Считается убийством - Миранда Джеймс

Голос Канеши Берри в трубке звучал деловито и энергично, как всегда.

– Добрый вечер, мистер Гаррис. Простите, что так поздно звоню, но я бы хотела заехать к вам и поговорить, если вы свободны.

– Конечно. Приезжайте.

Предстоит ли мне снова отчитываться в том, что я делал сегодня утром?

– Спасибо. Буду у вас минут через пятнадцать.

Я вновь оделся, обулся, и мы с Дизелем спустились вниз. Шон еще сидел на веранде, уткнувшись в ноутбук, а в пепельнице рядом с ним дымила сигара. Я решил, что он обидится, если я буду говорить с Канешей без него, и предупредил, что она едет.

То, как решительно он меня защищал, трогало меня тем больше, чем дольше я об этом думал.

Когда позвонили в дверь, Шон, Данте и Дизель собрались в гостиной, а я успел наскоро заварить и принести на подносе чай. Я впустил Канешу и с интересом отметил, что ее никто не сопровождает. В руке у нее был портфель.

– Вы уже знаете моего сына Шона, – сказал я, когда она вошла в гостиную. – И Дизеля с Данте.

Канеша вежливо поздоровалась с Шоном, а на животных посмотрела, как мне показалось, довольно снисходительно. Данте вприпрыжку подбежал к ней, она помедлила, наклонилась и протянула ему пальцы обнюхать. Он лизнул ей руку, и Канеша не очень уверенно погладила его по голове.

Дизель наблюдал за этим, не покидая дивана. Он до сих пор вел себя с Канешей осторожно, хотя, по-моему, не боялся и не испытывал к ней неприязни.

Все расселись, я предложил гостье чашку чая, и она согласилась, из чего я заключил, что официального допроса не будет. Данте запрыгнул на диван к Дизелю, который сидел рядом со мной. Шон хотел его согнать, но я сказал, что не возражаю. Сын покачал головой, но не стал спорить, я же был не против видеть Данте на диване: мебель должна служить всей семье, а значит, и нашим родным питомцам. Но пора было начинать разговор.

– Я вам должен кое-что сообщить, мисс Берри, – сказал я, когда она пригубила чай. – Сегодня вечером у меня были К. К. Пендерграст и его дочь Александра.

Канеша прищурилась:

– В связи с кончиной мистера Делакорта?

По тому как осторожно она держала чашку и блюдце, я понял, что она напряжена.

– Да. Мистер Делакорт назначил меня одним из двух своих душеприказчиков, второй – сам мистер Пендерграст, – я виновато улыбнулся. – Я об этом, разумеется, понятия не имел.

Шон, который сидел на стуле напротив меня, стал подавать мне какие-то знаки. Я не мог понять, что он имеет в виду.

– А мне казалось, вы были почти не знакомы с Джеймсом Делакортом. – Канеша поставила чашку на кофейный столик и впилась в меня взглядом.

– Честное слово, я его знал очень поверхностно, – я пожал плечами. – Мистер Пендерграст считает, что мистер Делакорт сделал меня душеприказчиком потому, что у меня огромный опыт работы с каталогами редких книг. Он ведь хотел, чтобы я инвентаризировал его коллекцию.

Шон снова отчаянно мне засигналил. В ответ я нахмурился, Канеша взглянула на него, потом снова на меня.

– И оценивать ее будете тоже вы?

– Нет, только сверять с описью.

Стоит ли рассказать ей, что книги переходят к колледжу? Я решил, что этого лучше не скрывать.

Канеша некоторое время помолчала.

– Как все удачно для вас сложилось.

Шон возмутился:

– На что вы намекаете?

Канеша посмотрела на него, но перевела взгляд на меня:

– Вы же теперь будете распоряжаться очень ценной коллекцией?

Она сказала это таким тоном, будто я, дорвавшись до коллекции, немедленно начну ее расхищать. Я взглянул на нее сердито:

– Да, я буду хранителем до тех пор, пока работаю в колледже. Но собрание будет принадлежать колледжу, а не мне.

Канеша пожала плечами:

– Об этом я и говорю.

Мы с Шоном переглянулись. Нам было ясно, что она нарочно меня спровоцировала.

– И вы, я так понимаю, намерены проверить опись до конца? – Канеша несколько успокоилась и опустила руки на колени.

– Согласен. Шон пойдет со мной и будет помогать, – я сделал глоток чая. – Мистер Пендерграст также просил меня присутствовать завтра утром, когда он будет зачитывать завещание наследникам мистера Делакорта. После он хочет, чтобы я, не откладывая, принялся за работу. Когда меня снова допустят в библиотеку?

– Не исключено, что завтра после обеда. Ситуация необычная, – Канеша задумалась. – Значит, вы проведете в доме немало времени. Пожалуй, это хорошо.

– В каком смысле? – спросил Шон довольно резко, так, что Данте поднял голову и тявкнул. Шон шикнул на него, и пудель снова положил морду на лапы.

– В том смысле, что следствию не помешает еще один человек в доме. Причем не связанный с полицией официально, – Канеша обращалась к Шону, но краем глаза покосилась на меня, словно хотела проверить, как я отреагирую.

Вот это перемена! Прошлой осенью Канеша была совсем не рада видеть меня в гуще расследования другого убийства. Мы кое-как, с большим трудом нашли общий язык, а теперь пожалуйста – она практически просит меня поработать для нее сыщиком. Я мог бы высказаться прямее, но постарался быть вежливым:

– Вы хотите, чтобы я обращал внимание на все, что может оказаться важным для следствия, так?

– Совершенно верно. Прошлый опыт показывает, – она мимолетно улыбнулась, – что вы много чего замечаете, а в нынешнем деле, должна признаться, мне не помешает лишняя пара глаз. Я ни от кого там не могу добиться толку, первый раз вижу подобное семейство.

Я заметил, что Шон собирается возразить, и остановил его, покачав головой.

– Спасибо за комплимент. Я обязательно расскажу вам обо всем, что покажется мне достойным внимания.

– А мне совсем не нравится, что отец будет заниматься вашим расследованием и подвергать себя опасности, – Шон так и дышал неодобрением.

– Я понимаю, что вы обеспокоены, – ответила Канеша, – но если ваш отец ограничится лишь наблюдением, помощь следствию ничем ему не грозит.

– Согласен, – я заметил, какое слово она особо подчеркнула. – Шон, ты будешь рядом, а я обещаю не делать глупостей, только наблюдать.

Шон не выказал согласия, но и не стал продолжать спор. Я снова повернулся к Канеше:

– Вы об этом хотели со мной поговорить?

– Отчасти, – Канеша взяла портфель. – Еще я хочу, чтобы вы взглянули на одну вещь, – она открыла портфель и запустила в него руку. – Мы нашли ее на столе у мистера Делакорта.

– Где именно? – В тот момент, когда я обнаружил мистера Делакорта, я был настолько выбит из колеи, что не заметил ничего, кроме тела.

– Под правой рукой, – Канеша достала папку для бумаг, упакованную в прозрачный пластик, закрыла портфель и поставила его на пол. – Мне кажется, что это как-то связано с коллекцией.