Достучаться до седьмого неба - Мария Жукова-Гладкова

Мы без проблем добрались до каменного домика и увидели, что на столе опять выставлена нехитрая еда и вода.

– Еще перекусим? – предложил Дмитрий.

Мы все уселись за стол и принялись за обсуждение предстоящего размещения. Продюсер сразу же сказал, что нужно выставлять дозорных, причем дежурить следовало по два человека.

– Нас семеро, – напомнил Тимур.

– Дам, наверное, исключим, – сказал Дмитрий.

– Я буду дежурить, – объявила я.

– А я не собираюсь! – взвизгнула блондинка. – Это не женское дело, и вообще…

– Так, вопрос решен, – перебил ее продюсер. – Катя, составишь мне пару?

Я кивнула. Коля собирался дежурить с Григорием, а Дмитрий с Тимуром. В домике как раз лежало четыре плетеных матраса, так что оставшиеся смогут разместиться. Хотя еще блондинка… Но ничего, разберемся.

Я очень порадовалась, что мои джинсы и курточка высохли. Не исключено, что ночью станет прохладно, хотя пока ни о какой прохладе речи не шло. Если мы в районе экватора, то ее вообще не будет. Это не Петербург и не средняя полоса России, в которой я родилась.

– Катя, какую смену выбираешь? – спросили у меня.

Я выбрала первую, так как привыкла ложиться поздно, а утром встать для меня – большая проблема. Остальные пятеро отправились спать, по-моему, мужчины даже не думали об отсутствии женщин (для себя). Все устали.

Я интересно провела время с продюсером. Он смешно рассказывал о своей работе и своих подопечных. Но нам пришлось прервать разговор. К дому приближалась фигура в белом – то есть в длинной белой рубахе, которые тут, похоже, предоставлялись всем желающим. И пахли «Тайдом»! Мужчины согласились со мной, что свежие рубахи однозначно пахнут стиральным порошком.

Мы с Володей замерли на своих местах.

– Погоди дергаться, – прошептал напарник. – Это женщина.

По-моему, от женщин можно ждать еще больших гадостей, чем от мужчин, но пока на этом острове нас никто убить не пытался. С нами работали словом. Интересно, что скажет эта дама? Или ее сюда просто доставили раньше нас?

– Здравствуйте, – произнесла женщина лет тридцати на вид.

Электрическое освещение тут, естественно, отсутствовало, но мы нашли в домике лучины (то есть мы решили, что это лучины) и теперь осматривали женщину в свете крошечного пламени. Еще светили звезды и луна, но все равно всего этого было недостаточно. Я могла только сказать, что она высокого роста и имеет модельную фигуру. Длинные светлые волосы были раскиданы по плечам.

– Могу ли я присесть с вами за стол?

– Пожалуйста, – сказали мы хором.

Она села.

– Могу ли я испить воды?

– Конечно.

Она выпила.

– Могу ли я съесть банан?

– Хоть все.

– Все я есть не буду никогда. Я привыкла довольствоваться малым.

– А вы, простите, кто? – наконец спросил продюсер.

– Меня зовут Ольга, – сказала женщина.

Мы тоже представились, потом Володя-Виссарион поинтересовался, что Ольга делает в этих местах.

– Конечно, наслаждаюсь жизнью, как и все, попавшие в рай! Здесь же божественно!

– Ну, это смотря с какой стороны взглянуть, – буркнул себе под нос продюсер.

– Неужели вам здесь не нравится?! – поразилась она.

– У нас всех, знаете ли, в других местах остались незаконченные дела, – заметила я.

– Ну, это все суета, – отмахнулась женщина.

Во время разговора мне удалось рассмотреть ее получше. Конечно, лучина – не электрическая лампа, но все равно было понятно, что женщина красива. Или наоборот, она кажется более красивой в свете лучины? В свете электрической лампы, возможно, были бы заметны мелкие морщинки вокруг глаз, а то и в других местах.

– А у вас нигде не осталось незаконченных дел? – не отставала я.

– Нет, – покачала головой Ольга. – Признаю, что в первые дни здесь я сожалела о том, что не смогла отомстить за свою смерть. Но старец Евлампий много беседовал со мной, и я поняла, что желание мстить разрушительно для меня самой. И разве можно думать о мести в таком божественном окружении? Я продолжаю работать над собой. Ведь я до сих пор его не простила… Но раз меня взяли сюда, значит, у меня есть потенциал, и я смогу справиться со всеми низменными страстями.

«Речь, достойная пациентки сумасшедшего дома», – подумала я.

– А вас убили? – спросила я вслух нейтральным тоном и наступила под столом на ногу своему напарнику.

Ольга кивнула с печальным видом.

– А за что? – спросил продюсер.

– За любовь…

– От вас соперница избавилась? – поинтересовалась я, хотя помнила, что Ольга говорила про «него» и ничего про «нее».

– Если бы соперница… Я могла бы понять другую женщину, борющуюся за мужчину…

– И убивающую конкуренток? – встрял продюсер.

– Да. Я научилась ставить себя на место другого человека. Но я никогда бы не поступила так, как он… И ведь он даже убивал не своими руками… Он отдал приказ своему начальнику службы безопасности… Он убил меня чужими руками!