Смерть как средство от бессонницы - Павел Агалаков

— Да, вдобавок ко всему ты не назвал сегодняшний пароль. Естественно, они восприняли это как опасность.

— Так я же ничего плохого не сделал.

— Нет, но зачем лишний раз рисковать?!

— Тебе, наверное, досталось от дяди Вена из-за меня?

— Скажем так, он был весьма расстроен. И даже не столько от случившегося, сколько из-за того, что потерял клиента.

— Меня? — Алексей остановился и ткнул себе в грудь указательным пальцем.

— Ага. — Мейлин весело кивнула. — Он посчитал, что тебе был оказан плохой прием, и ты больше не переступишь порог его лавки.

— Прошу, передай своему дяде, что прием был отличный. То, что я свалился с лестницы, — это целиком моя вина.

— Ого! — Мейлин удивленно моргнула. — Ты начал говорить как китаец. Слышу нотки вежливости, прямо как в Поднебесной империи.

— С кем поведешься. — Алексей улыбнулся. — Пойдем дальше?

— Пошли. — Она тоже приподняла уголки губ и засеменила по брусчатке своими маленькими ножками.

— Расскажи, пожалуйста, о себе, — попросил Копылов, выказывая самую искреннюю заинтересованность.

— В общем-то рассказывать особо нечего. Родилась я в Барнауле, мама — повар, отец — строитель. Мама умерла, когда мне было четыре года. Ушла в лес и не вернулась. Нашли ее спустя две недели. Точнее, то, что от нее осталось. Звери постарались. Мой отец был нелегальный эмигрант. С работой не все ладилось, тем более в стране был хаос. Помыкался он еще пару лет и решил возвращаться обратно в Китай. Оставить дочь было не на кого. Бабушка к тому времени тоже скончалась. Вот он и взял меня с собой, хотя отлично знал, что полукровки в Китае зачастую бывают изгоями. Мы перебрались в город Чанчжоу, отец устроился на химический завод, а через два года умер от отравления парами синильной кислоты. Моим воспитанием занялся дядя Вен. Когда мне исполнилось восемь, он устроил меня в русскую школу в городе Инин, который в прошлом был центром эмиграции. Правда, сейчас там русских немного, но школа достойная. Меня приютила его троюродная сестра тетя Чоу. Днем я училась, а вечером работала с ней в огороде. Она выращивала овощи на продажу.

— Наверное, было трудно? — участливо спросил Алексей.

— Работать на огороде?

Копылов кивнул.

— Нет. Трудно было не забыть русский язык. Большую часть времени мне приходилось разговаривать на китайском. Тетя Чоу сильно ругалась, когда я нет-нет да и вставлю русское словечко.

— А в школе преподавали на русском?

— Конечно. Но это было всего по пять часов в день, а в остальное время только китайский. Спасали книги. Я частенько засиживалась допоздна, листая Толстого, Пушкина, Чехова. Читать приходилось очень быстро, так как школьная библиотека была плохо укомплектована, и книги выдавались максимум на пять дней. Например, «Войну и мир» я прочитала за четыре дня. Это притом, что училась и работала.

— Фантастика! — удивленно воскликнул Алексей. — Я смог осилить этот фолиант за два с половиной месяца.

— Ну, это потому, что у тебя было предостаточно времени. А там все просто. Не сдал книгу вовремя, можешь больше в библиотеке не показываться. Однажды меня пригласил к себе директор и предложил после окончания школы поехать в Россию для поступления в Нижегородский педагогический институт на факультет русского языка и культуры речи. Еще он сказал, что на меня вся надежда. Он с нетерпением станет ждать моего возвращения, так как преподавать русский язык в нашей школе скоро будет некому. Так я и очутилась здесь. Поначалу было трудно, все непривычное, чужое. Потом появились знакомые, друзья. Нашла себе работу, в выходные торговала одеждой на рынке. Иногда подрабатывала в языковом центре, преподавала китайский разговорный. Так и выживала. А дальше приехал дядя Вен, и все стало совсем хорошо. Он открыл чайную лавку и пристроил меня к себе.

— И давно?

— Год назад. Я как раз закончила учиться.

— А почему ты не уехала обратно в Китай?

— Не знаю, наверное, русское во мне взяло верх. Хотя порой бывает очень стыдно за то, что я не оправдала надежд и ожиданий директора школы.

— Чем собираешься заниматься в дальнейшем? Так и будешь у дяди работать?

— А чем это плохо? — спросила Мейлин, наморщив свой миниатюрный носик.

— Ничем. Просто обычно все стремятся подняться по карьерной лестнице, заработать кучу денег и все такое, — попытался исправиться Алексей, заметив недовольство девушки.

— Хоть русское и взяло во мне верх, я все равно остаюсь китаянкой. Моя работа заключается не в том, чтобы просто продавать чай, а в том, чтобы помогать своим соотечественникам. Я участвую в деловых переговорах в качестве переводчика, составляю документы в миграционную службу, обучаю основам языка людей, впервые прибывших в Россию, даже иногда работаю гидом. Так что «Китайская пагода» не единственное место, где я нужна.

— Тебя устраивает такое положение вещей?

— Не всегда, но в целом да.

— Тебе ни разу не хотелось бросить все и организовать свой собственный бизнес?

— Какой? — спросила Мейлин. — Открыть подпольный пошивочный цех или публичный дом?

— Ну зачем же сразу такие крайности? — Алексей сделал паузу, словно подбирая для нее подходящие варианты. — Да ту же самую чайную лавку, — наконец-то выдал он. — А что? У тебя здорово получается. В чае ты разбираешься, в церемониях тоже. Так почему бы и нет?

— Ты забыл самое главное, — немного посерьезнев, сказала Мейлин. — Нужен первоначальный капитал или инвестор. Ни того, ни другого у меня нет.

— Я думал, что проблема серьезная, а тут сущий пустяк. — Алексей достал телефон и вроде как стал искать в нем очень нужный номер. — Ага, вот! — Он с довольным видом потряс аппаратом перед лицом Мейлин. — У меня есть приятель, кстати, это он порекомендовал мне к вам зайти. Зовут его Денис Лукьянов.

Услышав это имя, Мейлин на мгновение оцепенела, но тут же встрепенулась и спрятала испуг за белоснежной улыбкой.

— Мужик серьезный, — продолжал Алексей, заметив ее секундную нервозность. — У него денег — как у дурака фантиков, мясной бизнес держит. Как-то в разговоре он обронил, мол, не открыть ли чайный магазинчик наподобие «Китайской пагоды». Чай очень люблю, да и так просто, для души. Хочешь, я ему позвоню, вы встретитесь и все обсудите?

Она отвела взгляд от Алексея и тяжело вздохнула.

— Что?! — удивился Копылов. — Это реальный шанс. Сначала один магазин, потом целая сеть.

— Спасибо большое за заботу, — сказала девушка и посмотрела в глаза Копылову. — Но я пока не готова к собственному делу. У меня еще слишком мало опыта, да и дядя Вен не одобрит.

— При чем здесь дядя Вен? — не унимался Алексей. — Ты и так все отлично знаешь. Если переживаешь, что не справишься, так это зря. Ты ведь не одна будешь, а с Денисом. — Мейлин снова вздрогнула. — Он в бизнесе как вобла в пиве. Знаешь, какой недавно госконтракт отхватил? Всю российскую армию кормить будет! — Копылов вглядывался в лицо девушки, ловил мельчайшие изменения его черт.