Расплата - Оливье Норек

Солал заметил, что тон его стал агрессивным, и сделал два глубоких вдоха, чтобы вернуть самообладание.

– Вы думали, мы так и будем устраивать сидячие забастовки и петь песни в защиту планеты? Правительства, лобби и предприятия-загрязнители смотрят на все сквозь пальцы, притворяясь, будто не осознают срочности проблемы, а мы должны сидеть сложа руки? Скажите, что вы думаете, Диана? Ваша вчерашняя беседа с Господом в церкви Святого Михаила что-то прояснила?

Натан Модис изумленно оглянулся на Мейер. Если за ней следили, то как давно? Значит, следили и за ним? Диана встревожилась, но попыталась снова взять ситуацию в свои руки. Она вспомнила о медальоне Девы Марии на шее Лоры.

– А вы сами? Верите ли вы в Бога, как ваша жена, Виржиль?

– Она не верит в Бога, – поправил Солал, – ей просто нравится, что можно кому-то довериться. В любом случае, поскольку десять заповедей заменил уголовный кодекс, нам для поддержания порядка больше не нужны божества. Вот только уголовный кодекс не предвидел величайшего в истории преступления – угрозу нашему выживанию и истощение планеты.

Явно устав, Солал потер лицо. Его собеседники тянули время, и это означало лишь одно. Лучше было покончить с этим. Он вернул камеру в исходное положение, чтобы Сесилия Варан снова оказалась в центре. На экране мелькнула панда со шрамом – она сидела за компьютером и яростно стучала по клавиатуре.

– Если бы у вас были хорошие новости для «Гринвара», – закругляясь, произнес Солал, – вы бы уже о них сказали. Я так понимаю, банк платить не будет?

– Будет, но меньшую сумму, – сказал Модис.

– Намного?

– Три миллиона, – вмешалась Диана. – Только для вас. Они дают вам шанс уехать из Франции с некоторой суммой. Они проверяют вас. Мы, кстати, тоже.

Откровенность психолога тронула бы его, если бы предстоящее не вызывало у него тошноту. Он снова повернулся к Сесилии Варан, не в силах смотреть ей в глаза.

В нижней части экрана появилось сообщение: «Цель близка. Регион Нормандия. Еще две минуты. Не дайте ему уйти!!!»

Модис вспомнил слова, которые со вчерашнего дня травили душу: «Я знаю, что в конце концов ты поступишь правильно». Как он будет смотреть в глаза дочери? И на себя самого в зеркало, где увидит осуждающие взгляды миллионов умерших. Защищать безрассудных, что ведут нас к вымиранию, или встать на сторону убийцы, который готов убивать, чтобы защитить других?

Он потеряет все, но все же поступит правильно. Натан глубоко вздохнул и подался вперед, подбирая слова. Но Диана положила ладонь на его руку. Затем улыбнулась, как бы прощаясь.

– Они вышли на вас, Виржиль, – сказала она со слезами на глазах. – Уходите!

Солал тут же повернулся к своему хакеру и вопросительно на него посмотрел. На мониторе программа маленького гения безопасников потерянно блуждала, разыскивая их где-то в Финляндии, далеко от реального расположения. Для очистки совести гринварский айтишник еще раз проверил возможные атаки и тут обнаружил вторую, почти невидимую программу, в которой маленький отважный солдат незаметно шел прямо к ним.

– Ах ты ж гнида! – воскликнул он, опрокидывая стул и вскакивая на ноги. – Они уже в пятидесяти километрах!

Лицо Солала на экране застыло. Новый неожиданный союзник Диана Мейер влилась в его ряды. Но она заплатит за это карьерой и свободой.

– Диана… – виновато прошептал он.

Затем панда бросилась к камере, и связь прервалась.

* * *

Кабинет заполонили разъяренные полицейские, и, когда один из них шагнул к Диане, Натан преградил ему путь.

– Не трогай ее. Я сам разберусь.

Разве мог он час назад подумать, что ему придется заковать тонкие запястья Дианы в наручники? Его руки почти дрожали.

– Я собирался сам это сделать, – прошептал он ей на ухо.

– Я знаю, – грустно улыбнулась она.

Бушующие соцсети воспевали новую героиню, ее имя сделали символом «зеленой революции» во всем мире. А в это время Диана под конвоем двух полицейских шагала по длинному коридору последнего этажа «Бастиона». Все сотрудники высыпали из своих кабинетов: миротворцы и офицеры, хакер и шеф. Она не опустила глаза, мужественно встретила взгляд каждого и вопреки ожиданиям не увидела ни злости, ни презрения.

* * *

Адвокатское бюро «Восьмой элемент»

Герда и Аттала.

Два часа спустя

Как и все коллеги, оба адвоката были свидетелями этих переговоров и их ошеломительного исхода. Тем более что похититель стал их клиентом. Это видео придется пересматривать снова и снова, каждая секунда переговоров будет тщательно изучаться и анализироваться в суде.

Был ли он арестован, или ему удалось сбежать?

Герда и Аттал, каждый за своим столом, нервно смотрели в телефоны, которые могли зазвонить в любой момент. Пропищал сигнал о входящем сообщении, и Герда, не двинувшись с места, громко подозвал партнера и развернул монитор так, чтобы Аттал мог прочитать письмо.

– Диана Мейер? Психолог?

– Солал просит нас представлять ее интересы. И естественно, он опять продумал линию защиты. Пока неясно, насколько эта линия хороша.

– Хороша или нет, но мы возьмем ее дело, – решил Аттал. – Мы стали юристами именно для таких сражений.

20

Нормандия.

Секретная база НАТО

Красные цифры на циферблате показывали обратный отсчет. Часы и минуты стояли на нуле, шли последние десять секунд. Раздался щелчок, он отозвался эхом в заброшенном помещении. Сесилия Варан закрыла глаза, стиснула зубы и попыталась вспомнить что-то хорошее, за что можно ухватиться перед взрывом.

Однако взрыва не последовало.

Она почувствовала, что запястья свободны и в пальцах запульсировала кровь. Наручники, соединенные с электронным блоком, автоматически раскрылись и упали к ее ногам. Перед уходом Солал что-то положил в карман ее пальто. Воображение нарисовало ей гранату, как в кино, и Варан с осторожностью хирурга сунула туда руку, но обнаружила лишь безобидный фонарик.

Вопреки всему она была свободна. Но в данной ситуации «свободна» не означало «освобождена». Она вспомнила, что шла сюда почти час, куда-то сворачивала, поднималась по шатким ступенькам, опускала голову, нагибалась, и все это с повязкой на глазах. Найти дорогу назад казалось невозможным. Но поскольку альтернативой было умереть здесь, Варан встала с решимостью человека, которому нечего терять.

«Оставайтесь на месте. Помощь обязательно придет», – прошептал ей Солал.

Но она помнила судьбу первой жертвы, и слово «обязательно» заставило ее содрогнуться. Доверять этому человеку было нельзя.

С фонариком в руке Варан обследовала командный пункт, надеясь найти дверь. К несчастью, она насчитала четыре выхода по всему широкому кругу из ста рабочих мест. Поскольку все равно придется выбирать наугад, она направилась к ближайшему.