Дело о неуловимом призраке - Наталия Кузнецова

В Шереметьево-2 они прибыли вовремя. Самолет тоже не заставил себя ждать. Вика оказалась высокой стройной девушкой с короткими темными волосами, большими, неожиданно зелеными глазами и длинными ресницами. По-русски она говорила с заметным акцентом, иногда не совсем правильно строила фразы. Уезжала из Москвы она совсем маленькой девочкой, поэтому английский знала в совершенстве, а вот ее русский от этого немного пострадал. Она совсем не смущалась, держалась очень просто, чем сразу вызывала к себе симпатию.

Расцеловавшись со всеми, она с волнением проговорила:

— Может быть, сразу к бабушке поехать в больницу? Я чувствую себя перед ней виноватой.

— Я считаю, что сначала нам надо заехать домой, — сказала Эля. — Кстати, где ты собираешься жить? Может быть, вместе со мной? Примете еще одного квартиранта? — улыбнулась она брату и сестре.

Ромка с Лешкой дружно закивали в ответ. Вика им понравилась.

— Конечно!

— А дедушка хотел, чтобы вы жили у нас, — вдруг раздался уже знакомый ребятам голос, и перед ними предстал неизвестно откуда взявшийся Димка. — Здравствуйте, с приездом, — вежливо обратился он к Вике и кивнул Эле и брату с сестрой. — Дедушка меня прислал вас встретить и к нам пригласить. У нас места много.

— Ты — Дима, да? Я все твои фото знаю, — сказала Вика и покачала головой: — Спасибо большое за приглашение, но я собираюсь поселиться в своей квартире, бабушкиной, точнее сказать. Хочу узнать, буду ли я там вспоминать мое прошлое. Я жила там до того, как уехала. Совсем немножко и совсем маленькой, — пояснила она.

— В центре жить удобнее, — продолжал настаивать Димка.

— Нет-нет, я буду ходить к вам в гости. Так для всех лучше, — твердо сказала американка.

Ромка незаметно взглянул на Димкину обувь. На нем совсем другие кроссовки. Ну надо же, джинсы те же, а обувь сменил. Может быть, он не смог их отмыть? С другой стороны, при чем тут Димка, когда следопыт уже вышел на Юрку?

— Значит, едем в квартиру Софьи Яковлевны? — уточнила Эля и, подозвав такси, сказала водителю: — Нам в Медведково. Отсюда, кстати, недалеко. — И обернулась к Вике: — А потом поедем к твоей бабушке в больницу.

Димка, к Ромкиному удивлению, тоже уселся в такси.

Как только машина въехала во двор знакомой пятиэтажки в Медведкове, Ромка сразу засуетился.

— Я сам открою вам дверь. Чтобы вы не ждали, — и, пока все только выходили из машины и вынимали из багажника Викины вещи, он уже примчался к подъезду. Лешка от него не отставала.

— Блин, — сказал он ей на ходу, — я-то думал, что она сначала или к нам поедет, или в больницу, но никак не сюда, иначе бы не стал так долго спать утром. Лешк, вот будет хохма, если они все сейчас в мазут вляпаются! К тому же нам с тобой надо следы по-быстрому разглядеть, если они там появились.

Ромка подбежал к двери и обрадовался:

— Эй, гляди, пломбы снова нет! — Он метнулся к счетчику и повернул рубильник. — И позырь, что здесь!

Вся лестничная клетка была в черных, разнокалиберных, размазанных следах.

— Ясное дело, что. Там кто-то был. Когда вышел, наследил. А потом соседи мазут по всей площадке разнесли, — Лешка ставила ногу очень аккуратно, стараясь не наступать на грязь.

— А ты посмотри: больше всего следов ведет в квартиру Анны Степановны. Видишь? Видишь? Значит, это точно Юрка. Вот гад, а? И на что только он рассчитывал? Любой преступник должен знать, что следы всегда остаются. Знаешь, даже детектив такой есть. Он так и называется: «Следы остаются».

Говоря все это, Ромка быстро открыл дверь квартиры, схватил разложенный у порога пакет-пленку с размазанной по ней черной вязкой жижей, аккуратно свернул его, сунул в другой пакет и быстро запрятал мазутную ловушку в свою сумку.

— А ты пока срисовывай следы, — приказал он.

— Как? — спросила Лешка, наклонившись над большим черным пятном на полу.

— А ну тебя, — оттолкнул он сестру. — Все быстро надо делать, пока они не пришли.

Он повернул в двери ключ и, достав из сумки листы белой бумаги, стал промокать один из следов, каким усеяна вся комната.

— Рома, смотри! — Лешка указала на пальму и вздохнула.

Если раньше неизвестный, а теперь можно сказать известный, гость лишь ковырялся в горшке, в котором росло тропическое дерево, то сейчас вся земля в нем буквально вспорота и частично вывалилась на пол.