Эскорт - Наталья Андреева

Судя по тону, каким заветное имя было произнесено, эту девушку Олега все кудрявые «девочки» одобряли. Хореограф тут же ушел, а женщина задержалась. Смахнула невидимую пыль с телевизора, потом сказала:

— Ну что? Вы убедились, что мальчик ни в чем не виноват?

— Он уходил из дома в воскресенье? — влез вдруг лейтенант Попугайчик.

Женщина замялась, сложила на животе руки‑крылья и ответила вопросом на вопрос:

— А сам Олежек что сказал? Погодите‑ка… Оля! Катя!

Сергей Павлович понял, что сейчас все семейство по сигналу матери‑наседки дружно ринется подтверждать то, что сказал Олежек. Если так, то у Новлянского есть алиби. В количестве… Он мысленно сделал подсчеты и тут же остановил женщину:

— Не надо. Не надо Олю и Катю. А также Машу и… Кто там у вас еще?

— Саша, — с готовностью ответила женщина. — Два, То есть две… То есть один Са…

Воспользовавшись тем, что она запуталась, Волнистый выскочил из комнаты.

— Не так надо действовать, Сережа, — сказал он лейтенанту Попугайчику, выводя того из квартиры Новлянских.

— А как?

Они вышли на улицу. Волнистый вытер ладонью лоб. Однако припекает.

— Устал я, Сережа. Тяжелый был день. Принес бы ты Мне пива холодного, что ли. Горло промочить.

Пока лейтенант Попугайчик бегал за пивом, майор терпеливо ждал его в машине. И тут… Сергей Павлович невольно пригнулся. У подъезда лихо притормозила новенькая иномарка красного цвета — и в это же время из дверей выскочил Олег Новлянский. Волосы у него были влажные. Дверца машины открылась, они с девушкой обменялись нежными поцелуями. Потом хореограф полез в салон. Судя по всему, и была Ирочка, которую, все его семейство одобряло. В отличие от Нэтти.

Зрение у Волнистого было отличное. Он хорошо разглядел плотного сложения красотку, которая жевала жвачку, как какая‑нибудь корова, не собираясь, впрочем, давать молока. Она сама, похоже, доила состоятельных родителей. Сергей Павлович оценил: упакована основательно. Хорошая машина, дорогая одежда, «навороченный» мобильный телефон. К Новлянскому не спешила: ждала, когда тот подлетит, чмокнет в подставленную щечку. Знала себе цену. Да и Новлянский ее знал.

Внешность девушки Олега, очевидно, не смущала. Красотка ничем не напоминала эфирных созданий, которыми ежедневно занимался хореограф. Сергей Павлович хорошо разглядел ее круглые щеки и шею, похожую на колонну. Вряд ли Новлянский смог бы ее поднять. Но зато суетился подле и при этом без конца улыбался. Когда парочка уехала, появился наконец и запыхавшийся лейтенант Попугайчик.

— Вот, Сергей Палыч! — Он показал запотевшую бутылку. — Сойдет?

— Что? Пиво? А я уж забыл, за чем тебя, Сережа, послал. Завтра надо будет в офис к Раскатовой наведаться. Хореограф‑то теперь ломаться не ста‑[нет. Прямо как девица красная! Ишь! Видел я сейчас его Офелию. Это, доложу я тебе, та еще будет нимфа!

Уже на следующее утро майор Волнистый приехал в модельное агентство Раскатовой с намерением нажать на Олега Новлянского. И застал того в компании Ричарда Носкова. Последний расположился со своим походным набором косметики в тесной гримерной, стены которой были обвешаны зеркалами. От этого казалось, что в комнате толпа народа. На самом же деле в гримерке находились трое. Сам Новлянский, Носков за работой, а в кресле перед огромным, в рост человека, зеркалом сидела уже знакомая майору Волнистому девица. Та самая, из красной иномарки. Ричард задумчиво разглядывал ее в зеркале и нес всякую чепуху. Замолчал он, только увидев в дверях знакомую парочку: майора Волнистого и лейтенанта Попугайчика. После громкого «о!» Носков резко развернулся всем корпусом, сметая косметику, разложенную на туалетном столике. Кисти, лаки, коробочки с румянами и тенями и прочие доспехи странствующего рыцаря посыпались на пол. Лейтенант поспешно подскочил и стал собирать упавшие предметы. Некоторые из них сильно пострадали в результате падения.

— Вы, лейтенант, ко мне в ассистенты? — натянуто улыбнулся Носков.

— Такой пупсик! — пискнула девица в кресле. — Отпад!

Лейтенант, пристраивавший в это время на походном наборе теней прозрачную пленку с наименованиями цветов, побагровел.

— Не помешаем? — поинтересовался Сергей Павлович.

— Уже, — уронил стилист, открывая тюбик с тональным кремом. И сердито добавил: — Вы же видите, здесь и без вас развернуться негде.

Олег Новлянский тронул майора за рукав и прошептал:

— Только не при Ирочке. Это моя невеста. Девушка из хорошей семьи. Не говорите, что вы из милиции. Я вам все расскажу.

— Олег, работать! — В гримерку заглянула Евгения Львовна. Увидев майора Волнистого с лейтенантом Попугайчиком, сказала кисло: — Вы снова здесь? Ко мне?

— И к вам, — подтвердил Сергей Павлович.

Раскатова тут же исчезла. Вместе с ней испарился Новлянский. Сергей Павлович и лейтенант Попугайчик остались наблюдать за работой стилиста. Дик уже успел перекрасить своей модели волосы и готовился заняться лицом. Сергей Павлович признал, что сегодня прическа девицы выглядит значительно лучше. У Носкова был хороший вкус. Но вдохновение уже покинуло стилиста. Очень неохотно Носков приступил к работе. Он молчал во время всего процесса, а под конец не выдержал:

— Послушайте, господа! Я не могу работать, когда у меня за спиной так громко дышат!

— Я вообще не дышу, — тут же заявил лейтенант.

— Зато ваше оперение все время колышется. Майор со злостью взглянул на Носкова. Шутник! И тут же вышел из гримерки. Хотел было заняться Новлянским, но Олег изо всех сил делал вид, что чрезвычайно занят. У балетного станка, выполняя его команды, изгибалась тоненькая как тростинка девушка, две другие ждали своей очереди.

— А когда у вас перерыв? — спросил Сергей Павлович.

Раскатова, оказавшаяся поблизости, зашипела:

— Вы мешаете людям работать. Я буду жаловаться.

И Волнистый ретировался. Когда он вновь заглянул в гримерку, Носков уже закончил работу. Его модель задумчиво разглядывала в зеркале свое лицо. Потом неуверенно сказала:

— Класс…

Дверь неожиданно распахнулась; Евгения Львовна возникла на пороге с возгласом:

— Ричард!

Потом словно споткнулась и с недоумением глянула на девицу.

— Что это с тобой? Решил вернуться в прошлое? Давно уже я не видела, чтобы ты делал такой макияж! Эти розовые тени…

Носков вдруг позеленел. С того дня, как убили Нэтти, Сергей Павлович впервые видел стилиста в таком состоянии. Ричард явно был не в себе. Нервным жестом он смахнул со столика баллончики, кисти, тюбики, коробочки и заорал:

— Яне могу так работать! Яне хотел этого! Черт знает что! Чтобы вас больше не было рядом, когда я работаю!! Всех!!!