Тайна дома в деревне - Анна Волжанская

Взгляд Александры смягчился, и она коснулась его щеки мягким прикосновением:

– Я рада, что вы не принимаете мои сомнения на свой счёт.

Александр поймал ее ручку у своей щеки поцелуем-прикосновением, чувствуя, что теряется в этой чарующей глубине тихого голубого взгляда. Он был пленен не выразимым никакими словами тихим светом очарования, исходящим изнутри души девушки, этой загадочной нежностью и мягкой лукавой искоркой, которая озаряла каждый ее взгляд и жест.

– Жизнь щедро дарит разочарования, – тихо сказал он, – и порой так скупится на счастье. Но даже в глубоком мраке иногда проскальзывает вспышка света, – теперь он касался губами запястья Алекс, и она слегка прикрыла глаза: девушке было приятно находится рядом с этим сильным и одиноким человеком, все еще способном испытывать такие яркие чувства.

– И я хочу в это верить, – так же негромко произнесла она, когда их взоры снова встретились, и Александр не мог оторваться от чарующего движения ее длинных выразительных ресниц. – Верить вам, Александр Константинович. – И я уверена, мы с вами смогли заметить здесь друг друга от того, что очень похожи: оба образованные, одинокие и недоверчивые.

Они снова подались навстречу друг другу, и теперь уже ладонь Александра несмело коснулась щечки девушки, ласково заправив за ее ушко пушистый своевольный завиток золотой пряди. Он наклонился к ее щечке, к ее ушку… и вдруг прошептал, признаваясь в порывистом и неожиданном желании:

– Я хочу, чтобы это продолжалось всю жизнь… Чтобы мы никогда не расставались.

Александра с едва уловимой улыбкой прикрыла глаза, обернувшись в сторону дома – на веранду вышли покурить несколько мужчин, и идиллия их уединенного разговора уже была нарушена. И все же даже возвращение к гостям не могло испортить настроения Александра Константиновича, а Андрей, заметивший сияющий взгляд друга, довольно улыбался своему бокалу с неплохим коньяком.

– Не надо мне ничего говорить, – предупредил друга Франц, заметив, что тот уже открыл было рот, чтобы выдать нечто весьма «ценное» относительно продвижения отношений, но после фразы Александра покорно поднял руку вверх и весело рассмеялся:

– Ни в коем случае! Но уж от тоста своего товарища не откажешься?..

Отказаться было и вправду очень сложно, и мужчина предпочел принять бокал с красноречивым содержимым; когда время уже перевалило за час, все начали расходиться по домам. Кто-то на своих ногах, кто-то на чужих, но Александр смотрел на них с тоской и скрытой жалостью – он выпил бокал вина с Алекс, уступил двум тостам друга, но голова была его ясной. Он вызвался проводить гостей, и вот, Артур Робертович, рядом с которым идет Александра, готовая в случае необходимости поддержать слегка перебравшего доктора, и сам Франц, который галантно шел с Варей, занимая девочку разговором и еще раз благодаря ее за искусно вышитые салфетки – милый подарок от их рукодельницы. Попрощавшись у порога дома, мужчина дождался, пока зажегшийся свет погаснет, и тогда они уже не спеша направились к дому Александры, и вновь девушка оказалась совсем близко, когда они остановились.

– Вы совсем замерзли, – с улыбкой заметила Александра, мягко коснувшись холодной руки Франца: – Мы можем выпить чаю… И поговорить, как близкие друзья.

Ответ был красноречиво написан на лице Александра, так что Алекс слегка рассмеялась, и от звука ее голоса господин полицейский пришел в еще большее волнение. Но смущение отступило, сдав свои позиции окрыленности от благосклонности Александры к его словам и чувствам, и он терялся от счастья от ее игривой доброй иронии.

Девушка сама взяла его за руку, и он пошел за ней, опередив лишь у самых дверей, а когда они проскользнули в уютную прихожую, Франц поймал ее в объятия и накрыл ее губы порывом нежности и еще более красноречивого признания. Алекс сначала замерла на мгновение, но потом медленно положила ручку на его плечо и мягко ответила и на этот поцелуй. Сильные руки Александра дарили тепло и уверенность, и лишь несколько минут спустя девушка едва уловимо рассмеялась:

– А у меня есть особенно вкусный чай… Вы не забыли?

Теперь засмеялся и Александр – спокойно, свободно и счастливо. В его душе больше не было места для тоски и мрачных дум, теперь в нем горел огонь очень яркого и сильного чувства, он ощущал себя едва ли не древнегреческим героем, которому под силу поймать Черномора за бороду, вычерпать море ложкой и даже держать небо, если это потребуется… Алекс прочитала все это на его лице и лукаво намотала на пальчик серебристый локон, а потом ускользнула на кухню.

Девушка уже ждала Александра вместе с ароматным чаем – для него был заварен крепкий черный чай с лимоном. Алекс же предпочла зелёный, но тоже с цитрусом.

– Итак… – приглашающе улыбнулась она, когда мужчина сел рядом, помешивая горячий напиток. – Раз мы теперь друзья, то стоит узнать друг друга получше, правда?..

Улыбка в ярких голубых глазах вновь пробудила во Франце множество чувств, но он отогнал все чересчур дерзкие мысли и согласно кивнул:

– Я надеюсь заслужить ваше доверие… И расположение, – смутившись, добавил мужчина, и девушка вновь улыбнулась, а Александр вновь про себя подивился тому, как легко она управляет разговором и, в сущности, им самим, ведь любая другая особа в деревне никогда не смогла бы держаться с таким достоинством.

Однако мысли Александра не помешали ему начать рассказ о себе – не заметив, он вошёл во вкус, и даже не обратил внимания на то, что чай уже кончился, а время перевалило за два часа.

– Мой отец, Константин Францевич, очень строгий и дисциплинированный, – задумчиво произнес Александр, глядя на причудливый рисунок оставшихся чаинок: – Я окончил военный университет и был направлен в… Одну горячую точку. После этих лет решил изменить свою жизнь и устроился на работу в полицию. А потом… Один человек, которому я встал поперек дороги, решил от меня избавиться и вынудил уехать из столицы.

Алекс внимательно слушала Александра, погруженного в воспоминания, так же задумчиво глядя на его немного напряженную позу. Порой желание поведать о чем-то из прошлого становится нелегким испытанием, и девушка не торопила Франца с рассказом. Она лишь переместилась немного ближе и почти незаметным жестом долила в чашку горячего чая. Их руки соприкоснулись, и Александр едва заметно улыбнулся, и было в этом жесте что-то очень грустное.

– Коррупция – страшная вещь, – тихо хмыкнул он, отгоняя из памяти картины, когда человек, которого он несколько лет считал своим другом, смеялся ему в лицо, словно бы это Франц, а не он преступил закон государства и чести и достоин позора. – Я вынужден был признать свое поражение в борьбе против системы и уехать сюда, где свежий воздух, милая речка и забавный, наивный, но честный народ. В основном…

– И они вас уважают и даже любят, – улыбнулась Алекс, слегка погладив пальчиком по широкой ладони Александра, от чего он замер и перевел на девушку еще печальный от воспоминаний глубокий зеленый взгляд. – Ведь так важно, чтобы хоть кто-то стоял на страже справедливости…