Тайна ее сердца - Элизабет Хойт

Годрик заморгал, пытаясь сосредоточиться на лице жены. Ее щеки пылали, а в глазах блестели слезы.

— Меня не было в ту ночь на Сент-Джайлзе.

— Знаю. — Мэггс коснулась пальцем щеки мужа, очевидно, еще не осознав того, что ее руки перепачканы его кровью. — Знаю.

Веки Годрика задрожали, и Мэггс показалось, что он вот-вот лишится чувств.

— Годрик! — закричала она, когда муж начал валиться на бок.

Но потом, приложив усилия, Годрик снова выпрямился. Взгляд его серых глаз был вполне осознанным, хотя по лицу разлилась мертвенная бледность.

— Ты доверяешь своему кучеру и лакею?

— Да, да, конечно, — поспешно ответила Мэггс и только потом поняла, что жизнь мужа зависит от способности ее слуг сохранить увиденное в тайне. Она судорожно сглотнула, задумалась, но потом с уверенностью кивнула: — Они всегда были мне преданы. Как и остальные слуги.

— Хорошо. Когда экипаж остановится, пошли Оливера разыскать Моулдера. Он знает, что делать. — Годрик сжал губы, и кожа вокруг них побелела. Очевидно, он испытывал невыносимую боль.

— Сколько раз с тобой случалось подобное? — шепотом спросила Мэггс.

Годрик еле заметно покачал головой.

— Достаточно, чтобы понять, что эта рана не смертельна.

Мэггс ошеломленно посмотрела на мужа. Всего несколько дней назад она считала его стариком с трясущимися руками. Но только теперь разглядела ширину его плеч, тугие мускулы под белой тканью сорочки, изящные, но сильные руки, умное и упрямое лицо. Жизнь била ключом в его красивом теле.

И как ему удалось ее обмануть?

Мэггс задрожала. Она по-прежнему была обнажена до талии, ведь Годрик разрезал платье, чтобы коснуться ее груди своими на удивление чувственными губами. Испытанное Мэггс потрясение и последовавшее за ним возбуждение едва не заставили ее позабыть об опасности. Когда капитан драгунов отворил дверцу, ее возглас удивления был искренним.

Мэггс тряхнула головой. Она подумает о беспокоящих ее ощущениях позже. А сейчас они подъезжали к Сент-Хаусу. Мэггс поспешно подобрала то, что осталось от платья, натянула на себя, насколько это было возможно, и полностью застегнула накидку. Если никто не будет присматриваться, она пройдет в комнату без всяких происшествий.

Экипаж остановился, и Мэггс вспомнила указания Годрика. Она приоткрыла дверцу и приказала Оливеру найти Моулдера. Лишь одному богу известно, что Том и Оливер подумали о событиях сегодняшней ночи. Они вполне могли разглядеть костюм Годрика, когда тот залезал в экипаж, а если они вдруг не поверили своим глазам, то капитан драгунов окончательно развеял их сомнения.

И все же Годрика не арестовали.

Мэггс дала себе обещание поговорить со слугами и поблагодарить за преданность.

Дверца экипажа снова распахнулась.

— Снова попали в переделку? — раздался голос Моулдера. — Говорил же вам… — Голос дворецкого оборвался, а глаза расширились от удивления при виде Мэггс. — Миледи?

— У меня на спине рана, — спокойно пояснил Годрик, хотя его руки заметно дрожали.

Моулдер заморгал и переключил внимание на хозяина.

— В таком случае лучше поскорее отвести вас в дом.

— Да. И постараться сделать это незаметно. — Годрик посмотрел на дворецкого, и они поняли друг друга без слов.

— Конечно. — Моулдер выудил откуда-то старый плащ и накинул его на плечи хозяина, надежно прикрыв костюм Призрака. А потом громко произнес: — Опять выпили лишнего, да, сэр?

Годрик закатил глаза, когда Моулдер обхватил его за талию, чтобы помочь спуститься на землю.

— Ненавижу себя за это. Выгляжу теперь как идиот.

— И впрямь только идиот мог позволить какому-то проходимцу ударить себя в спину, — еле слышно пробормотал Моулдер, когда Годрик споткнулся о булыжник.

— Это был не проходимец, — выдохнул Годрик.

— Да? А кто же?

Мужчины покачивались из стороны в сторону, как если бы Годрик действительно был сильно пьян. Мэггс поспешно выбралась из экипажа, подбежала к мужу и, взяв его руку, положила себе на плечо.

— Это была я.

Моулдер вот уже во второй раз за вечер ошеломленно уставился на Мэггс.

— Правда? Хотел бы я на это посмотреть.

— Кровожадный негодяй, — прошипел Годрик, когда они заходили в дом.

— Я совсем этим не горжусь, — пристыженно прошептала Мэггс.

Годрик остановился и посмотрел на жену серыми, похожими на прозрачные кристаллы глазами.

— Ты ни в чем не виновата.

Моулдер пробормотал что-то себе под нос, и все трое остановились на мгновение на лестничной площадке. Рука Годрика тяжелым грузом давила на плечи Мэггс, и наверняка они будут сильно болеть завтра утром. Но сейчас это совсем ее не волновало. Она чувствовала, как дрожит Годрик и как что-то теплое стекает по ее боку, прижатому к его телу.

Рана обильно кровоточила.

— Идем, — мягко произнесла она. — Отдохнем, когда окажемся в твоей комнате.

На мгновение их с Моулдером взгляды встретились, и она поняла, что дворецкий разделяет ее беспокойство. Если Годрик потеряет сознание на лестнице, придется звать на помощь лакеев. Но в сложившейся ситуации им нельзя было посвящать в дела большое количество людей.

Словно прочитав мысли Мэггс, у подножия лестницы появилась миссис Крамб.

— Я могу вам чем-то помочь?

Мэггс посмотрела на экономку. Уже давно перевалило за полночь, а миссис Крамб была по-прежнему одета в накрахмаленное черное платье, белоснежный фартук и хрустящий белый чепец. Она смотрела на странную троицу так спокойно, словно собиралась подать чай в малую гостиную.

— Принесите горячей воды, — произнес Моулдер, прежде чем Мэггс успела собраться с мыслями. А следующие слова лишний раз доказали ей, что он прекрасно знает, как оказывать первую помощь при подобных ранениях. — А еще чистые полотенца и бренди из кабинета мистера Сент-Джона. Будьте так любезны, миссис Крамб.

Мэггс затаила дыхание, ожидая вспышки гнева со стороны экономки. То, что дворецкий отдавал ей приказания в присутствии работодателей, являлось вопиющим нарушением этикета, принятого среди слуг.

Однако миссис Крамб просто ответила:

— Сию минуту, мистер Моулдер.

После этого она все так же невозмутимо развернулась и отправилась выполнять приказ Моулдера.

Мэггс перевела взгляд на дворецкого. Выглядел он не менее удивленным, чем она сама.

— Эта женщина начинает мне нравиться.

Они продолжили подниматься по лестнице. Происходило это довольно медленно, но зато им больше никто не помешал. Как странно. Мэггс столько лет ненавидела Призрака и желала ему смерти. И вот теперь она мечтала лишь о том, чтобы довести его до кровати. Мэггс закусила губу. Она знала, что поутру вновь начнет придумывать способы разыскать убийцу Роджера. Но пока хотела только одного: чтобы Годрик выздоровел.