Virtual, или В раю никого не ждут - Александр Смоленский

Как заправский пловец, я решительно нырнул в теплую воду. Не всплывая, я обогнул подводную часть колонны и вынырнул буквально в паре метров от сладкой парочки. Поскольку рядом в этой лохани колготились еще несколько любителей почистить перышки проживающих в отеле, моя персона никоим образом не привлекла внимание собеседников.

Вспрыгнув на бортик рядом с ними, я энергично повертел пальцами в ушах, как делают, выжимая воду. На самом же деле я незаметно включил миниатюрный наушник, чем-то напоминающий заглушки для ушей, выдаваемые пассажирам некоторых авиарейсов.

Тут же звуки, заполнявшие зал этой шикарной помывочной, превратились в еле слышный далекий фон ниспадающего со скалы водопада. А на передний план сверхчувствительный микрофон, настроенный исключительно на голос человека, вынес первые обрывки фраз моих соседей по лохани. Еще несколько секунд понадобилось, чтобы привыкнуть к интонациям, пока наконец в ухе не раздались слова Невмана:

– Позвольте нескромный вопрос, Анатолий Казимирович? Исключительно ради удовлетворения собственного любопытства. Вы ж, насколько я знаю, яхтсмен. Говорят, ваша яхта на Клязьме – само совершенство. А та, что в Швеции, если не ошибаюсь, для океанских круизов, так она вообще чудо. У многих наших олигархов таких нет. Вам сам бог велел умиляться морскими просторами, а вы от горных пейзажей разомлели. Так кто вы больше в душе?

– Моя душа и сердце воспринимают прекрасное в любых формах, – засмеялся бизнесмен.

Поставлю рубль против ста, что угадаю, о чем этот бородатый мужик сейчас подумал. Наверняка он свои «покупочки» глубоко конспирировал, оформлял на всякие подставные фирмы. А министр, оказывается, неплохо подготовился к беседе.

Мне впервые стало интересно. Воспользовавшись тем, что какой-то очередной сумасшедший, возомнив себя спринтером, поднял в лохани немыслимую волну и тем самым привлек всеобщее внимание окружающих, я скосил глаза на своих подопечных.

В итоге я успел перехватить взгляды «подопечных», и они о многом рассказали.

Анатолий Казимирович не испугался тонкого наезда Невмана, хотя ему явно стало неприятно. Он отлично понял, что Невман тактично ему намекает, что у нас в стране не любят тех, кто живет лучше других. Вот у чиновника Невмана, к примеру, нет никаких яхт. И никого не волнует, что он намного богаче любого крутого бизнесмена.

Пока соседи по лохани продолжали со значением молчать, то ли обдумывая сказанное, то ли подбирая слова, я спустился в воду и медленно поплыл по кругу вдоль деревянного бортика, выжидая, пока наушник в правом ухе вновь оживет.

Наконец мягко, но достаточно решительно Невман спросил:

– Так что вы надумали по главному вопросу?

– Это я должен был надумать?! – удивленно воскликнул Каплунский. – Вы с прошлой пятницы не можете внятно объясниться, а теперь, затащив меня сюда, спрашиваете, что я надумал? Я не надумал ни-че-го. Так что будьте уж любезны прояснить, что я должен надумать. Ине вертите вы головой! Это не Москва, нас тут никто не слышит. И дела до нас никому нет.

– И то верно. Чего мы толчем воду в ступе, словно чужие? Тем более, что вы, Анатолий, плохой актер. Играй вы спектакль, я бы за вас и доллара не выложил.

– Это точно, доллара с вас и вправду не вытянешь, – съязвил в ответ Анатолий.

– Вы все прекрасно понимаете, – пропустил между ушей его иронию министр, – примет Дума решение о включении нас в международную программу – отлично. Не примет – будем сами думать, как обеспечить российских деток этими самыми заводными компьютерами.

– Дело не только в Думе. Наши западные партнеры не так наивны, как вам хочется представить, – возразил Каплунский. – Мы, в их глазах, все-таки не Гонолулу и не Африка. Когда дело касается глобальной политики, Россия претендует на роль супердержавы. А тут вдруг скромно забились в тусовку развивающихся стран. Не будет же правительство мотивировать свое ходатайство тем, что кто-то, в данном случае мы с вами, решили на этой идее пополнить свои капиталы?

– Не будет. И вообще, какое решение примет правительство после ваших рекомендаций, меня, по правде говоря, не особенно волнует. Мы все равно обеспечим «добро» на штамповку этой игрушки в России. Чем не перспектива? Финансирование. Продажи через бюджет… Вы меня понимаете?

Прислушиваясь к разговору, я, как нередко бывало в подобных случаях, невольно включился в обсуждение темы. Тем более, что она мне в чем-то близка. КБ, в котором я официально числюсь и даже получаю зарплату, уже, наверное, лет десять разрабатывает отечественный компьютер нового поколения. Так и хочется добавить: вечно нового поколения. Кто же даст вам это самое «добро» на штамповку?! Жутко захотелось спросить министра. Вон, Майкрософт, сколько лет никому не дает подступиться к производству своих программ. А тут, как я понимаю, к курице, обещающей нести золотые яйца, некто собирается присоседиться. Святая наивность…

Словно угадав мои мысли, Каплунский спросил:

– Если не секрет, как вы себе это представляете? Допустим, Дума действительно примет решение не покупать новинку за кордоном, а наладить ее производство в России. Что с того? Нужна лицензия, а кто нам ее даст? Вряд ли наш основной производитель, по крайней мере в обозримом будущем, позволит кому-то так бесцеремонно залезть в свой карман.

– Вот-вот! Мы и подошли к самой сути.

Разгоряченный разговором Невман, похоже, решил освежиться, забыв, что перед ним не ледяная финская купель, а турецкая баня. Спрыгнув в воду, он почему-то понизил голос до интимного шепота:

– Вы, надеюсь, понимаете, что приехали сюда не на лыжах кататься? Вам надо найти общий язык с Даконто.

– В каком смысле? – не понял Каплунский, из солидарности с министром тоже спрыгнув в воду.

На какое-то мгновение стало совсем плохо слышно. Будто в наушнике поднялся шторм. Это господин Анатоль неуклюже захлюпал руками по воде.

– В самом прямом. Что тут непонятного?..

– Если Даконто не сумеет «пробить» наше гарантированное участие в программе, если он не сможет пролоббировать хотя бы частичное размещение заказа в России, то… – тут министр огляделся по сторонам, – пусть хотя бы поделится технологией производства. А вы там у себя что-то, как обычно, переделаете. Ну, например, ручку заводного механизма усовершенствуете. Вы, кстати, не слышали о казусе, который произошел в Тунисе во время демонстрации ноутбука?..

Министр еще не успел договорить фразу, как включилась моя внутренняя компьютерная память, мгновенно вытянувшая из папки, переданной Мацкевичем, нужный документик. О том, как глава ООН сломал эту самую ручку. «Считайте, что я помог прогрессу, – пошутил тогда Кофи Анан. – Будет, что совершенствовать». Видимо, Невман вспомнил как раз об этой шутке.

– Пятьдесят миллионов, – как бы между прочим, заметив, что Анатоль колеблется, выговорил банный попутчик. – Или можете проявить инициативу и предложить ему пакет акций компании. Он наверняка знает, что они хорошо обращаются на лондонской бирже.