Бойтесь своих желаний - Мила Серебрякова

– Такое не забывается.

– Так вот, я понадобилась.

Катарине показалось, что она ослышалась.

– Вы – модель?

– Не совсем. У Сережки есть друг, который занимается тем, что снимает рекламные ролики. Большой человек! Я его пока не знаю, но уже глубоко уважаю. И в настоящий момент ему позарез нужна героиня для съемок в рекламе сока. Сергей вспомнил обо мне и сообщил приятелю, что есть одна эффектная женщина, типаж которой идеально подойдет для ролика.

– И кто эта женщина? – спросила Натка, кидая на столик банановую кожуру.

– У тебя что, идиосинкразия? Я же говорю, Сергей вспомнил обо мне! Завтра утром мы должны предстать пред взором Ивана Семеновича. Он ждет нас ровно в одиннадцать. Леопольд, котик, ты сможешь поехать вместе со мной?

Леопольд Самуилович виновато замотал головой:

– Извини, Розалия, но утром у меня важная встреча.

– Значит, поеду с Каткой.

– Роза, а зачем тебе понадобилось сниматься в рекламе? Неужели тебя это настолько привлекает?

Свекровь вытаращила глаза.

– Лео, ты задаешь глупые вопросы. Реклама сможет прославить меня на всю страну. Я стану знаменитостью, звездой первой величины.

– Гм… Реклама сока и звезда первой величины… Как-то не вяжутся между собой эти понятия.

– А ты зри в корень. Конечно, сразу прославиться не удастся, но со временем… Представь, я засвечусь в рекламе, потом мое божественное лицо увидит какой-нибудь известный режиссер или продюсер. Увидит и обалдеет. Он скажет: «Вот это женщина! Ее надо немедленно снимать в главных ролях». И все, у меня начнется новая жизнь. Съемки, фотосессии, поклонники, слава, признания в любви… А реклама в данном случае послужит точкой опоры. С чего-то же надо начинать. Так почему не со съемок в рекламном ролике. Мне известно, что некоторые актеры считают для себя зазорным светиться в рекламе, но вместе с этим многие стали известны благодаря мелькающим ежедневно роликам. Так чем черт не шутит, вдруг уже очень скоро на небе загорится моя звезда.

Розалия задрала голову вверх, мечтательно повздыхала, а потом завизжала:

– А-а-а! Мне же надо продумать, в чем завтра ехать к режиссеру. Ай! Времени мало! Я должна всех затмить, он упадет в обморок! Лишится дара речи, – тараторила она, перескакивая через две ступеньки. – Они там все офонареют!

Леопольд Самуилович потер ладони.

– Я так понимаю, мне лучше удалиться. Сейчас Розалии явно не до моей скромной персоны.

– Может, выпьете еще кофейку? – спросила Ната.

– А давай, у тебя получается такой вкусный кофе – грех отказываться.

Но не успел Леопольд сделать и пару глотков, как у него затрезвонил мобильник.

Выслушав пламенную речь звонившего, мужчина залебезил:

– Я уже еду домой. Выезжаю немедленно. Не волнуйся, со мной полный порядок. Нет, нет, я не мог позвонить, у меня было совещание. Хорошо. Уже лечу. Ты только не переживай.

Положив телефон в карман, Леопольд Самуилович посеменил к выходу.

– Что-нибудь случилось? – спросила Катка, отметив, что у кавалера Розалии порозовели щеки.

– Нет, нет, все в порядке.

– А кто вам звонил? – не удержавшись, полюбопытствовала Наталья.

– Э-э… Кхм… Мама. Звонила моя мама.

Когда он ушел, Натка пролепетала:

– Какой заботливый сын. Сразу видно, свою маму он очень любит и уважает.

– Девочки, – раздалось со второго этажа, – девочки, быстро поднимитесь ко мне в спальню.

Розалия стояла перед зеркалом, держа в руках три вешалки с вечерними туалетами.

– Не могу выбрать, во что завтра облачиться. Посоветуйте, какому платью отдать предпочтение: черному, красному или бежевому?

– Мне больше нравится красное, – закивала Наталья.

– А я бы выбрала бежевое, – уверенно сказала Катарина.

– Все ясно, значит, поеду в черном.

– Зачем тогда интересовались нашим мнением?

– Это такая гламурная проверка. Если не знаешь, что надеть, спроси совета у лучшей подруги или у любой женщины, уступающей тебе по внешним данным. Я услышала то, что хотела, и это лишний раз подтвердило мою гипотезу. Теперь займемся украшениями; на безымянный палец левой руки надену кольцо с крупным бриллиантом, на указательный палец с голубым, а на безымянный палец правой руки колечко с красным бриллиантом.

– Не слишком много камней?

– Для тебя, может, и много, для меня – в самый раз. Я должна сразить Ивана наповал, пусть сразу увидит, что перед ним стоит женщина премиум класса.

Натка нахмурила брови.

– А что такое женщина-премия?

– Женщина-премия – это ты! Валите из спальни, мне необходимо остаться один на один с будущей звездой.

В одиннадцать вечера Розалия села на телефон и начала обзвон всех подруг. Говорила она примерно следующее:

– Да, да, да, меня лично пригласил знаменитый режиссер! Он буквально ползал передо мной на коленях, умолял, плакал, устроил истерику, и я сдалась. Согласилась сняться в его ролике. А что делать, если они не могут найти героиню на роль женщины-вамп. Пришлось пойти на уступку. Теперь от предложений не будет отбоя. Меня ими завалят! Скоро мне откроют официальный сайт, плюс парочку неофициальных, начнут приглашать на всевозможные мероприятия, пятое-десятое, вечеринки, юбилеи, презентации, дни рождения viр-персон, короче, времени будет в обрез.

До часу ночи свекровь терзала телефон, а в начале второго, внезапно вспомнив, что перед ответственной поездкой ей необходимо хорошенько выспаться, поднялась к себе.

Утром Катарина проснулась от стука в дверь.

– Ты уже встала? – вопрошала Розалия.

– Сколько времени?

– Шесть утра.

– Я встану в семь.

– Нет, вставай немедленно, приведи себя в порядок и составь мне компанию. Я нервничаю.

До самого отъезда из коттеджа Розалия нарезала круги по гостиной, внушая самой себе, что Иван Семенович останется от знакомства с ней в полнейшем восторге.

– У меня получится, у меня обязательно получится. Я прирожденная актриса!

В назначенный час Катка с Розалией шли по узкому коридору, вглядываясь в висевшие на дверях таблички.

– Нам сюда, – свекровь остановилась. – Детка, как я выгляжу?

– Вполне.

– Постучи ты, я нервничаю.

Копейкина постучала и, повернув ручку, толкнула дверь.

В крохотном помещении за заваленным папками столом сидел щупленький длинноволосый мужичок лет сорока.

– Добрый день, – поздоровалась Ката. – Нам нужен Иван Семенович, он нас ждет.