Месть с того света - Рита Толиман

Василий не ложился, не дождавшись Клары. Заполночь, когда она приехала, заварил чаю с мятой. Кларита не спешила уходить. Ей надо было излить недоговоренное за день. Обсмаковать каждую минуту своего детективного приключения. Вывалив на Василия весь ужас и восторг поимки Княжны, она заснула богатырским сном прямо на кушетке. Василий накрыл спящую красавицу пледом и удалился к себе переваривать выслушанное.

Наутро, спустившись в гостиную, он обнаружил Клару, чаевничавшую с Ксенией.

— Ты что здесь делаешь? — его возмущению не было предела. Как она пробралась сюда? Эта женщина разрушила его первый брак, сейчас взялась за второй, пусть еще не оформленный.

— Ты чего бухтишь на сестру? — спросила Клара. — Давай к столу. Она у тебя, экстрасенс, оказывается. Чего ты молчал?

— Стесняется он, — проворковала Ксения, уплетая бисквит. — Шарлатаншей меня считает.

— Ладно, признаюсь, талант у тебя какой-то имеется. Разложи картишки нам на следствие и давай дуй домой. Федьке борщи кто варить будет? — подыграл Василий. Побоялся он признаться Кларе, что Ксюша никакая ему не сестра.

— Ну уж нет, — заявила Клара. — Она здесь останется до конца следствия. Ксения сейчас рассказала, что видела во сне мои белые кроссовки!

— Кларочка, ты же прогрессивная женщина! Сейчас весь мир ходит в белых кроссовках.

— Не знаю, какая кошка между вами пробежала, но Ксения будет с нами, я так решила, — Клара говорила безапелляционным тоном. — Будем чистить ауру!

В гостиную ворвались Эдуард с Кристиной. Манера Эдика приезжать без предупреждения раздражала Клару. Но она позволяла это делать только ему. Любила она племянника с детства. А он понимал, что так застать Клару шансов куда больше.

Облобызавшись с присутствующими, отец и дочь уселись за стол. Настена причитала о том, что ее не предупредили, а то она бы напекла любимые Крискины заварные. Она мухой сновала между гостиной и кухней, и вскоре стол заполнился лакомствами.

— Клара, я поражаюсь твоей проницательности, — начал лить елей Эдик. — Я покумекал. Идея со страусиной фермой — верная. Одну семью страусов можно толкнуть за три тыщи баксов, а сколько таких семей можно сделать за сезон? Одна семья страусов шестьдесят яиц в год дает, из которых появятся страусята. А теперь представь, если несколько десятков семей завести? Озолотиться можно.

— А вот сейчас у Ксении спросим. Разложишь на бизнес? — попросила Клара.

— Ксения, ты гадаешь? — восторженно спросила Криса. — А можешь мне на любовь разложить?

— У тебя уже есть любовь? — удивилась Клара.

— Да, Клара, — Криса зачастую называла ее по имени. — И ты не представляешь, какая!

— И кто же он?

— Писатель.

— Он с тобой учится?

— Говорю, же: писатель! Он зарабатывает книгами.

— Только не это! — воскликнул Эдик.

— А ты не знал? — удивилась Клара.

— Многие вещи мне открываются только здесь у тебя, — вздохнул Эдуард.

— Подход к детям искать надо, — поучительно сказала Клара. Она обратилась к Крисе. — Он на литературном учится?

— Он давно уже не учится, Клара. Николя — признанный гений, пишет бестселлеры.

— И сколько ему лет, если он признанный гений? — с нажимом спросил Эдик.

— А какая тебе разница, — взбунтовалась девушка. — Может, тебя спросить, сколько лет Софье?

— Ээй, молодежь, хватит ссориться! — прикрикнула Клара. Сейчас Ксюша нам разложит картишки и на ферму, и на писателя.

Ксения села на кушетку. Она раскладывала массивную узорчатую колоду на журнальном столе. А остальные, обступив ее в тесном кругу, ожидали магии. Эдуард и ухом не мог повести, был уверен в своем плане как никогда. Он размышлял о том, способны ли карты показать масштаб успеха в цифрах. Потому что в голове оставались сомнения: брать пять десятков семей или не мелочиться, и сразу сотню.