Плоть и кровь - Иэн Рэнкин

Он не останавливал машину, чтобы не привлекать внимание зевак и прессы. Поскольку ИРА в последнее время ничего нового репортерам не подбрасывала, они слетелись сюда, как мухи на мед. К тому же он знал, что он не самый желанный гость в Гар-Би. Хотя констебли и не видели, кто в них кинул двухкассетником, они могли назвать наиболее вероятного подозреваемого. В отделении в Драйлоу Ребус видел его описание. Конечно, это был Дейви Саутар — парень, которому рубашка не по карману. Один из констеблей спросил Ребуса, почему он проявляет интерес к этому делу.

— Личные мотивы, — коротко ответил он.

Случись подобное несколько лет назад, центр был бы закрыт немедленно и бесповоротно. Но теперь муниципалитет, скорее всего, выделит трущобному району субсидии — во искупление вины. Да и то сказать, закрытие центра лишь усугубило бы ситуацию. В районе было множество пустующих квартир — числящихся как «несдаваемые». Они были заколочены, на дверях висели замки, но вскрыть их не составляло труда. Их использовали сквоттеры[43]и наркоманы; воспользоваться ими могли и банды. В нескольких милях отсюда в разных направлениях готовились к началу рабочего дня Барнтон и Инверлейт.[44]Другая планета. Тамошние жители вспоминали про Пилмьюир, только когда он взрывался.

Дорога до Феттса отсюда тоже не заняла много времени, даже с учетом утренних транспортных заторов. Он подумал, что, наверно, будет первым, кто появится в управлении; чего доброго, это истолкуют как чрезмерное рвение. Что ж, можно сначала посмотреть, как обстоят дела, и в случае чего отсидеться в столовой, пока народ не начнет собираться. Но, открыв дверь кабинета, он увидел, что его опередили: здесь уже был Смайли.

— Доброе утро, — сказал Ребус.

Смайли кивнул в ответ. Он показался Ребусу уставшим, а это кое о чем говорило. Он прислонился задом к одному из столов и сложил руки на груди.

— Вы знаете инспектора Абернети?

— Особый отдел, — сказал Смайли.

— Точно. Он все еще здесь?

Смайли поднял на него взгляд:

— Улетел вчера вечерним самолетом. Вы хотите его видеть?

— Не то чтобы очень.

— Ему тут нечего делать.

— Нечего?

Смайли отрицательно покачал головой:

— Если бы что было, мы бы об этом знали. Мы лучшие. Мы бы обнаружили это раньше его. Квед.

— Quod erat demonstrandum — QED.[45]

Смайли посмотрел на него:

— Вы думаете про Немо, да? По латыни — «никто».

— Видимо, так. — Ребус пожал плечами. — Похоже, никто не допускает мысли о том, что Билли Каннингем знал латынь.

Смайли ничего не ответил.

— Мне здесь не особенно рады, верно?

— Что вы имеете в виду?

— Я имею в виду, что не нужен вам. Зачем же Килпатрик позвал меня? Он наверняка знал, что я буду всем действовать на нервы.

— Лучше спросите у него сами.

— Может быть, и спрошу. Если понадоблюсь, я буду на Сент-Леонардс.

— Мы без вас зачахнем.

— Не сомневаюсь, Смайли.

— Чем занимается эта женщина?

— Ее зовут Милли Докерти, — сказала Шивон Кларк. — Она работает в фирме по продаже компьютеров.

— А ее бойфренд — компьютерный консультант. И они делили квартиру с безработным почтальоном. Странное сочетание.

— Не очень, сэр.

— Да? Ну, может быть.

Они сидели друг против друга за столиком в столовой. Ребус время от времени откусывал кусочек от сыроватого тоста. Шивон свой уже доела.

— Ну и как там, на Феттс? — спросила она.

— Ну, ты же знаешь: романтика, опасность, интриги.

— Значит, совсем как здесь?

— Совсем как здесь. Я читал кое-какие материалы по Кафферти вчера вечером. Там отмечено, докуда я дошел, — теперь ты читай дальше.

— Втроем веселее, — сказал Брайан Холмс, подтаскивая стул к их столику. Он поставил свой поднос на столешницу, заняв все свободное место. Ребус с тоской посмотрел на жареху в тарелке Холмса, понимая, что такая диета не для его желудка. И все равно… Колбаса, бекон, яйца, помидоры и жареный хлеб!

— К такому обеду нужно прикладывать ярлык, как к сигаретам: вредно для здоровья, — сказала вегетарианка Кларк.

— Слышали про беспорядки? — спросил Холмс.

— Я съездил туда сегодня утром, — сообщил Ребус. — Там мало что изменилось.

— Говорят, в двух полицейских запустили усилителем.

Процесс создания легенды начался.

— Итак, насчет Каннингема, — без всяких переходов сказал Ребус.

Холмс подцепил ломтик помидора.

— Что насчет Каннингема?

— Что-нибудь выяснили?

— Не очень много, — снизошел Холмс. — Безработный почтальон Королевского почтового ведомства — и другой постоянной работы у него было. Мать души в нем не чаяла и все время давала деньги, на которые он и жил. Он вроде бы сочувствует экстремистам-лоялистам, но никаких сведений о членстве в Оранжистской ложе не имеется. Сын известного гангстера, хотя сам Билли об этом и не знал.

Холмс подумал секунду, решил, что больше ему сказать нечего, и вонзил вилку в нарезанную колбасу.

— Кроме того, у него найдены анархистские материалы, — сказала Кларк.

— Ну, это ничего не значит, — отмел ее соображение Холмс.

— Какие анархистские материалы? — спросил Ребус.

— У него в шкафу лежали кое-какие журналы, — объяснила Кларк. — Мягкое порно, футбольные программки, две книжки, посвященные выживанию в критических условиях. Мальчишки любят всякую такую дребедень — насмотрелись фильмов про Терминатора.

Ребус открыл было рот, но ничего не сказал.

— И тоненькая брошюрка под названием… — Она задумалась, вспоминая. — «Фактология плавучей анархии».

— Да это такое старье, — сказал Холмс. — Не имеет отношения к делу, сэр.

— Брошюра у нас здесь?

— Да, сэр, — сказала Шивон Кларк.

— Напечатано где-то на Оркнейских островах,[46]— сказал Холмс. — По-моему, на ней проставлена цена в дореформенных деньгах. Ей место в музее, а не в полицейском отделении.