Комната с видом на огни - Наталья Андреева

— Видимо, это касается и меня, — задумчиво сказал Ленский. — Но потом ты будешь жалеть о том. что могло случиться с нами, с тобой, со мной, но так и не случилось. Запомни.

— Ты всегда оказываешься прав. Почему?

— Черт его знает. Может, потому что ты идешь по жизни тем же путем, который когда-то прошел я… Знаешь, Нюра, я, пожалуй, тебе деньги оставлю, большие деньги.

— Почему мне? У тебя есть сын, внук, может, еще внуки будут.

— Им хватит. Сын давно уже мне чужой, ему папа нужен только как бездонный кошелек. Мама приучила, сам он не виноват, нет. Мать его я любил, а настоящая любовь, говорят, в жизни бывает только одна. Поэтому что ты для меня — я не знаю. Но я рад, что хотя бы одному научился: разбираться в людях. Потому что ты мне верна. Пока я жив. А после смерти… Черт с тобой: благословляю!

— Слушай, Ленский, ты рехнулся: помирать, что ли, собрался? — Анна невольно поежилась. Конечно, охрана доложила о поздних визитах Малиновского в отсутствии хозяина. Но откуда Ленский знает, что она осталась ему верна? И тут до нее дошло. Ленский заговорил о смерти! — Володя, ты не вздумай совершить со мной такую подлость! Что я буду делать, если ты умрешь?

— Ладно, хватит. Запричитала! Будешь заказывать своих мучителей?

— Что ты привязался?!

— Будешь?!

— Нет!!! — крикнула она.

— Что ж… Еще не знаю как, но я тебе помогу. Когда вернешься-то?

— Скоро.

— Тебя там уже ищут, спрашивают, что написала, когда снимать.

— Нет, с этим все кончено. — Анна тряхнула головой.

— Как интересно! Плакали, значит, мои денежки! А ведь я столько в тебя вложил, скандальная ты баба, — сказал он вполне миролюбиво и добавил: — Тебя в аэропорту встречать?

— Не надо. Я же не ты, не садистка. Сиди дома, чаек пей, музыку слушай.

— Думаешь, мне сейчас до этого?

— Проблемы? — насторожилась Анна.

— Тебе бы этого не надо знать…

Свое обещание Анна выполнила: не стала больше писать песен и сниматься в клипах. Некоторое время о ней еще помнили, но потом благополучно забыли: уж чего-чего, а таких звездочек, постоянно вспыхивающих сверхновыми, а через короткий срок внезапно исчезающих с небосклона, в шоу-бизнесе хватало. Заработанные продажей альбома деньги Ленский определил в банк, открыв счет на ее имя, и отныне Анна могла считать себя вполне состоятельной женщиной.

Спустя некоторое время после их возвращения в Москву в доме вновь появился Малиновский. Он долго ходил кругами, пошучивал, ласкал ее глазами, потом, улучив момент, когда в комнате не было Ленского, спросил в лоб:

— Ну что, ты не передумала?

— Насчет чего? — удивилась Анна.

— Насчет нас с тобой?

— Ах, ты об этом! Если честно, забыла, Денис, — и Анна невольно зевнула. Надо же! До сих пор не успокоился! Неужели не подвернулось подходящей девицы?

— Вот как? А я думал, ты ночами не спишь, все ждешь, когда я вернусь к этому разговору.

Анна откровенно рассмеялась:

— Ну и самомнение! Слушай, ведь у меня и громкая слава-то давно кончилась, кто меня помнит? Оставь уж меня с тем, кому это абсолютно безразлично.

— Ты что, любишь своего банкира?! — Он кивнул в сторону двери, за которой недавно скрылся Ленский.

— Нет, не люблю. — Будет она ему рассказывать о своих чувствах!

— Боишься? — вроде как обрадовался он.

— И не боюсь.

— Слушай, Аня, я тебя что-то не понимаю.

— Вот поэтому я и не буду с тобой спать.

— Значит, ты мне опять отказываешь? — с угрозой в голосе спросил он.

— Просто это глупо и бессмысленно: переспать с тобой. Чего ради? Чтобы потешить твое самолюбие?

— Ты можешь получить удовольствие.

— Знаешь, я как-нибудь без этого обойдусь. И потом, мой банкир вполне меня удовлетворяет.

— Ты врешь!

— Не ори! Ленский рядом.

— Ты врешь, — шепотом сказал Денис. — Зачем тогда тебе я?

— Ты все об этом? Поверь, что последнее время наши ночи хороши и без твоего присутствия за ужином. У нас с Ленским все в полном порядке. Можешь спросить у него. Ведь он же бывает с тобой откровенным?

— Вы друг друга стоите. Ладно, я подожду.

— С ума сошел, — пожала плечами Анна.

— А это уже мои проблемы.

Малиновский не стал долго задерживаться в этот вечер, за ужином был против обыкновения молчалив, рано уехал, и Анне долго еще было не по себе. А через несколько дней Ленский неожиданно спросил:

— Сколько уже мы с тобой живем вместе, Нюра? Четыре года?

— Около того. Что это ты вдруг занялся подсчетами? — удивилась она.

— Хочу оформить с тобой законный брак.

— С ума, что ли, сошел?

— Это манера современных девушек отвечать на предложение? — засмеялся Ленский.

— Какая я тебе девушка? Мне уже за тридцать! К тому же я, кажется, забыла развестись со своим Пайковым. А он и не настаивает. Очень удобно: вроде как женат, но фактически совершенно свободен. Так что! официально я по-прежнему замужем. Но ты-то, я надеюсь, в разводе?

— Представь себе, что только ты, Нюра, прелюбодейка, а я чистенький. У меня и штамп о разводе в паспорте имеется, и разрешение Папы Римского на повторный брак. Ладно, шучу. Завтра скажу Денису, пусть займется твоим разводом. Охнуть не успеешь, как окажешься свободной и готовой для новых брачных уз. Со мной, любимым, разумеется. — И Ленский лихо ей подмигнул.

— Дима, если честно, мне все равно. Ты мне не нравишься в последнее время. И это неожиданное решение оформить брак… Что с тобой? Тебе угрожают?

— Такие, как я, в своих постелях не умирают, для этого у меня слишком много денег, — неожиданно серьезно сказал Ленский. — Бояться надо всегда, Нюра. Да, у меня проблемы, и серьезные. Денис, правда, говорит, что ничего страшного, можно еще выкрутиться.

— Как?

— Ты в этом ничего не понимаешь. Видишь ли, мой банк, похоже, ложится на дно, сама чувствуешь, какая складывается в стране ситуация. По-ненашему это называется дефолт, а по-нашему г-м-м-м… Ну, в общем, есть такое нехорошее слово. А у меня вертятся немалые деньги людей, которые находятся в конфликте с законом.

— Ну так отдай.

— Какая ты простая! Где я их возьму? Признать себя потом полным банкротом? К тому же эти люди что-то почуяли. Кто им сказал, ума не приложу, видимо, произошла утечка информации. Денис с ними сейчас ведет переговоры, он утверждает, что пока опасаться нечего. Но это пока.

— Если ты им отдашь все деньги, что у тебя останется? — Анна вопросительно посмотрела на него.