Белоснежка и семь трупов - Татьяна Луганцева

- Вам необходим курс увлажняющих масок.

- Не убивайтесь вы так! Он ненормальный, если бросил такую интересную женщину! Он не достоин вас!

- Ой, достоин! - голосила Яна. - Ой, как достоин!

- В вашем возрасте необходимо еженедельно посещать косметический кабинет.

- В моем возрасте?! - ужаснулась Яна.

- Да, тридцатилетние женщины уже не обладают свежестью кожи шестнадцатилетних девочек, - нравоучительно заметила одна косметолог, близоруко осматривая лицо Яны.

- Я так надеялась, что эта свежесть останется со мной навсегда! - еще больше расстроилась Яна.

- Радикальную пластическую операцию делать еще рано, - продолжали советовать сотрудники салона красоты, - ее надо будет делать лет через десять.

- Запишите меня на нее уже сегодня! - вскричала Яна. - Я приду лет через девять, на всякий случай!

- Мы можем поменять вам имидж, подстричь волосы, покрасить их в другой цвет. Сделаем вам косметический татуаж губ, вакуумный массаж лица, походите в солярий.

На несколько дней Яна оставила все свои дела и заботы. Она дневала и ночевала в салоне красоты, ведь скоро намечалось открытие ресторана, и она хотела предстать перед Ричардом во всей красе. Яна лежала в солярии и настаивала, чтобы ей увеличили дозу ультрафиолета, иначе она не успеет загореть приятным южным загаром. Спорить с ней было бесполезно, и работники салона уступили. Как и следовало ожидать, кожа Яны обгорела и покрылась красными, шелушащимися пятнами.

Ей сделали татуаж губ, от чего они вспухли и покрылись корками. К тому же лицо Яны покрылось синяками и небольшими кровоподтеками от проведенной в центре косметологии процедуры омоложения - вживления под кожу золотых нитей.

Когда Яна посмотрела на себя в зеркало, она испугалась.

- Да, пожалуй, вы помогли не мне, а мужчине, который меня оставил, так как если у него и были какие-то сомнения, то при виде меня теперешней у него их не останется.

- У вас очень чувствительная кожа, - пояснил косметолог, - к тому же все эти явления временные, через две недели, вы увидите, останется только положительный результат.

- Надеюсь, не век же мне под паранджой ходить!

На этой оптимистичной ноте в салон красоты вошел Джорджио, как всегда лучезарный и пахнущий дорогой туалетной водой. При виде итальянца у всего обслуживающего персонала салона красоты отвалились челюсти.

- Какой красавец! Просто супермодель!

Сам Джорджио не сводил удивленных глаз с лица Яны.

- Яна, у нас открытие.

- Сейчас поедем, - ответила Яна и продефилировала на выход, слушая за спиной шушуканье сотрудников:

- Чтобы удержать такого красавца, никакие операции не помогут.

Посмотрев на Яну в машине, Джорджио осторожно предложил:

- Тебе необязательно появляться на открытии ресторана. Можешь поехать домой и отдохнуть, я сам встречу всех приглашенных.

Яна только усмехнулась, а Джорджио продолжил:

- Я считаю своим долгом предупредить тебя о неутешительном выводе, к которому я пришел, внимательно изучив всю документацию по твоему ресторану.

- И каков этот вывод?

- Из твоей затеи ничего не выйдет, твое предприятие прогорит.

- Почему вы все пророчите мне провал? - огорчилась Яна.

- Я не знаю, звезда моя, кто еще пророчит тебе провал, но я не ошибаюсь в таких делах, как-никак я же экономист.

- И что, по-твоему, мне следует предпринять?

- Я хочу, чтобы ты полностью положилась на меня, сделай меня своим поверенным, и я сумею выгодно для тебя использовать твои деньги, чтобы они принесли колоссальную прибыль.

Яна задумалась: «А может, и правда спихнуть всю эту нервотрепку на Джорджио? Человек он проверенный, деньги не крадет, а приумножает.

Только как бы я хотела видеть на месте итальянца - Ричарда!»

Вслух же Яна сказала:

- Нет, я сама буду работать, иначе не следовало и начинать.

- Ну, как знаешь, я тебя предупредил, моя совесть чиста. А как насчет моего предложения руки и сердца?

- Ты же знаешь, что я не собираюсь замуж, - ответила Яна, испытывая неловкость перед Джорджио.

- Ты все еще думаешь о своем мрачном типе со шрамом? - надулся итальянец.

- Что значит - все еще? Я и не переставала думать о нем ни на минуту, а все, что произошло между нами, было сплошным недоразумением, я же объясняла тебе, - слегка раздражаясь, ответила Яна.

Джорджио опечаленно произнес:

- Я приехал за тобой из Италии, радость моя, и не теряю надежды уговорить тебя вернуться со мной.

Яна только пожала плечами, поняв, что спорить с ним бесполезно.

Когда они подъехали к Яниному ресторану, то увидели довольно-таки приличную толпу собравшихся людей. Яна осмотрела здание, получившееся даже лучше, чем она представляла себе. Пластиковые окна поблескивали в лучах солнца. Подъездные дороги заасфальтированы, по обе стороны посажены маленькие аккуратные деревца. Вход с яркой вывеской «Итальянская пицца» перекрывала красная ленточка.

Яна вышла из машины и, стараясь не всматриваться в лица стоящих по обе стороны людей, улыбаясь, прошла ко входу в ресторан. Джорджио следовал за ней по пятам. Тут Яна заметила Асю, удивленно смотрящую на нее. Подруга преградила ей путь и тихо спросила:

- Яна, что с тобой? Тебя покусали собаки?

- Я всего лишь хотела преобразиться.

- Тебе это удалось! - горячо заверила Яну подруга. - Здесь, между прочим, Ричард.

Яна поежилась, воровато оглянулась и сразу же столкнулась взглядом с темными глазами, смотревшими на нее с ужасом.

Яна поднялась на ступеньку, где стоял Ричард, и еще на одну, чтобы быть выше его.

- После того как ты стремительно покинул мою квартиру, я и предположить не могла, что буду иметь честь видеть тебя на открытии ресторана.

- Я не мог уклониться от такого любезного приглашения. Тебя что, бьют? - поинтересовался Ричард.

Яна не могла признаться ему, что хотела стать красивее и поразить его, тем более что Ричарда под руку держало прелестное создание со светлыми волосами. Да, он имел наглость прийти на открытие ее ресторана с Настей. Яна внимательно всмотрелась в лицо сестры Аси и не увидела ни одной морщинки, а цвет лица она - негодяйка - позаимствовала у персика. Джорджио, заметив Ричарда, спрятался за спину Яны, видимо, давала о себе знать старая рана, то есть сломанная переносица.

Яна вздохнула полной грудью и поблагодарила за нелегкий труд строителей, в столь короткий срок воздвигших такую громадину. Яна покосилась на Ричарда, и ее сердце пронзила острая боль.