Богиня кофейного рая - Валерия Леман

Мбове покачал головой, одновременно пожимая плечами.

– На это наш эксперт сразу обратил внимание: никаких отпечатков. Это и ясно: убийца убивал в перчатках, чтобы не было лишних улик.

– Лишних улик – хорошо сказано, – усмехнулся я. – Но почему тогда вместе с кинжалом, буркой и абаей в пакете под кроватью не оказались и те самые перчатки?

Мбове на мгновение задумался и почти тут же махнул рукой.

– Какая разница! Этот вопрос лучше задать вашему приятелю Куятэ: куда он, в самом деле, закинул те самые перчатки?

– А вы сами не задавали ему этот вопрос?

– Пока не задавал, но теперь непременно задам. Хотя ваш приятель только пару раз повторил, что никого не убивал и ничего не знает, заявил, что отказывается отвечать на наши вопросы, и тут же захрапел. Обычно мы не позволяем арестованным запросто уснуть, но тут особый случай. Пусть парень выспится и наберется сил – в ближайшие часы они ему очень даже понадобятся!

Комиссар в очередной раз расхохотался и поднялся, от души потянувшись.

– Честно говоря, и я не прочь бы соснуть пару часиков! Ей-богу, я думал, эти два убийства сведут меня с ума! Сначала была проблема поймать Акиду и переговорить с ним. Когда наконец мы встретились и я стал задавать вопросы, старик смотрел на меня сверху вниз, как будто я полный дурак и задаю совершенно дурацкие вопросы. Пару раз мне хотелось просто так арестовать его и подержать пару дней в участке, чтобы не задирал нос!

Сами понимаете, при этих откровениях я немного повеселел. На память пришел наш сегодняшний разговор с лебоном, его слова о глазах души и дружеское рукопожатие при прощании. На меня он не смотрел сверху вниз.

– Осторожно, – ехидно усмехнулся я, поднимаясь вслед за комиссаром. – Вы же сами говорили, что предпочитаете не связываться с лебонами. Посадите Акиду в участок на пару суток, и тут же с вами начнут происходить ужасные вещи. На вашем месте я бы не рисковал.

Комиссар посмотрел на меня, подозрительно нахмурившись.

– Прошу не запугивать меня, мистер Петрухин. Я – добрый католик, по мере возможности всегда посещаю службы в городском храме и даже жертвую на его нужды. Да, я осторожно отношусь к лебонам и прочим, потому что, как уже рассказывал, остался без матери из-за одной ведьмы. Но…

Я поднял обе руки.

– Сдаюсь, комиссар! И все-таки послушайте меня: Леня Куятэ – не убийца. Во-первых, повторюсь: слишком уж грубо подкинуты кровавые улики. Во-вторых, я просто знаю Леню сто лет: он комара боится прихлопнуть, не то что всадить кинжал в спину живому человеку.

Комиссар снова хмыкнул.

– Хорошо. А что вы можете предложить взамен? Какова ваша версия?

Признаться, в моей голове до сих пор не было никакой такой готовой версии, сплошная каша. Я вздохнул.

– В отличие от вас, я еще не разобрался со всеми этими событиями. Знаю лишь, что Акида, скажем так, очень не любил Нгала, который над ним смеялся, а Мошу считал предателем, променявшим родную веру на христианство угнетателей-европейцев… Я также знаю, что, благодаря активной саморекламе Джимми Нгума, о его Черной Мари наверняка мечтал не один из приезжих туристов, и каждый из них мог договориться о ее похищении…

Комиссар укоризненно покачал головой.

– Вот видите, вы сами ничего не можете придумать. А время идет, пресса с первых же дней кричит, что полиция ничего не делает – как будто нам стоит лишь взмахнуть волшебной палочкой, чтобы найти убийцу! На меня, между прочим, уже наседает мой босс – действуй, Мбове, действуй! Вот я и действую: пока нет других версий, будем разбираться с вашим приятелем. Прошу извинить, мистер, я больше не могу уделить вам времени.

Ясно-понятно. Не мудрствуя лукаво, истинный убийца подкинул Лене в номер не только кинжал, но и одежду – идеальный камуфляж, а полиция ухватилась за это, как за дар богов. Еще бы: гораздо проще свалить вину на непонятного русского негра, чем искать настоящего убийцу, ломая себе голову под свист и улюлюканье прессы.

Я вежливо поклонился.

– Полагаю, пресса будет в восторге от вашей версии: россиянин-альбинос Леня Куятэ гулял в костюме угнетенной африканской женщины неподалеку от студии Джимми, вдруг увидел Нгала и рванул за ним. Вероятно, Куятэ внезапно вспомнил, как Нгала приставал к его подруге Маше, или попросту захотел выместить на ком-нибудь свою тоску по Родине.

Мбове начинал понемногу кипятиться.

– Любую версию можно превратить в анекдот. А если ваш Куятэ заранее договорился с Нгала о встрече в студии?

– Интересно, зачем?

– Не стройте из себя самого умного! Вот проспится ваш приятель, тогда и расскажет, как на самом деле было дело.

Я грозно посмотрел на комиссара.

– Ничего подобного Леня Куятэ вам не расскажет, потому что он тут абсолютно ни при чем. Если только славная танзанийская полиция не попытается выбить из парня нужные показания. Но в таком случае хочу вас предупредить: в дело вмешается Россия, я лично привлеку российское посольство…

Комиссар едва не побелел от злости.

– Послушайте, вы – полный олух, хотя пытаетесь строить из себя умника! Полиция Танзании ничем не хуже полиции любой другой страны мира, и никто не собирается выбивать показания из вашего приятеля. Повторяю вам еще раз: слишком много фактов и свидетелей связывают Леню Куятэ с обоими убийствами. К нам приезжают туристы со всего мира, чтобы путешествовать, знакомиться с природой, любоваться животными. А ваш приятель приехал неделю назад и уже дважды ночевал в кутузке! Чего же вы хотите?! – Мбове даже сжал кулаки от сдерживаемой злости. – А то, что улики он бросил в собственном номере на виду, можно легко объяснить. Вчера в ночь Куятэ с подружкой встречали Рождество на вашей ферме, все напились, вернулись в гостиницу среди ночи… Быть может, Куятэ начал что-то искать и по-глупому забросил под кровать пакет с уликами, попавшийся под руку. А на следующий день ему некогда было вспоминать об уликах, ведь вы с ним отправились бузить дальше, в стриптиз-клуб, снова пить и веселиться!

Распаляющийся комиссар, похоже, забыл, что только что прощался со мной. Грех было этим не воспользоваться.

– Кстати сказать, у нас на ферме мы сидели все вместе, а около двух часов ночи Леня с Машей вернулись в Арушу. По-вашему, пьяный Леня отвез подругу в отель, после чего вернулся к нам на ферму, встретился с Мошей, убил его, куда-то запрятал Черную Мари, затем снова вернулся в Арушу, в свой номер в отеле и лег спать. Интересно в таком случае, где же парень умудрился припрятать Черную Мари? Вы, кстати, хорошо обыскали его номер?

Комиссар Мбове хмуро смотрел на меня. Дослушав фразу до конца, он решительно расправил плечи.

– Вы все сказали? Полагаю, у вас нет никаких сведений, которые могут оправдать вашего друга? В таком случае до свидания, прошу покинуть мой кабинет.

Я вежливо улыбнулся и неторопливо прошел к двери. Напоследок я обернулся и многозначительно поднял вверх указательный палец.