Курс выживания - Оксана Обухова

А если на этот раз враг не промахнется? Если я вписываюсь в авантюру против сильнейшего, а он стреляет наверняка и без промаха?

Да чушь все это! Не собирается он в меня стрелять! Его действия направлены на дискредитацию, а не на уничтожение.

«Пока, – сказал мой внутренний голос. – А потом, когда учует запах жареного, может и выстрелить».

Но что же делать? Что делать, если не могу я, как умная тетя из приличного детектива, сидеть и спокойно примерять костюмчик негодяя на близких людей?! Что, если совесть моя иначе устроена!

Я ведь пробовала. Честно. Но в результате плевала на это занятие и вызывала огонь на себя.

Мне так легче.

«А если легче, так сиди и не ной. Придумай ситуацию, в которой информатор определит себя. Подстрой. Заставь его действовать, высунуться наружу».

Чем? Как?

«Лиши его времени, поставь в цейтнот. До приезда Туполева осталось четыре дня, и ты должна успеть получить хоть какие-то доказательства или как минимум четче очертить круг подозреваемых».

Итак… Подстегнуть информатора временем?

Да.

Но как?!

А очень просто, заставь его поверить, что хозяин Назар Савельевич приедет уже завтра.

И что это даст?

А даст это… Повторную подмену эликсира для полоскания рта!! Если Туполев приедет завтра… ты, как безгрешная жертва, начнешь бить себя в грудь и клясться в непорочности. То есть не исключено, потребуешь провести повторную экспертизу…

А впрочем, для Назара будет достаточным доказательством, если глаза его жены заблестят ночью, как у мартовской кошки. И получается, что информатор просто обязан подменить мне бутылочку с эликсиром, подмешав туда кокс. Хотя бы на первый вечер.

А потом убрать. Чтобы следов не осталось.

Точно. Именно это поможет ему… или ей убедить Туполева в моем лукавстве. На утро Назар сам отведет меня под белы ручки к наркологам. И получит новое доказательство.

Я сбегала в спальню за сотовым телефоном и набрала на нем номер приемной Туполева.

– Доброе утро, Маргарита Натановна, это Софья.

– Добрый день, – поздоровалась секретарша.

– У меня к вам просьба. Я уже отъезжаю от города… а от Назара Савельевича пришло СМС-со-общение о том, что у него изменился день вылета. Не могли бы вы связаться с нашим домом и передать в гараж, что машина понадобится уже завтра днем. У меня что-то мобильник глючит, я смогла дозвониться только до вас.

– Хорошо, Софья Николаевна, – отозвалась секретарша. – Кому это сообщить?

– В гараж. Начальнику охраны. Ирине Яковлевне я сама позвоню позже.

– Я все сделаю, Софья Николаевна. Счастливой поездки.

В том, что Маргарита Натановна сделает все как надо и не будет говорить больше положенного, я не сомневалась. Натановна у нас не болтушка и лишних объяснений типа «мне тут позвонила жена шефа, а тот прислал ей эсэмэску» не делает. Она просто и сухо передаст информацию по линии. И все.

А вот разговор с домочадцами мне придется взять на себя. Наврать маленько – Назар Савельевич на яхте вне зоны действия сотовой связи, а спутниковый телефон барахлит, и сообщение он отправил рано утром, выходя из порта.

Перезванивать сыну и проверять информацию Ирина Яковлевна не будет. Туполев не любит, когда его беспокоят в деловых поездках пустыми звонками, он звонит сам и преимущественно мне. Так уж повелось. Пару раз Ирина Яковлевна откровенно обижалась (ей казалось, что сын ее контролирует, проверяет) и постепенно свела эти звонки на нет.

… Я слегка подкрасила губы, связала волосы в конский хвост и, кряхтя, выбралась из подполья. Отправилась на улицу – готовить почву под посевы тучной лжи.

Много времени пахота не заняла. Уже к обеду я знала – план работает. Поместье готовится к приезду Хозяина. Но эти несколько часов в обществе мне, как неопытному подпольщику-пахарю, показались истинной пыткой. Соню Туполеву жалели – все. Ирина Яковлевна и прочие ничего не знали о причинах, по которым меня не пустили отдохнуть на Ривьере, и старались на совесть. (Вот будет цирк, когда родственники вспомнят свои реверансы, выслушивая от Туполева рассказ о настоящих причинах моего затворничества!) Ирина Яковлевна угощала невестку самолично исполненным пирогом с клубничным джемом, Раечка заботливо подливала чаю, Ульяна – молодая и оттого более зоркая – пытливо играла глазами.

Я держалась не хуже подпольщика на допросе в гестапо. То есть врала складно и давала подкупить себя булками.

Чаем меня угощали в саду под яблонями, и окрестности своего дома – в особенности входную дверь – я держала под неусыпным контролем. Баночку и тюбик, привезенные из аптеки, я, конечно, пометила, но обнаружить позже в своей ванной подмену мало. Важно увидеть человека, который ее произвел. Иначе весь мой план совершенно бесполезен и наживка в виде средств для ухода за полостью рта соскочит впустую.

От обеда и ужина в гостях у Ирины Яковлевны мне удалось отвертеться, сославшись на плохое самочувствие и головную боль. Дамы дружно поохали и снабдили меня пилюлями и общими рекомендациями о пользе здорового питания.

– Ты очень осунулась, Сонечка, – сетовала дорогая свекровь. – Надо лучше кушать.

– Я позже тебе борща принесу, – сказала Раечка и очень удивилась ужасу в моих глазах, последовавшему за столь невинным предложением.

Врать, так с размахом, решила я и пожаловалась еще и на понос.

Свой дом я снова заперла. И если бы когда-то поддалась клептоманской привычке и стащила из какого-нибудь отеля табличку с просьбой не беспокоить – на трех языках, – то обязательно повесила бы ее на ручку двери с обратной стороны.

Но впрочем, мне хватило и устного приказа. Не думаю, что горничная Ирина сильно грустила, когда ей убавили фронт работы и попросили не появляться в хозяйском доме.

Прилаживать на ручки двух дверей сигнализацию из стаканов с медяками я тоже не стала. Вряд ли информатор отважится при свете дня, на глазах всего поместья ломиться в запертый дом. Подобное желание трудно объяснимо. А поместье у нас населенное.

Так что, по моим расчетам, визита врага следовало ожидать ночью.

Я улеглась в постель и, чувствуя приятную тяжесть в желудке, полном пирога, уснула. Ночка мне предстояла тяжелая в любом случае. Придет информатор или нет, безмятежно дрыхнуть мне точно не придется.

* * *

Проснувшись поздним вечером, я начала приводить план в исполнение. Изобразила на своей постели «спящую Соню» из диванных думочек и коричневого плюшевого медведя. Входную дверь запирать на задвижку не стала, так как мы с Туполевым вообще это редко делаем. В полночь погасила свет во всем доме и села ждать на стул, поставленный в темной комнате напротив коридора к ванной.

Если злоумышленник проникнет в дом, он обязательно пройдет мимо этой комнаты к полочкам над умывальником. Дальше я незаметно прокрадусь за его спиной и в зависимости от обстоятельств либо огрею колотушкой для бифштексов, либо оглушу электрошокером. Колотушку я взяла на кухне, шокер достала из собственной прикроватной тумбы. Положила все это на колени и превратилась в слух.