Искатель приключений - Ксавье Монтепен

– Она там, – сказал он, – и не выйдет оттуда живою…

– О! Боже мой… что ты говоришь?.. что хочешь ты сказать?.. Я боюсь понять тебя… я дрожу от ужаса… – прошептала Жанна.

В нескольких словах Рауль объяснил ей все.

– Друг мой! – вскричала бедная Жанна. – Я не хочу, чтобы эта женщина умерла таким образом!.. Это ужасно!.. ужасно! Нет, я не хочу этого!.. я не хочу!..

– Но как же быть?..

– Пусть она будет свободна!..

– Что ты?.. Антония Верди – лютый зверь… она будет преследовать нас повсюду ядовитым жалом своей ненависти!..

– Что за беда?.. мы будем далеко, и потому нам нечего ее бояться…

– Но при ее жизни ты не можешь быть моей женой!..

– Если я не могу быть твоей женой, я буду твоей сестрой… я буду твоей любовницей, если ты хочешь… но Антония должна жить!.. так надо!.. Все, все на свете лучше подобной смерти!.. Ах! если эта женщина умрет таким образом через меня, меня всюду будет преследовать ее обезображенный образ!.. я чувствую, что тогда сойду с ума от ужаса!.. Поезжай, Рауль, поезжай скорее, если ты меня любишь, и освободи ее… я так хочу!..

Когда приказывал кроткий голос Жанны, Рауль умел только повиноваться. Несмотря на глубокую горечь, поднимавшуюся в его сердце при одной мысли оставить мщение неоконченным и возвратить свободу такому чудовищу, как. Антония Верди, самому вероломному, самому опасному из всех врагов, Рауль хотел покориться приказаниям юной царицы, которая действительно была владычицей его сердца и воли. Уже он пришпорил лошадь, чтобы пролететь пространство, разделявшее его от замка, и воротиться скорее к Жанне, как вдруг Жак закричал ему голосом, прерывавшимся от сильного волнения:

– Кавалер, куда вы едете?..

– Ты видишь, – отвечал Рауль, – туда…

– Подождите!.. ради Бога!.. подождите!..

– Зачем ждать?.. разве позади нас есть опасность?..

– Подождите! – повторил Жак в третий раз, схватив за узду лошадь барина, чтобы не допустить его сделать ни шагу вперед.

– Но что там такое?.. – сказал кавалер. – Ради Бога, объяснись!..

Жак отвечал только:

– Смотрите!..

В эту минуту огненный столб, превратив на секунду развалины замка Ла-Бом в кратер, похожий на кратер Везувия, вдруг заклубился из глубины земли до глубины тверди небесной. Раздался страшный взрыв, как будто несколько сот пушек выстрелили в одно время. Потом совершенное безмолвие, глубокая темнота сменили ослепительный блеск и оглушительный шум.

– Что это значит? – спросил Рауль вне себя,

– Кавалер, – отвечал Жак, – я не хотел, чтобы когда-нибудь в душе вашей пробудились угрызения совести… я поджег порох.

Рауль воротился к молодой женщине, которая, онемев от испуга, закрыла лицо руками.

– Жанна де ла Транблэ, – сказал он ей, – молись за Антонию Верди, которой душа в эту минуту предстала перед Богом, ее Верховного Судью!..

Труд наш почти кончен. Что сказать еще?.. Когда прошла опасность, интерес уже не существует. Однако мы будем продолжать до конца…

От Сен-Жермена до Фекана путешествие наших беглецов совершилось без всякой помехи… От Фекана до Дувра переезд был благополучен.

Приехав в Англию, Рауль оставил имя де ла Транблэ, которое могло привлечь на него внимание, и принял имя Риго. Конечно, он сделал бы лучше, если бы всегда носил его! Под этим именем он женился на Жанне де Шанбар по католическому обряду, купил в Нортемберлзнде очаровательное поместье и вел там приятную жизнь дворянина-фермера. Жак перестал быть его камердинером и сделался его управителем и другом – управителем верным, другом преданным! – вещи чрезвычайно редкие!..

Рауль любил Жанну всю жизнь. Жанна никогда не переставала любить его. У них было много прекрасных детей, которые никогда не знали приключений отца. Рауль и Жанна умерли в одно время, в преклонной старости, окруженные уважением и любовью всех близких к ним.

Фамилия Риго не угасла. В ту минуту, когда мы пишем эти строки, Уильяме Рауль Риго, эсквайр, один из самых влиятельных членов в нижней палате.

Хотите знать, что сделалось с нашим превосходным и несчастным другом, доном Реймоном Васкончеллосом? Он дал обет постричься в суровый орден мон-кармельских монахов, если Господь освободит его от ночных видений каждой пятницы… Господь услышал молитву дока Реймона, который умер самой святой смертью.

Теперь, любезные читатели, теперь, когда вы знаете все, я слышу, как некоторые из вас упрекают меня в том, что я сделал безнравственную развязку, наградив моего искателя приключений счастием, которого, конечно, он не заслуживал… Что мне отвечать на этот упрек?.. Ничего, кроме того, что Господь, по своему великому милосердию, прощает раскаявшихся, а Рауль – по крайней мере, мне приятно это думать – раскаялся во всех заблуждениях своей молодости… Притом не было ли возле него доброго ангела, который молился за него?..

* * *