Наследие Луны - Дэвид Линн Гоулмон

– Есть, сэр, – сказал Менденхолл, в очередной раз поражаясь, как полковнику удалось уйти от неминуемой гибели.

– Предлагаю взять машину и на всех парах мчаться в город.

Эверетт вытащил обойму из «узи» и проверил оставшиеся патроны. Улыбнувшись, вставил обойму обратно и подошел к водительской двери, отпихнув с дороги подставку домкрата и монтировку.

– Парни, пора. Похоже, у нашего бывшего «дельты» еще немало друзей.

* * *

Два часа спустя старая и побитая «Импала» подкатила к главному терминалу аэропорта. Эверетт ехал по всем объездным дорогам, которые только удалось найти на окраинах города, и этот извилистый маршрут стоил им времени.

– Вот, прибыли, – сказал Эверет, поставив машину на ручник. – Райан, как думаешь, сможешь лететь с таким распухшим носом?

– Очень смешно. Вот что я вам скажу: болит зверски, и от рож, которые Менденхолл корчит каждый раз, когда смотрит на меня, легче не становится.

Уилл открыл заднюю дверь и, пока Райан не видел, улыбнулся.

Джек встал и принялся разминать затекшие мышцы, украдкой поглядывая по сторонам.

– Что с раскопками, полковник? – спросил Уилл.

– Пока ничего. Мы понятия не имеем, как глубоко они идут. Возможно, придется иметь дело с правительством и армией Эквадора. – Он повернулся к остальным и закрыл дверь машины.

– А как быть с оружием в туннелях? – спросил Райан, осторожно ощупывая нос.

– Даже если мы сможем вернуться, ничего там уже не будет. Надо как можно быстрее сообщить Найлзу. Пусть разбирается руководство.

* * *

Американцы направились в частную секцию аэропорта, а Джеймс Маккейб опустил полевой бинокль, в который рассматривал парковку, стоя на другом конце улицы.

– Можно подстрелить их, пока не сели в самолет, – заметил его помощник.

Маккейб снова поднял бинокль, наблюдая, как Коллинз со своими людьми входит в терминал.

– Зачем? – спросил он с улыбкой. – Когда во время полевой операции совершают ошибки, их не усугубляют очередной глупостью. – Он опустил бинокль и бросил его охраннику в штатском. – Необходимо минимизировать последствия оплошности – по крайней мере, собрать сведения для следующего раунда. Пускай взлетают, зато мы точно будем знать, где они приземлятся.

– И все-таки вместо следящего устройства нам следовало установить на их самолет бомбу, – возразил широкоплечий немец.

– Вот почему ты – это ты, а я – это я. Мне нужно знать, на кого работает Джек со своими прихвостнями, а как это сделать, если он мертв, а?

Маккейб открыл дверь лимузина.

– Прикончите тех двух раненых идиотов, которые напали на них и в итоге снова дали им сбежать, – сказал Маккейб, пристально посмотрев на немца перед тем, как сесть в лимузин. – Если еще раз мои инструкции не будут выполнены до мельчайших деталей, следующим ляжешь ты. Во всем должна быть дисциплина, иначе начнется хаос. А в хаосе нельзя заниматься тем, за что нам платят.

Маккейб уже сидел в автомобиле, а немец все еще чувствовал на лице жар от его взгляда.

– Так, а теперь давай в наш частный ангар. Очень хочется что-нибудь взорвать.

Космический центр Джонсона

Хьюстон, штат Техас

Директор Эпплби следил за выражением лица Найлза Комптона. Несмотря на усталость от многочасовых перелетов, тот выглядел бодро и свежо.

Они сидели в маленькой неприметной комнатке и смотрели на широкий экран. Сара, которой, как всегда, не удалось сдержать изумление при виде невероятного, прикоснулась к изображению на мониторе, затем посмотрела на Эпплби.

По приказу директора компьютерная система НАСА и УППОНИР показала разделенное изображение из двух разных ангаров. В одном из ангаров было полно людей в белых комбинезонах. На переднем плане гордо высилась ступень высокой мощности, представлявшая собой гигантский твердотопливный ракетный ускоритель.

– Мистер Комптон, я дарю вам «Арес-один» – новейшую платформу, которая по конструкции представляет собой линейную двухступенчатую ракету. Ее основная задача – выводить экипажи астронавтов из четырех-шести человек на земную орбиту. Однако «Арес-один» также может использовать свою полезную нагрузку в двадцать пять тонн для доставки снабжения на МКС или размещать эту нагрузку на орбите для других космических аппаратов, направляющихся к Луне и дальше. Вообще-то, согласно президентскому проекту бюджета, эта программа должна была попасть под сокращение, однако, с учетом близящегося окончания полетов шаттлов, президент указал нам на лазейку – своего рода теневой проект, благодаря которому работа над «Аресом» не прекратилась.

– Сколько у нас таких? – спросил Найлз, рассматривая огромный ускоритель и другие ступени «Ареса», лежавшие в разобранном виде в массивном комплексе, где разрабатывался проект.

Гигантская ракета на мониторе сияла белизной, и зрелище было настолько впечатляющим, что Найлз не мог от него оторваться.

– Одна платформа готова уже сейчас, причем в комплекте с капсулой для экипажа «Орион» и лунным посадочным модулем «Альтаир». Все это новейшие системы, разработанные для высадки и продолжительного пребывания людей на Луне. Другой «Арес» вместе с посадочным и транспортировочным модулем готов на три четверти, их можно собрать и перевезти на космодром в считаные недели.

– Стало быть, у нас только два «Ареса» и никаких запасных вариантов? – Найлз повернулся к Эпплби. – Ведь эти системы не проходили испытаний.

Эпплби хотел возразить, но Найлз жестом остановил его.

– Это не претензия, просто замечание. Что, если президент даст ход лунной миссии, а система подведет?

– Именно поэтому, мистер Комптон, я и привел вас сюда. Позвольте показать вам единственный надежный запасной вариант.

Эпплби нажал несколько кнопок на клавиатуре.

– В моем исследовательском отделе эту программу зарубили давным-давно, но романтики из НАСА пожелали его оставить.

На глазах гостей изображение «Ареса» сменилось изображением с другой камеры. В огромном строении, похожем на ангар, не кипела работа, как в цеху проекта «Арес», – там было темно, и внутри, рядом с трудноразличимой громадой, находились только четыре человека.

– Этот ангар расположен – спрятан, если угодно, – на малоиспользуемой площадке на мысе. – Эпплби посмотрел на Сару и Вирджинию. – Я про мыс Канаверал.

Пока гости разглядывали махину, он снял трубку телефона.

– Дэн, щелкните выключателем и снимите брезент. Пусть наши гости увидят воочию, что у нас там.

Ангар залило ярким светом. Четверо рабочих схватились за края огромного красного брезента и потянули. Вскоре к ним присоединились несколько охранников в белых рубашках, чтобы полотно в сотню квадратных ярдов никого не убило. Когда оно, наконец, сползло, Найлз тут же узнал, что под ним скрывалось, и вспомнил, что такое быть влюбленным. Перед ним возникло зрелище, которое он видел еще в детстве, – зрелище, рядом с которым люди, обнажившие его, казались муравьями.