Живые не любят умирать - Маргарита Малинина

– Где ты целыми днями пропадаешь? – остановив меня на лестнице на следующий день, набросился Паша с невнятными упреками. Сзади маячил его закадычный друг.

– Пропадаю? Не мы ли сейчас вместе сидели в столовой и завтракали? – логично парировала я.

– Но при всех же мы не можем говорить о… – запнулся он и, понизив голос до трагического шепота, спросил: – У нас же на сегодня запланирован поход туда! Мы должны стереть свои отпечатки до приезда полиции, ты не забыла?

– Конечно, не забыла.

Логинов продолжал молчать.

– Что ж ты от друзей своих скрываешься? – продолжал гневаться Самойлов. Ишь ты, разошелся. Новый приступ гипертрофированной эмоциональности, что ли? Молчуном он мне больше нравился. – Нам ведь столько нужно обсудить!

– Паш, хорош кипятиться, ты ж флегматик! Вот и будь им.

– Я?! Я холерик! – с гордостью выдал флегматик Павел. – И вообще, не пора ли нам обсудить стоящую перед нами на сегодня задачу?

– Что обсудить? Как научиться летать? – хмыкнула я. – Ты же слышал про провода!

– Кать, вот ты считаешь себя оптимисткой, но в некоторых случаях бываешь таким скептиком!

– Я не скептик, я просто умею реалистично смотреть на вещи и оценивать наши возможности. Вернуться в имение, не потревожив сигнализацию, – не-ре-аль-но!

– Тише ты, – шикнул он на меня. – Плохо знаешь своих друзей! Жека нашел способ! А ты его всегда недооцениваешь! Ну, Жек, че молчишь? Расскажи ей свой план!

– А я уже не раз твердил мисс Марпл, что веры в людей в ней нет. Нисколечки. Но прежде чем опровергнуть ее пессимистичный взгляд на разумность других, отличных от нее, представителей гомо сапиенс, давайте пройдем в какое-нибудь закрытое помещение, где никто не сможет нас подслушать. – Каким-нибудь закрытым помещением для нас оказалась, естественно, моя комната. Не знаю, чем она им так приглянулась. – Итак, Катюха, слушай мой сверхгениальный план, который, как и все гениальные идеи, по сути прост, как грабли. Нужно всего-навсего усыпить охрану. То, что они проспят установку сигнализации, теперь уже никого не удивит. Но, скорее всего, после перебранки с Ильей они вообще это не признают, даже под пытками.

– Ага, одна загвоздка: где мы снотворное добудем?

– Как где? Пахан же медик!

– Медик-медик, – подтвердил Пахан.

– Он с собой пять кило всяких лекарств и таблеток привез, думаю, снотворное среди них отыщется.

– Не помню, брал ли снотворное, – вдумчиво промолвил Паша. – Вероятнее всего, брал. Пойду проверю.

– Иди, – согласно кивнул Женя, – а мы тебя тут подождем. – Когда за другом закрылась дверь, он подошел поближе, взглянул мне в лицо и тихо спросил: – Ты не боишься туда идти? После того, что мы там увидели? – В его голосе отчетливо сквозила забота о ближнем. С каких это пор он стал обо мне заботиться?

– Ты знаешь, чего я боюсь. Но они давно подохли от голода, сам же говорил, – хмыкнула я.

Минуту мы постояли молча.

– Ребят, облом, – сообщил вернувшийся Самойлов скорбную весть. – Нет у меня с собой снотворного. Всю сумку выпотрошил, все пять кило перебрал, нету! – Паша картинно развел руками. – И что нам делать?

– Ну, давай спросим у мистера Сверхгениальный план, – предложила я.

– А все очень просто, – принялся растолковывать нам, глупым, выход из создавшейся ситуации умник Логинов. – Думаете, в таком громадном здании не найдется лекарства от бессонницы? Снотворное обязательно должно быть, и прислуга знает, где оно хранится.

– Угу, – кивнула я в знак одобрения. Он и вправду не слишком глуп. – Значит, нужно спуститься на первый этаж, разыскать Алю или Нину и посетовать на полное отсутствие сновидений. Кто это сделает? – Оба посмотрели на меня. – Понятно.

На кухне горничная мыла целую гору посуды.

– Альбина…

– Да?

– Ты знаешь, я целую ночь не могла заснуть. Ворочалась с боку на бок. Боюсь, сегодня произойдет та же история. Ты не могла бы мне чем-нибудь помочь? Может, у тебя есть таблетки?

– Да, есть снотворное. Вот здесь лежит. – Аля бросила на время свои тарелки и показала мне уголок в ящике стола. – Если что, бери, не стесняйся. Я в последние ночи тоже с трудом засыпаю, из-за Ирки. Что с ней приключилось? Вернется – убью.

«Кто-то тебя опередил», – чуть не ляпнул мой язык, прикусив его, я высыпала в ладонь несколько таблеток из белой пластмассовой баночки и, пожелав Але спокойной ночи, поднялась в комнату, где ждали ребята.

– А охранников кто усыплять будет? Опять я? – с порога злобным тоном осведомилась я, подходя к ним ближе.

– Это уже наша работа, – заверили они и продемонстрировали мне бутылку дорогущего коньяка.

– Что это такое? Откуда взяли?

– Позаимствовали в хозяйском баре на втором этаже, – так просто ответили мне компаньоны, точно разговор шел о погоде.

– Вы оба чокнулись! – Я в недоумении схватилась за голову. – Во-первых, вы воры! Во-вторых, им нельзя, они же на посту! Это же охрана, охрана не пьет!

– С нами? – Женька передразнил бессмертного Лелика: – С нами пьют даже трезвенники и язвенники. Ха-ха-ха! – Получилось очень похоже, особенно заключительный аккорд «ха-ха-ха».

– Глупости. Они пошлют вас куда подальше вместе с вашим коньяком.

– Посмотрим, – парировали оба негодяя.

– В-третьих, – продолжила я озлобленно читать мораль, – вы что, их убить решили? Всем известно, что нельзя смешивать лекарства и алкоголь!

Логинов ответил с апломбом:

– Это простым людям нельзя, а мы не простые, так как среди нас есть врач.

– Что ж, будь по-вашему. – Я отдала парням таблетки. – Я снимаю с себя ответственность.

– Ну, Пахан, рассчитывай дозу, – велел довольный Жека. И чему он так радуется?