За гранью - Питер Робинсон

— Кто?

— Да вы знаете кто. Пэйн.

— По-прежнему без сознания.

— Он выживет?

— Пока неизвестно, Джанет.

— Ясно. Я понимаю, это просто… ну, я полагаю, что ситуация может измениться. Вы же знаете мое дело.

— Если он умрет? Да, тогда ситуация изменится. Но сейчас не это главное. Подробно расскажите, что произошло в подвале Пэйнов, а потом я задам вам кое-какие вопросы. И наконец, надо будет письменно изложить показания. Это не допрос, Джанет. Я уверена, вы побывали в аду, и ни у кого нет ни малейшего желания видеть в вас преступника. Но существует обязательная процедура, которую мы должны пройти, и чем скорее, тем лучше.

Не все было правдой в словах Энни, но она хотела, чтобы Джанет успокоилась. Энни знала, что придется задавать наводящие вопросы, торопить Тейлор, может быть, даже проявлять настойчивость, быть резкой. Такова была ее манера ведения допроса, только так она могла докопаться до правды. Она будет действовать по обстановке, но, если потребуется применить не вполне гуманные методы, чтобы заставить Джанет быть искренней, тут уж ничего не попишешь. Чертова парочка, эти Чамберс и Хартнелл. Но что делать… раз уж ей выпала на долю эта проклятая работа, то она выполнит ее как положено.

— Хорошо-хорошо, — теперь уже Джанет успокаивала Энни. — Я ведь не сделала ничего дурного.

— Я в этом уверена. Ну, начнем?

Джанет заговорила скучным, невыразительным голосом, как будто она уже не в первый раз пересказывает эту историю или своими словами излагает случай из жизни постороннего человека. Энни, наблюдая за ней, старалась расшифровать язык ее телодвижений. Джанет не могла спокойно усидеть на стуле, то скрещивала ноги, то поджимала их под стул; пересказывая эпизоды, вызывающие в ней особенный ужас, она стискивала руки, и ее голос понижался до шепота. Энни не перебивала, лишь иногда делала пометки в блокноте. Страшный рассказ еще не был закончен, когда Джанет вдруг замолчала. Она говорила о том, что села ждать «скорую», держа на коленях голову констебля Морриси и чувствуя, как его теплая кровь заливает ей бедра, глаза ее расширились, на лбу пролегла морщина, глаза наполнились слезами — и у нее перехватило горло.

Энни дала ей время справиться с волнением и спросила, не хочет ли она пить. Джанет кивнула, и она принесла ей стакан воды из питьевого фонтанчика. В комнате было жарко, потому Энни наполнила стакан и для себя.

— Джанет, сейчас я задам несколько вопросов, а потом оставлю вас, чтобы вы написали показания.

Джанет зевнула. Она прикрыла рот рукой, но не извинилась. Энни знала, что зевота — признак страха и нервозности, но было понятно, что Джанет Тейлор настолько устала, что Энни решила не обращать на это внимания.

— О чем вы думали там, в подвале? — спросила Энни.

— О чем? Я не уверена, что в это время вообще думала. Я, если можно так сказать, просто реагировала.

— Вы вспоминали что-либо из того, чему вас учили?

Джанет Тейлор рассмеялась, но это был горький смех.

— Обучение не подготовило меня к тому, с чем я столкнулась.

— А навыки владения дубинкой?

— Об этом я не должна была думать. Я действовала рефлекторно.

— Вы чувствовали, что вам угрожают?

— Не чувствовала, была уверена. Он уже убил ту девушку на матраце, Денниса и собирался убить меня.

— А как вы узнали, что она убита?

— Что?

— Кимберли Майерс. Как вы поняли, что она мертва? Вы сказали, что все произошло так быстро, что вы едва успели взглянуть на нее перед тем, как он на вас напал.

— Просто предположила… Мне так показалось, потому что она лежала обнаженная на матраце с желтой веревкой вокруг шеи. Глаза были открыты…

— Понятно, — сказала Энни. — Значит, вы даже не попытались спасти ее, защитить?

— Нет. Я пыталась спасти Денниса.

— Вы решили, что вас ожидает та же участь?

— Да. — Джанет отпила немного воды. Капля стекла с подбородка на серую футболку, но она этого не заметила.

— Итак, вы расчехлили дубинку. Что было потом?

— Я же рассказывала. Он бросился на меня с безумными глазами.

— И замахнулся мачете?

— Да. Я отразила удар дубинкой, прижав ее к руке, как нас учили. И, когда он замахнулся еще раз, я ударила его.

— В какое место вы нанесли ему первый удар?

— По голове.

— В какую часть головы?

— Не знаю. Я как-то не думала об этом.

— Но вы хотели обездвижить его, сделать неопасным, так?

— Я хотела не дать ему убить себя.

— Для этого вы нанесли ему удар в какое-то определенное место?

— Понимаете, я правша, поэтому, я полагаю, что ударила в левую часть головы, куда-то в височную область.

— Он упал?

— Нет, но удар привел его в состояние шока.

— В какое место вы нанесли ему следующий удар?

— Думаю, что по запястью.

— Чтобы обезоружить его?

— Да.

— Вам это удалось?

— Да.

— Что вы сделали потом?

— Ногой отшвырнула мачете в угол.

— Что делал Пэйн?

— Держался за запястье и проклинал меня.

— Значит, вы один раз ударили его в левый висок и один раз по запястью?

— Все правильно.

— Дальше?

— Ударила его еще раз.

— Куда?

— В голову.

— Зачем?

— Чтобы он не смог подобрать нож.

— Он стоял на ногах?

— На коленях, тянулся к мачете, но потом поднялся и пошел на меня.

— В тот момент он был безоружным?

— Да, но он больше и сильнее меня. У него были такие безумные глаза, я поняла, что сил у него еще предостаточно.

— Поэтому вы ударили его снова?

— Да.

— В то же самое место?

— Не знаю. А вообще, да, полагаю, в то же место, если, конечно, он не отвернулся от меня на пол-оборота.

— А он отвернулся?

— Не думаю.

— Но вы сами сказали, что он отвернулся.

— Я предположила, что такое возможно, но не видела, отвернулся он или нет.

— Вы не наносили ему удар в затылочную область головы?

— Думаю, что нет.

И тут Джанет начала потеть. Энни видела, как заблестели капельки пота у нее на лбу, а под мышками начали медленно расползаться темные пятна. Как ей не хотелось продолжать мучить несчастную женщину! Но это была ее работа, и ей следовало, когда этого требует дело, проявлять необходимую твердость.