Пропавшая без следа - Карл Вадасфи

Я не знаю, что делать. Мой разум не дает никаких подсказок при мысли о том, что надо снова туда вернуться, меня бьет дрожь. А также при мысли о том, кто меня сюда привел.

Воны.

Теперь я не сомневаюсь в том, что здесь что-то нечисто, происходит то, чего я не в состоянии понять, то, чему полиция ни за что не поверит. И Воны, несомненно, в этом замешаны. Это они похитили Дженни и куда-то ее увезли.

И они знают, что я здесь.

И неожиданно в пустоте, охватившей меня плотным коконом, снова возникают чувства, и я ощущаю прежнюю решимость. Это мой шанс. Я должен действовать. Перевожу машину на нейтральную скорость, снова завожу ее и нажимаю на педаль газа. Машина дергается, начинает двигаться вперед, и я сворачиваю на парковку. Я вижу машину Вонов, припаркованную на стоянке для инвалидов у дорожки, которая ведет к входу в здание. Я по-прежнему держусь на расстоянии, хотя интуиция подсказывает мне ворваться внутрь, наброситься на них с кулаками и заставить рассказать, что они сделали с Дженни.

Я паркуюсь справа от входа, вылезаю из машины, запираю дверцу и крадучись направляюсь в сторону здания. Мои ноги сами собой останавливаются, когда я дохожу до того места, где припарковал машину в тот день, когда Дженни была со мной. Рядом стоит «вольво», ее хозяев нигде не видно. Я заглядываю внутрь через заднее стекло, и неожиданно на переднем сиденье возникает фигура, и на мгновение перед моим взглядом возникают сияющие, струящиеся локоны волос Дженни. Она опускает защитный козырек и смотрит на себя в зеркало. Я смотрю на нее, кажется, целую вечность. И даже улыбаюсь ей. Она и сама чувствует, судя по всему, мое присутствие и смотрит в зеркало. Замечает меня и улыбается. Я протягиваю руку, чтобы коснуться багажника, и на долю секунды ощущаю, что она снова рядом со мной.

Неожиданно рядом раздается детский смех, я выхожу из оцепенения, и Дженни исчезает так же стремительно, как появилась. Я осознаю, где нахожусь и что должен делать.

Возвращаюсь обратно тем же путем, что и два дня назад, когда еще был счастлив. Дойдя до стеклянных дверей, я оборачиваюсь. Дженни вернулась, я снова вижу ее в «вольво». Поднимаю руку и машу ей. Она смеется и машет мне в ответ. Я все еще машу, а она снова исчезает, став лишь мечтой, сладким напоминанием о моем прошлом. Моя рука замирает в воздухе, улыбка гаснет.

Дженни исчезла. Поэтому я здесь.

А ответы на мои вопросы скрываются внутри.

Захожу внутрь и сразу же замечаю миссис Вон. Она стоит около платных телефонов-автоматов в дальнем конце вестибюля и оживленно с кем-то разговаривает. Я оглядываюсь по сторонам: вот магазин, кофейный ларек, закусочная. Мистера Вона нигде не видно, и это означает, что он может быть лишь в одном месте.

Туалеты.

Что, черт подери, они здесь делают?

Я торопливо направляюсь к туалетам. Войдя внутрь и повернув за угол, оказываюсь около писсуаров, вмонтированных в стену. Справа расположена стена, выполняющая роль перегородки. За ней находятся кабинки туалетов. Мистера Вона нет около писсуаров, и я иду направо и медленно обхожу каждую кабинку. Все они закрыты, красный знак на каждой двери означает, что кабинка занята. Я останавливаюсь в дальнем конце туалета и прислоняюсь к выложенной кафелем стене. Для других посетителей я выгляжу, как человек, дожидающийся, когда освободится одна из кабинок. Однако я знаю, что все совсем не так: я жду, я готовлюсь. И намерен проявить недюжинное терпение.

