Пропавшая без следа - Карл Вадасфи

Заплатив за покупки и сложив их в пакет, я вышел из магазина и с удивлением обнаружил, что Воны собрались уезжать. Сегодня бариста оказался намного проворнее. Я по-прежнему следую за ними на расстоянии, выхожу из здания и наблюдаю от входа. Они садятся в свою «астру» и отъезжают. Как только они выруливают с парковки, я сломя голову несусь к своей машине, по дороге замечая то место, где поставил стаканчики с кофе, обнаружив исчезновение Дженни, пробегаю место, где она сидела, и запрыгиваю в машину. Газеты, которые я купил, рассыпаются на полу рядом с пассажирским сиденьем. Повернув ключ зажигания, я завожу мотор, до упора нажимаю на педаль газа, твердо намереваясь не выпускать Вонов из виду.

Через пару минут я снова оказываюсь на автостраде М1, направляясь на юг, и в пятидесяти ярдах от себя снова вижу знакомую «астру». И снова еду следом на некотором расстоянии.

* * *

– Мне нужен Дейв Брайант, – обратилась Нельсен к секретарю. – И служащая по имени Дженни Майклз.

В глазах секретарши тут же появляется оживленный блеск, о скучной работе забыто.

– За сегодняшний день вы второй человек, который называет мне эти имена.

– В самом деле? – Нельсен прислоняется к конторке.

– Эти люди здесь не работают. И никогда не работали. По крайней мере, те последние одиннадцать лет, что я здесь. То же самое я сказала и мужчине, который приходил сегодня утром.

– Мужчине? – Она на мгновение задумалась. – Случайно, не темноволосому мужчине среднего телосложения, ростом около ста восьмидесяти пяти сантиметров?

– Именно.

– Черт подери, Джон, – пробормотала Нельсен себе под нос, недовольная тем, что не прошло и нескольких часов, как Джон Симмонс нарушил ее просьбу оставаться дома.

– А что происходит?

– Я расследую исчезновение молодой женщины. И как этот мужчина вел себя сегодня утром?

– Если честно, мы почти не разговаривали. Он спросил Дейва Брайанта, а затем девушку, как ее имя?..

– Дженни Майклз.

– Точно, Дженни Майклз. Сначала Дейв Брайант, потом Дженни Майклз, затем он будто бы впал в какое-то оцепенение, умолк, а потом быстро ушел. Это все.

– А до сегодняшнего дня вы никогда не видели этого мужчину? Он раньше сюда не приходил?

– Нет, никогда.

Нельсен вытащила из кармана визитку и вручила секретарше.

– Вот моя карточка. Если он вернется, немедленно позвоните мне. Как вас зовут?

– Аманда Фишер.

– У вас есть номер телефона? Лучше всего мобильный.

Аманда Фишер продиктовала Нельсен свой номер. Та записала его и убрала блокнот в задний карман джинсов.

– Знаете, – сказала Аманда, когда Нельсен уже собралась уходить, – прежде чем выйти отсюда, он пробормотал еще кое-что. Он назвал имя Дейва Брайанта и еще какое-то имя, похожее на китайское. Но я не могу его вспомнить.

– Вон?

– Да, точно.

Нельсен кивнула, поблагодарив Аманду Фишер, и вышла.

Опять Вон. Существует Дженни Майклз на самом деле или нет, исчезла она или нет, Джон Симмонс явно верит в то, что говорит, подумала Нельсен.

Возможно, настало время съездить на Сандерс-Роуд.

Я раздражен и вконец вымотан. Сегодняшний день похож на одно сплошное длительное путешествие за покупками. Три часа подряд я просидел в торговом центре Брент-Кросс. Целых три часа, пока Воны выбирали пару книг в WH Smith[5], а затем, развалившись на кожаном диване в кафе, пили кофе. Три часа подряд пили чашку за чашкой, поглощали пирожные, пока я дожидался, когда они оторвут свои задницы от дивана и выйдут из кафе.

Единственной неожиданностью стало, когда посреди разговора Вон вдруг повернулся к жене и набросился на нее, ругая по какой-то неизвестной мне причине; я находился слишком далеко от них и не мог расслышать, о чем они говорили. Но он быстро умолк.

После мы отправились дальше, и это путешествие закончилось продолжавшейся около часа прогулкой по Оксфорд-стрит, затем по Риджент-стрит. Разглядыванием множества витрин, но в общем-то обошлось почти без покупок.

Последние полтора часа я провел, сидя на скамейке на Лестер-сквер и наблюдая за входом в итальянский ресторан, в ожидании, когда они появятся. Сегодня холодно, а мое пальто совсем не предназначено для того, чтобы в такую погоду долго сидеть на одном месте.

Мимо проходили толпы людей. Это напомнило мне тот вечер, когда я один оказался около театра «Фортуна»: парочки прогуливаются под руку, некоторые просто идут рядом, кто-то – на большом расстоянии друг от друга; одиночки, люди, выгуливающие собак, люди, торопливо бегущие куда-то или неторопливо потягивающие кофе на ходу; люди, судя по всему туристы, которые выглядят потерянными и смущенными. Жизнь бьет ключом рядом со мной, но единственный человек, которого я хочу видеть, которого хочу обнимать, чья жизнь так дорога мне, ускользает от меня.

Дженни.

Думая о ней, я то и дело впадаю в оцепенение. Прошло три дня, и ни слова, ни знака. Три самых ужасных дня в моей жизни. Три дня, наполненные самыми мучительными переживаниями, которые мне когда-либо доводилось терпеть.

Я ревную к жизни, бурлящей вокруг. Я завидую всем этим людям. На самом деле я даже ненавижу их за то, что они имеют то, чего я так страстно желаю.

Это то, что у меня когда-то было.

Двери ресторана распахиваются, и я вижу, как наконец появляется мистер Вон в сопровождении жены. Они на мгновение останавливаются, и он натягивает пальто. Затем они направляются прочь от здания, мистер Вон идет впереди, и проходят справа от меня, огибая сквер. Я вскакиваю и наблюдаю, как они поворачивают и проходят мимо ночного клуба и кинотеатра, а затем снова мимо кинотеатра и ночного клуба.

Я ухожу из сквера и следую за ними на Чаринг-Кросс-Роуд. Они перебегают дорогу, когда загорается красный сигнал светофора. Теперь я оказываюсь совсем рядом с ними и рискую попасть в поле их зрения. Мне остается надеяться лишь на то, что плотная толпа, запрудившая улицу, поможет мне остаться незамеченным.

Через несколько минут мы подходим к Лонг-Акр, и я вдруг замираю на месте, с тоской глядя туда, где мы когда-то познакомились с Дженни. Это именно здесь я едва не сбил ее с ног.

Но я должен идти дальше. Должен. И я с неохотой направляюсь вперед. Мы выходим на Ковент-Гарден. Воны останавливаются, таращась на витрину обувного магазина. Я держусь далеко позади, притаившись у входа на станцию метро. Они идут дальше, направляясь к рынку. Я ускоряю шаг, стараясь не отстать и не потерять их в толпе, которая с каждым часом становится все более многолюдной. Я протискиваюсь мимо парочки, которая держит карту, и слышу слова на иностранном языке, которые, судя по всему, означают ругательства.