Изгнание в Индию - Арам Тер-Газарян

* * *

Утром того же дня, когда сыновья Мика и Рори под видом специально нанятых рабочих, заколачивали окна дома Дэвида Сколфилда, прислуга, наспех собравшая свои пожитки, покидала Англию на небольших лодках. Они плыли в Америку через Ирландию, Норвегию, Францию и Нидерланды. Уезжали по одному или по двое, если в семье были совсем маленькие дети. Через полгода все эти люди начали новую, обеспеченную жизнь на своей новой родине.

А в самый разгар рабочего дня, в центральном офисе банка появился известный британский финансист мистер Джордж Кларк в сопровождении своего не менее известного делового партнера и друга Дэвида Сколфилда. Они уже давно были реабилитированы и законом, и обществом. Скандальная история послужила обоим только на пользу – Кларк стал по-настоящему известной личностью в Англии и за ее пределами. Некоторые авторитетные политики даже прочили ему должность премьер-министра. А Дэвид, проявив свое сострадание к несчастной жене, взял под личный патронаж лечебницу неподалеку от Бомбея, а также несколько интернатов для девушек из бедных семей в самой Англии.

В это утро фотографии Кларка, пожимающего руку Дэвиду, появились во всех деловых изданиях. Газеты сообщили, что друзья решились на беспрецедентный шаг – решили вложить деньги в нефтяные месторождения Южной Африки. Эти открытые месторождения, по мнению предпринимателей, должны были обеспечить империю топливом на ближайшее столетие.

Кларк и Сколфилд вошли в банк, каждый держа в руках по экземпляру газеты. Их провели в приемную для особых гостей, где Сколфилд, предъявив доверенность на распоряжение своими деньгами, с улыбкой наблюдал, как Кларк подписывал платежные поручения о переводе всех хранившихся у него денег на сто двадцать частных счетов по всему миру. После этого, уважаемые господа пожали друг другу руки, и, потребовав незамедлительно отправить платежные поручения телефонограммой в банки получателей, удалились. Полтора миллиона триста одиннадцать тысяч семьсот четыре фунта сорок пять пени исчезли со счета банка.

Воодушевленные прибытием таких почетных гостей, управляющие и рядовые клерки еще несколько дней гадали о причинах столь странного распределения денег.

* * *

В каюту арендованного крохотного парохода вошли двое мужчин. Они откинули капюшоны своих плащей, закрывавшие лица.

– Ну, как все прошло? – улыбаясь, спросила Анна.

– Кажется, отлично! – ответил ей Кларк.

– Прекрасно! – сказала Анна. – Идите, смойте грим.

Мужчины вышли из каюты.

Сидевшие рядом с ней Рори и Мик радостно улыбались.

– Ну что же, господа, – сказала им Анна. – Самое позднее – завтра все деньги будут у наших людей.

Когда актеры вернулись в каюты уже в своем обычном облике, лишь слегка напоминавшем Кларка и Сколфилда, Анна выдала им по пять тысяч фунтов, билеты на пароход до Канады и новые паспорта.

– Рори, Мик! Отправляйтесь – сказала она своим напарникам, когда актеры покинули пароход. – Встречаемся через два месяца в Риме.

Мик и Рори, уже передавшие второй аванс из десяти тысяч фунтов, лежавших в сейфе Сколфилда, и по мешочку с бриллиантами, попрощались и вышли.

Полтора года подготовки не прошли зря.

Через час после подписания эпохального документа, мистер Сколфилд, решивший путешествовать анонимно, отправился в порт, и занял королевскую каюту в пароходе, отплывавшим в Касабланку. Его следы потерялись где-то в марокканской пустыне.

Все прояснилось через месяц, когда рабочие, расчищавшие дно для заливки свай моста, вытащили из реки Гудзон в Нью-Йорке полностью изъеденный рыбами и раками скелет, к руке которого наручниками намертво была прикреплена капсула. Они приняли останки за очередную жертву криминальных разборок. Прибывший на место преспупления шеф отделения полиции приказал открыть капсулу. Оттуда достали записку: «Правосудие совершено Анной Лансер».

Журналисты быстро раскопали в архивах историю Анны, и разразился новый скандал. Кроме того, что тело оказалось бывшим полковником Джорджем Кларком, еще и выяснилось, что многие из его друзей искали эксцентричного финансиста по всему миру. Когда пришло известие о его инвестициях в Южную Африку, дом Кларка буквально подвергся штурму звонков и писем от друзей и деловых партнеров. Но растерянная прислуга не могла ничего толком ответить. За три недели до сенсационного сообщения газет, Кларк позвонил помощнику и сообщил, что срочно отплывает в Англию, и что все сообщения надо слать ему либо на пароход, либо в отель, в котором он забронировал номер.

Когда выяснилось, что Кларк не появился ни на пароходе, ни в отеле, Скотланд-Ярд инициировал обыск в доме Дэвида, где к двери его спальни была прикреплена точно такая же записка. В самой же спальни полицейские наткнулись на полуистлевший труп.