Осторожно: яд! - Энтони Беркли

Я ответил.

— Привет, Дуглас, — произнес голос в трубке. — Это Алек. Надеюсь, у вас все в порядке?

— Да, — ответил я. — А что случилось?

— Ничего. Просто я хочу у вас сегодня переночевать. Можно?

— Конечно. А где ты?

— В Торминстере. Извини, что так поздно, но это крайне необходимо. Ладно, буду в тебя через полчаса.

Я вернулся в гостиную и произнес виноватым тоном, каким обычно говорит муж, когда кто-то из его родственников приезжает в гости. Жена, конечно, считает само собой разумеющимся, что ее родственники имеют приоритет.

— Звонил Алек из Торминстера. Он хочет у нас переночевать. Я сказал, пусть приезжает.

Френсис встала.

— Но… сейчас поздно.

— Он сказал, что это крайне необходимо.

— Горничная уже легла спать. Ладно, я приготовлю комнату сама. Она не проветрена, но тут уж ничего не поделаешь.

— Думаю, он возражать не станет, — успокоил я жену. — Не понимаю только, зачем ему понадобилось сюда приезжать.

— Надо было спросить, — сказала Френсис и вышла.

Отличный парень Алек Джинс был мой кузен. Он служил в армии в Индии, но три года назад вышел в отставку в звании майора. Без дела сидеть не захотел и устроился на работу в военном министерстве.

Он подъехал к нашему дому ровно через полчаса. Я помог ему поставить машину в гараж, проводил в дом. Алек, как обычно, остановился у входной двери, чтобы наклониться. Он был очень высокий, за два метра.

В гостиной его радостно встретила Френсис. Вообще-то мой кузен ей очень нравился.

— Что занесло тебя в наши места? — спросил я, когда мы устроились с бокалами в креслах.

— Ничего особенного. Так, езжу, прогуливаюсь. Надеюсь, я вас не потревожил?

— Нисколько, — мило проговорила Френсис. — Мне нравится, когда приезжают без всяких церемоний. Это хоть как-то разнообразит здешнюю жизнь.

Алек мне незаметно подмигнул, и я понял, что пока вопросы задавать нельзя.

Все прояснилось, когда Френсис отправилась спать, оставив нас одних.

— Так что все же случилось? — спросил я.

— Пришлось приехать из-за этого Уотерхауса, — ответил он. — Ты ведь его хорошо знал, верно?

— Очень хорошо.

— Я так и думал. Поэтому расскажи о нем как можно подробнее. И это нужно мне не просто так, а по службе.

— По какой службе?

— По разведывательной, вот по какой, — ответил он. — Как только там узнали, что мы родственники, меня послали сюда немедленно.

— А зачем им понадобился Уотерхаус?

— Хм… только между нами. Уотерхаус работал на нас, и есть подозрение, что его из-за этого убрали. Такое маловероятно, но все равно надо проверить. Вот меня за этим и послали.

До меня начало медленно доходить.

— Так ты служишь в военной разведке? И Джон, значит, там же. И чем он занимался? Шпионил?

— Нет, нет, — проворчал Алек. — Никаких дешевых триллеров. Уотерхаус просто помогал нам иногда. Кстати, этим занимаются десятки видных людей. Ты бы удивился, если бы я назвал фамилии. Уотерхаус был нам чертовски полезен, когда работал на Востоке. Но там не было ничего, за что его могли убрать. И все же в его в доме жила немка. Девушка по фамилии Бергман.

— Да. Но какое отношение могло иметь к его смерти это совершенно безобидное дружелюбное существо?

— Вот как? К твоему сведению, это безобидное дружелюбное существо бежало из нашей страны с помощью германских агентов. Им срочно понадобилось забрать ее отсюда.

— Почему?

— Вот это я и хотел бы знать. У тебя есть соображения?

— Никаких. Но Джона отравила не она, я в этом уверен.

— Хм… тогда жена?

— Нет, — ответил я с не меньшей горячностью.

— А кто?

— Наши все просто в замешательстве. Я думаю, что яд он принял сам, случайно. Только не спрашивай как, потому что это невозможно представить.

— В нашей жизни все возможно, — сухо заметил Алек. — А как насчет его девушки из Торминстера?

— Какой девушки?

— Ты что, не знаешь, что у него в Торминстере была девушка? Надо же, какие вы здесь в провинции нелюбопытные. Я думал, что у вас тут о ней все знают. Но девушка эта тоже совершенно безвредная. Так по крайней мере думают в Скотленд-Ярде.

— Это они ее раскопали? Так скоро?

— Да. Толковые ребята эти Вентворт и Даггерс. Кстати, забавно, что этот старикашка адвокат не упомянул об оставленном ей наследстве.

— Джон ей что-то завещал?

— Да, — ответил Алекс. — Он вообще оказался не так прост, твой Джон, как вы все думали.

— Что это значит? — спросил я.

Алек мотнул головой.

— Не имею права говорить. Но не беспокойся, завтра все узнаешь.

— На коронерском суде?

— Именно там. Но никому никаких намеков, Дуглас, понял? — Неожиданно Алек широко улыбнулся. — Завтра вообще будет много сюрпризов. Особенно для коронера.