Нобелевская премия по сексу - Татьяна Луганцева

— Поверь мне, я очень ценю твой поступок и готов отблагодарить тебя самым щедрым образом, — улыбнулся Александр.

— В смысле?

— Назови сумму, и я ее тебе дам, — ответил Александр.

— Ах, ты о деньгах! Деньги я зарабатываю сама, оставьте ваши миллионерские замашки! Я бы хотела другое вознаграждение.

— Какое?

— Что-то о вас никто ничего не знает, а я бы хотела узнать, — хитрила Агата.

— И что бы ты хотела обо мне узнать?

Агате снова показалось, что в его глазах появились смешинки.

— Ну, вообще… кто ты, что ты, откуда ты? Сколько тебе лет? Чем занимаешься? И так далее…

— А нос любопытной Варваре не прищемят?

— Ты сказал, что мне полагается вознаграждение, и я могу попросить все, что хочу.

— Я не говорил «все, что хочешь», не путай меня. Я говорил всего лишь о материальном вознаграждении, — возразил Александр.

— Ну и типчик! — взорвалась Агата, сжав руки в кулаки. — Вас не волнует, что из-за отсутствия информации про вас могут написать в прессе то, чего и нет?

— Меня — нет, я не понимаю, почему это волнует тебя? — пожал плечами Александр.

— Ходят слухи, что ты — вампир и пьешь кровь у своих подружек, потом зарываешь их обескровленные тела под старой яблоней, в ветвях которой завывает ветер-бродяга.

Александр рассмеялся:

— Мне все равно. Пусть напишут, что лицо мне поклевали голодные летучие мыши.

— Почему вы упрямитесь?

— Я никогда не даю интервью, не ради себя, поверь мне, — ответил Александр, смерив ее взглядом с ног до головы, — а если тебя так интересует моя персона, то, может, встретимся еще разок, и я потом зарою тебя вместе со всеми под яблоней? Так сказать, проверишь догадки на своей шкуре?

«Он откровенно смеется надо мной», — поняла Агата и ответила:

— Я согласна при условии, что меня зароют отдельно, например под кленом или тополем. Хотелось бы и в смерти быть оригинальной. Я пошла! — Схватив со стула пакет со своими вещами, Агата рванула к выходу.

Александр настиг ее уже внизу и преградил путь.

— Я не выпущу тебя ночью без очков!

— Так подвези!

— Я потерял много крови и смертельно устал. «Вампиру» тоже нужен отдых.

— Больно вы нежный! Отойдите от двери, я не хочу сдавать вас в милицию, как Германа.

— Я сказал, что не выпущу!

Агата посмотрела на него снизу вверх, с сожалением понимая, что грубая физическая сила на его стороне.

— Мне кричать?

— Ни к чему. Дом большой, комнат много, я думаю, что мы разместимся.

— Это насилие! — вздохнула Агата.

— Это гостеприимство! На первом этаже есть комната для гостей, разместись в ней. Белье на кровати чистое.

— А замок на двери есть?

— Мои гости не закрываются от меня, — ухмыльнулся Александр, — но не думай, я без стука не войду.

— Считай, что я глухонемая, — хмуро ответила Агата и поплелась в комнату для гостей, бубня себе под нос: — Что-то я совсем не уверена, что я в этом доме в безопасности. Опять вломятся какие-нибудь жлобы — отомстить за товарищей. Меня, наверное, специально оставляет для защиты.

Смех Александра резал ей слух.

«Чего смеется, весь избитый, и туда же… Эх, что-то мне как-то нехорошо. Земля прямо уходит из-под ног в его присутствии. Не хватало мне на старости лет влюбиться и сохнуть от безответного чувства».

Агата вошла в гостевую комнату и включила свет. Интерьер комнаты очень даже ее порадовал, было по-домашнему уютно. Большое окно выходило в ухоженный сад. Старинные шкафы и комоды из светлого дерева. Широкая, удобная кровать под покрывалом веселенькой расцветки, из такой же ткани были занавески и скатерть на столе. Воздух в комнате был свежий, работал кондиционер. Агата плюхнулась на кровать, раскинув свои уставшие конечности, и подумала о том, что ей в жизни не уснуть после пережитого стресса. Это было последнее, о чем успела она подумать, перед тем как провалиться в глубокий, безмятежный сон.