Когда он выйдет, я встречусь с ним лицом к лицу. И если он откажется помогать мне и поведет себя агрессивно, затолкну его обратно в кабинку и буду бить, пока он не заговорит, нет, я просто убью его, если он не расскажет мне все, что я должен узнать. И плевать на всех этих людей, которые заходят сюда. Сейчас мне кажется, что здесь есть только он и я.

В ближайшей кабинке раздается шум воды, и я готовлюсь к нападению. Дверь распахивается. Из кабинки выходит незнакомый мужчина. Седые волосы, серый костюм. Это не Вон.

В туалете стоит зловоние, но я все-таки захожу внутрь освободившейся кабинки. Запершись изнутри, опускаюсь на колени и принимаюсь заглядывать под перегородку, чтобы выяснить, нет ли Вона в соседней кабинке. Я не могу низко опустить голову, так как пол залит мочой. Тогда я поднимаюсь и залезаю на унитаз. Держась за перегородки, наклоняюсь вправо. Я заглядываю в кабинку и вижу молодого парня, сидящего на унитазе. Поспешно отодвинувшись, я заглядываю в левую кабинку. В этот момент из кабинки, расположенной чуть дальше по левой стороне, раздается шум воды, а затем дверь распахивается. Раздается звук удаляющихся шагов. Я поспешно спускаюсь с унитаза и открываю дверь своей кабинки.

И в этот миг я вижу Вона. Он стоит около раковин, которые находятся за кабинками, с левой стороны. Он моет руки и разглядывает себя в зеркале. Он шевелит губами, ощеривается, демонстрируя зубы. Закончив мыть руки, он принимается что-то выковыривать из зубов пальцами правой руки.

На противоположной стене, в нескольких шагах от меня, висят сушилки для рук. Он подходит к одной из них и принимается сушить руки. Он стоит спиной ко мне. Я медленно двигаюсь к нему. Теперь я понимаю, что мне представляется отличный шанс. Достаточно схватить его сзади за волосы. А затем я могу ткнуть его лицом в стену. Одно резкое и молниеносное движение, и он потеряет сознание. Я так близко, что спокойно могу это сделать. Я хочу это сделать. Хочу заставить его страдать, как возможно, сейчас страдает Дженни, как страдаю я. Для этого не понадобится много сил. А затем я встречусь с миссис Вон. Я смогу расколоть ее и выведать правду. Она выглядит слабой. И все расскажет мне, в этом я не сомневаюсь.

Но так же внезапно, как мысль о нападении на Вонов пришла мне в голову, я теряю представившийся шанс: мистер Вон выходит из туалета.

Расстроенный тем, что упустил удачу, я следую за ним. Выйдя из туалета, вижу, что они стоят в очереди к кофейному ларьку. Похоже, их обслуживает тот же бариста, который обслуживал и меня два дня назад. Догадываясь, что ждать придется долго, захожу в магазин и останавливаюсь около стенда с газетами. В этот момент какой-то мужчина пытается протиснуться мимо, чтобы дотянуться до полки, где лежат упаковки с конфетами, но налетает на меня, и я теряю равновесие. Он бормочет извинение, сопровождая его замечанием, что мне следует смотреть, куда я встаю.

Я бросаю взгляд на газеты. В каждой из них на первой полосе сообщения о произошедших трагедиях или о трагедиях, которые вот-вот произойдут. Исчезновения, убийства, войны, разбойные нападения, коррупция. Я не могу понять, почему об исчезновении Дженни не пишут на первых полосах всех английских газет, и никогда не возьму в толк, почему истории о сексуальной жизни знаменитостей занимают в этих газетах гораздо больше места, чем все остальное.

Я беру со стенда две ближайшие ко мне газеты. Судя по всему, в них есть статьи, которые могут привлечь мое внимание. Если полиция не найдет Дженни, если все взвалит на плечи детектива Нельсен, которая, конечно, будет стараться изо всех сил, но этого окажется явно недостаточно, в таком случае я сам разыщу Дженни, и, возможно, информация из этих газет поможет мне. Я не пропущу ни одной детали, ни одной мысли, я все досконально изучу и смогу найти способ добраться до Дженни.