Наследница поневоле - Ирина Львова

— Ё-мое! — удивленно протянул Заварзин, пропустивший мимо ушей ее гневную тираду. — Сколько тут, девочка?

— Прекратите называть меня девочкой!!!

— Пожалуйста, могу мадемуазелью называть, — ухмыльнулся Андрей. — Если тебе так больше нравится. И все-таки, сколько тут?

— Четыре тысячи долларов, — сердито сказала Лиза.

— Это что? Аванс? В счет наследства?

— Нет, в казино выиграла.

— Везучая. Но теперь о казино придется забыть. Будешь сидеть дома, причем тихо, как мышь. Или… Я подумаю, может, тебя вообще лучше где-нибудь спрятать. У меня, например.

— Ни за что! — раздельно произнесла девушка. — Во-первых, я должна завершить кое-какие формальности. Вместе с Гаррисом, которого вы упорно подозреваете! Во-вторых, я хочу купить брату компьютер…

— Умолкни! Компьютер будешь покупать, когда все останется позади. У меня есть другая мысль. Садись, давай-ка поедим.

Лиза послушно села. Прожевав кусочек остывшего омлета, она обиженно произнесла:

— Какой вы все-таки грубиян!

— Что поделаешь, мадемуазель? Иначе в нашем суровом мире не выжить. Ты, кстати, совершенно не умеешь готовить омлет. Пересушила, пересолила. И вообще, это не омлет, а сожженные яичные сопли. И хлеба нет, черт! А чай у тебя — просто помои.

— Идите вы к черту! — огрызнулась Лиза, в считанные секунды проглотившая «сожженные яичные сопли».

Как ни сопротивлялась Лиза Батурина, детектив не оставил ее одну в квартире. Уговорив девушку покрасить волосы в черный цвет — Херби закупил мусс «Велла-колор» в большом количестве и широком ассортименте, — Заварзин потащил ее по магазинам. Однако его деньги скоро кончились, и им пришлось идти в пункт обмена валюты.

На ступеньках перед железной дверью Лиза замешкалась, доставая из кармана джинсов стодолларовую бумажку.

— Простите. — На нее с располагающей, несколько смущенной улыбкой смотрел незнакомый симпатичный парень. — Там очередь… Небольшая, правда, но работают очень медленно… Хотите я вам прямо здесь обменяю? Вы не думайте, по курсу! — Он выразительно сложил большой и указательный пальцы, оставляя между ними маленькую щелочку. — И чуть-чуть сверху.

Девушка оглянулась. Увидев, что Заварзин уже прошел в помещение, где толпился народ, она решила, что прекрасно справится с обменом денег сама да еще и время сэкономит.

Парень сосредоточенно рассмотрел стодолларовую бумажку, даже на просвет взглянул, улыбнулся еще доброжелательнее и сказал:

— Порядок, а то, знаете ли, фальшивые попадаются.

Он достал из кармана пиджака солидный бумажник и принялся отсчитывать деньги.

Получив рубли, Лиза передала ему сто долларов, которые он почему-то, сложив в несколько раз, убрал не в бумажник, а в карман.

Вдруг из-за угла дома выскочил другой парень и, размахивая руками, испуганно зашипел:

— Гришка, менты!

Гришка немедленно вытащил из кармана Лизину бумажку, сунул ее растерявшейся девушке в руку и выхватил у нее свои деньги.

— Извините, девушка, не хочу неприятностей!

Он уже повернулся, чтобы уйти, но чья-то крепкая рука схватила его за шиворот. Его приятель немедленно исчез.

— Что здесь происходит? — прорычал Заварзин.

— Я поменять хотела… Побыстрей… А он прибежал и сказал, что милиция… — растерянно забормотала Лиза. — Но деньги вернул. — Она показала Андрею сложенную бумажку.

— Разверни! — приказал он, встряхивая злобно скалившегося «Гришку».

Девушка развернула и ахнула — у нее в руках был… один доллар США.

— Поняла, дурища? То есть мадемуазель, — вредным голосом осведомился Заварзин и снова встряхнул парня. — Где бабки?!

Тот, дергая руками, как кукла, управляемая нервным или пьяным кукловодом, извлек из кармана Лизины деньги и бросил их на асфальт.

— А вот это ты зря, пидор! — укорил его Заварзин и, без особых усилий пригнув «Гришку» к земле, начал возить его симпатичным располагающим лицом по не успевшему просохнуть после ночного дождя асфальту.

— Пусти, гад! — взвыл подвергаемый экзекуции мошенник.

На ступени обменного пункта вышел охранник с автоматом.

— Что, обдурить хотел? — насмешливо поинтересовался он.

— Ну, — кратко отозвался Андрей, не прерывая увлекательного занятия.

— Я эту рожу давно здесь приметил, — не без злорадства сообщил охранник и попросил: — Слышь, мужик, ты все-таки закругляйся. Там народ волнуется. Оштрафуй захерника, и дело с концом.

— Лады, — отозвался частный детектив. Он с неохотой выпустил продолжавшего ругаться «Гришку», подождал, пока тот собрал рассыпавшиеся по асфальту деньги, забрал их и, развернув растерявшего всю самоуверенность жулика, отвесил ему полновесный пинок.

— На все штрафуй, мужик! — посоветовал охранник.

— Черт с ним, — отозвался Андрей, поднял свалившуюся сумку, подхватил Лизу под руку и потащил прочь от обменного пункта.

— Вы же его обокрали?! — простонала Лиза.

— Умнее будет!

— Вы… вор!

— Да заткнись ты, дуреха! Что, лучше было бы, если бы он тебя обдурил? — рассердился Заварзин.

— Не смейте мне хамить! — воскликнула едва успевавшая за ним Лиза.

Заварзин провел девушку в какой-то сквер. Усадив ее на первую попавшуюся скамейку, он плюхнулся рядом, закурил сигарету и с шумом выпустил дым, а вместе с ним — свое раздражение.

— Слышь, мадемуазель, давай на «ты»? А то как-то глупо получается. Вы — вор… Вы — негодяй… Вы — скотина или к примеру хам… Чуешь? Не звучит!

— Какая ты и в самом деле скотина, — с удовольствием сказала Лиза и рассмеялась.

— Ну, не сердишься, что ли?

Девушка мотнула головой:

— Нет.

— Ну вот и славненько! Теперь пошли в другой обменный пункт, а потом — на барахолку. За шмотьем для тебя.

— Может, продукты домой занесем?

— Некогда. У нас мало времени. В час твои иностранцы приедут.

Смирившаяся Лиза только махнула рукой.

— Не умещается, — виновато сказала Лиза, глядя на Заварзина.

— Правильно. Где тут уместить нормальное количество продуктов? Не холодильник, а черт-те что! На свалке, что ли, подобрала? — Заварзин хмыкнул и принялся помогать девушке.

— Нет. У тети Зины за пятьдесят рублей купила.

— Он и пяти не стоит. Ладно, брось. Иди перекрашивайся…

— Как?

— А так! Или все смой, или красься в каштанку, короче, стань такой, какой они тебя уже видели, — строго сказал Андрей.