Потаенный свет - Майкл Коннелли

Заведение Кейт Мантилини на бульваре Уилшир представляло собой два ряда кабин с высокими спинками, обеспечивающими посетителям уединенность не меньшую, чем клетушка в любом ночном клубе со стриптизом. Уединение в людном месте – что может быть лучше? Поэтому я и выбрал этот ресторан.

Я прибыл сюда на пятнадцать минут раньше назначенного времени и сел в кабину с окном на бульвар. Пиплз тоже не припозднился. Он прошел между рядами кабин, высматривая меня, и молча устроился напротив.

– Агент Пиплз, я рад, что вы приехали, – произнес я.

– А что мне оставалось делать? – угрюмо отозвался он.

– Боюсь, что ничего.

Пиплз раскрыл меню.

– Никогда здесь не был. Как тут кормят?

– Неплохо. По средам подают приличный цыплячий пирог.

– Сегодня не среда.

– Вы не есть сюда приехали.

В глазах Пиплза мелькнули недобрые огоньки, но он промолчал. Мы оба знали, козыри – у меня. Я выглянул в окно.

– Вы не расставили на улице своих людей, агент Пиплз?

– Я приехал один, как и сказала ваша адвокатша.

– Я вам верю. Но если ваши люди снова схватят меня или начнут наезжать на моего адвоката, материалы попадут и в печать, и на телевидение, и в Интернет. Если я исчезну, об этом узнают те, кому следует.

Пиплз покачал головой.

– Что вы твердите одно и то же! Мы не в Южной Америке, Босх, и в ФБР не фашисты работают.

– Когда сидишь в этом шикарном ресторане – да, чувствуешь, что ты не в Южной Америке. Но когда тебя бросают в камеру на девятом этаже... Муса Азиз и другие, кого вы там держите, не знают, где она находится, – в Калифорнии или Колумбии.

– Вы защищаете людей, которые мечтают разорить нашу страну?

– Я никого не...

Подошла официантка:

– Меня зовут Кэти. Вы готовы сделать заказ?

Пиплз велел принести ему кофе, а я – кофе и пломбир. Кэти ушла. Пиплз удивленно смотрел на меня.

– Я не на службе, могу позволить себе пломбир, – промолвил я.

– Хорошо быть безработным.

– Они делают замечательные пломбиры и работают допоздна. Это хорошее сочетание.

– Спасибо, возьму на заметку.

– Вы видели фильм "Жара"? Полицейский, которого играет Аль Пачино, встречается с грабителем Де Ниро в этом ресторане. И именно здесь каждый из них обещает проломить противнику череп.

Наши взгляды встретились. Сообщение передано. Пора переходить к делу.

– Как вам понравилась моя задумка – камера в часах?

У Пиплза был такой вид, будто его столкнули в ров со львами. Он понимал, что его ожидает, если запись сделается достоянием гласности. Милтон, разумеется, полетит с должности, и он, его непосредственный начальник, тоже. Пленка с Родни Кингом дошла до самых верхов.

– Я был возмущен увиденным. Я наметил посетить Лоутона Кросса и принести ему свои извинения.

– Очень благородно с вашей стороны.

– Не подумайте, что это наша обычная практика. И превышение полномочий не прощается. Считайте, агент Милтон у нас больше не работает. Не обещаю, что в отношении него будет возбуждено дело, но носить значок ФБР ему недолго. Я позабочусь об этом.

– Еще бы! – произнес я с сарказмом.

На щеках Пиплза проступили пятна.

– Босх, чего вы хотите?

– Чтобы ваши люди прекратили слежку за мной и мне вернули бумаги Лоутона Кросса. Я хочу ознакомиться с материалами на Азиза.

– Материалы на Азиза засекречены. Дело касается государственной безопасности и...

– Так рассекретьте их. Мне важно выяснить, связан ли он с ограблением киношников. Мне нужно знать, что вам известно о его местонахождении в течение двух суток. И еще я желаю проговорить с самим Азизом.

– Это невозможно.

– В противном случае вся Америка увидит, как ваш подчиненный измывается над беспомощным человеком в инвалидной коляске. Над заслуженным сотрудником полиции, получившим тяжелые увечья, исполняя свой служебный долг. Помните, какой эффект произвела запись с Родни Кингом? Гарантирую, что загремит не только Милтон – загремит весь ваш девятый этаж. Уж генеральный прокурор постарается, и остальные тоже, кому положено. Вы это понимаете, специальный агент Пиплз?

Он уставился в одну точку и ничего не ответил.

– И если вы хоть на секунду засомневались, дам ли я ход делу, значит, плохо меня знаете.

Я ждал, что скажет Пиплз. Официантка принесла кофе, сообщила, что пломбир будет через минуту. Ни я, ни Пиплз не поблагодарили ее.

– Не сомневаюсь, Босх, не сомневаюсь. Я знаком с такими, как вы, которые личные интересы ставят выше общественных.

– Бросьте эту дребедень насчет общественных интересов, Пиплз. Вы предоставляете мне, что я требую, увольняете Милтона и живете спокойно, будто ничего не случилось. Вот и весь общественный интерес.

Пиплз отхлебнул кофе и, обжегшись, поморщился. Отодвинув чашку, он встал из-за стола.

– Я свяжусь с вами, – мрачно промолвил он.

– Даю вам двадцать четыре часа. Жду вашего звонка завтра вечером. Иначе наша договоренность насмарку.

Пиплз вытер губы салфеткой и спросил:

– Кто использовал сегодня вашу кредитную карточку в "Коммандер-Пэлас" в Лас-Вегасе?

Значит, я нахожусь под строжайшим надзором.