербин, – прочел Павел, – второй курс. Узнайте все данные, главное, номер телефона, будем вызывать.

– Повесткой? – спросил Вениамин.

– Ты же сам советовал без повестки, – улыбнулся ему Павел. – Мы пока не знаем, как билет попал между спинкой и диваном, вообще ничего не знаем.

– Так у нас есть версия или нет? – полюбопытствовал Женя.

Понятно, что после поездки Терехова и Феликса ребят окрылила мысль: вот оно – счастье, а то ведь начальство сердится, привыкло оно к быстрым и чужим победам, делающим рейтинг. И пока Павел формулировал основные мысли, чтобы изложить их кратко, Феликс поделился своими соображениями:

– Грюмин получил урок, жесткий урок, если он продолжил свою паскудную деятельность, то Илюша полный дурак…

– Или маньяк, – дополнил меланхолик Женя.

– Или то и другое, – сказал реалист Вениамин.

– Версия, конечно, есть, – задумчиво произнес Павел, – но больше ничего не прилагается к этой версии. Подозреваемых нет, улик… Хм, улик много, но… Даже если Илья не усвоил урок, если его убийство чья-та месть, а это логичная версия после того, что мы о нем узнали, нам в любом случае предстоит ее доказать. Однако не забывайте, там что-то искали. Да, да, Феликс, не надо рожи корчить, там что-то искали, Ольга права.

– Вообще-то, Павел Игоревич, мы все так подумали еще на трупе, – сказал Женя. – А потом вы сами отказались…

– Не отказались, а отодвинули, – вяло возразил Феликс, сегодня он не в духе, возможно, на него так Ольга действует. – Слишком показательный разгром. Если пришли убить, почему громили? Кстати, его убивали, как сказал Антоша Степанович, целенаправленно! Это значит, пришли не громить, а убивать. Паша, это месть.

– Но доказательств ноль, – улыбнулся Павел, чтобы смягчить внезапно возникшую атмосферу уныния. – Эй, а чего это у вас такие скучные лица, будто не выспались? Все не так уж плохо. Феликс? С Настей что-то не так?

– С Настей порядок, – пробросил тот, но из задумчивости не вышел. – Просто думаю насчет ангелов, но пока ничего интересного не надумал. Помнишь, Дима назвал сестру ангелом?