Гоблины. Пиррова победа - Андрей Константинов

Санкт-Петербург,

2 сентября 2009 года,

среда, 09:18 мск

В рамках подготовки к секретной операции «Детский сад» Мешок и Вучетич, с утра пораньше, прибыли к адресу господина Гурцелая, чтобы произвести прикидочную рекогносцировку местности. Здесь к ним присоединился Джамалов, который часом ранее вместе с Тарасом заступил на пост охраны объекта. И хотя сам объект за всё время наблюдений раньше полудня из дома ни разу не выходил, в разведдозор Шевченко не взяли, оставив его в одиночестве караулить подъезд. «А то начнет как обычно на ушах висеть», — раздраженно объяснил коллегам такое свое решение Андрей.

Настроение у Мешка было не просто скверное, а архискверное. Накануне вечером ответственный дежурный по Главку поставил его в известность о том, что в среду вечером из Северной столицы в столицу посконную убывает генерал-майор Ширяев. В связи с этим в 15:00 на Суворовском назначено итоговое рабочее совещание для руководящего состава ГУВД. Где, как доверительно поведал Андрею весть приносящий, планируется масштабная, доселе не знавшая аналогов раздача серег для сестер. Самое паскудное, что официальное приглашение на вечеринку было адресовано не только полковнику Жмыху, но и его заместителю по оперативной работе. Короче, «форма одежды парадная, вазелин с собой».

А сегодня, еще до восхода солнца, дабы избегнуть очередей на таможне, Лера растолкала спящего мужа, бесцеремонно забрала у него ключи от машины, схватила в охапку Алиску и на день укатила в Финку — «откатать визу и просто развеяться». И только когда они отчалили, Мешечко запоздало вспомнил, что его форменная милицейская рубашка, по причине редкой востребованности, всё это время хранилась на дне корзины для грязного белья. Заниматься стиркой было поздновато, да и не барское это дело, так что Андрей занялся суматошными поисками теоретически существующего дублера. Получасовые раскопки бездонных недр шкафа-купе успехом не увенчались. Рубашка так и не отыскалась, зато меж аккуратно сложенных стопочек постельного белья Мешок неожиданно наткнулся на зашхеренный подарочный пакетик. В котором, к немалому своему удивлению, обнаружил новенькую фирменную коробку с изображением телефона «Sony Ericsson Aino». Таковой вместе с гарантийными талонами и книжкой-инструкцией хранился внутри, а вот ценники-чеки на покупку отсутствовали. Из чего следовало, что подарочная упаковка — она не просто так, а со смыслом. Телефон был навороченный и розовый, а потому никак не тянул на загодя заготовленный подарок от любящей жены любимому мужу. Конечно, можно было предположить, что Лерка купила его для себя, — с ее нынешними зарплатами, не идущими ни в какое сравнение с мужними, вполне могла себе позволить. Но в таком случае: отчего не пользуется? Зачем прячет?

Снова кольнуло в мозгу неприятное, за эти недели до поры до времени подзабытое, воспоминание о ночном поцелуе супруги с импозантным владельцем «Майбаха», и по крупицам накапливавшееся раздражение переросло в устойчивую злость. «Твою мать! Нехерово денек начинается!»

Андрей убрал телефон на прежнее место, замел следы раскопок, при помощи утюга придал грязной рубашке символический блеск и, по причине временной безлошадности, вышел из дома на полчаса раньше. К метро и на своих двоих.

«Как последний лох!..»

* * *

— …В идеале лучше всего стрелять вон из тех окошек, — повертев головой по сторонам, вынес свое суждение Ильдар.

— Валяй. Иди, договаривайся с жильцами, — хмуро заценил идею Мешок.

— Я ж говорю, в идеале!

— А нам нужно в реале! Нет, парни, здесь нам ловить нечего. Пошли на улице посмотрим.

Выезд со двора был только один — на Благодатную улицу. Уже плюс, потому что выводи таковой прямиком на Московский проспект, от всей этой затеи следовало отказаться сразу: разыгрывать театральную постановку на правительственной трассе — себе дороже.

На Благодатной осмотрелись, и Виталий сразу обратил внимание на подъезд дома, расположенного практически в створе выезда.