Шпионы и все остальные - Данил Корецкий

– Ага!

Еще поулыбались.

– По какому делу вызывал-то? – спросил Синцов.

Комаров вспомнил, зашелестел бумагами.

– В общем, дело такое. Мы по золотым скупкам сейчас работаем, отрабатываем некоторые точки, ну и людей тоже, которые там крутятся… Короче, у скупа одного в телефоне нашли твой домашний номер. А скуп этот по делу у нас проходит. Такой вот был повод.

– Ясно, – Синцов уже не улыбался. – И теперь что?

– В разработку теперь пойдешь! – нахмурился капитан Комаров. – Всю подноготную, так сказать, связи, явки и так далее! Колись, Леший, пока не поздно!

Он посмотрел на каменное лицо Синцова, вздохнул.

– Ладно. Шутка. Не парься. Обычная отработка. Ты золото сдавал? Или, может, покупал?

Синцов пожал плечами.

– А что за скуп? Кто он такой?

– Веренеев Степан. На Юго-Западе работает.

– Постой… Это который в универсаме сидит на втором этаже, в стеклянной будочке?

– Точно. Знаешь?

– Я ему как-то пару серебряных монет предлагал.

Комаров кивнул, что-то заполнил в протоколе.

– Или нет, монеты я на Кузнецкий Мост носил. А на Юго-Запад – колечко золотое, – подумав, добавил Синцов. – От родительницы осталось. А может, и наоборот. Не помню точно. Давно это было.

– А колечко что? – не отрываясь от письма, спросил Комаров.

– Продал, наверное, – Синцов посмотрел в окно. – А может, подарил. Или сперли. Не знаю. Сколько лет прошло…

– Да, немало…

Комаров перечитал протокол, положил перед Синцовым.

– Вот здесь, – он ткнул пальцем.

Синцов пробежал глазами текст, взял ручку, подписал.

– Так, а что там со скупками этими? – спросил он. – Что-то украли? Или вы просто так их рейдите время от времени, для профилактики?

– И для профилактики тоже! – туманно объяснил Комаров, пряча протокол в папку. – Хотя факты тоже имеются.

– Что за факты?

– Много золота появилось в Москве. Вдруг, ни с того ни с сего. То ли приисковое, то ли гохрановское, то ли черт знает какое… Это мы и выясняем.

– Ясно, – кивнул Леший.

– Ты, кстати, из диггерских «закидок» золотишко не выносил? – неожиданно спросил Комаров и бросил на старого знакомца острый, цепкий, совсем не дружеский взгляд.

– Попадалась как-то пара монет… Но они давным-давно проданы…

– А Рудина, случайно, не знаешь?

– Какого Рудина?

– Любого.

Леший покачал головой.

– Я никакого не знаю.

– Ну, ладно…

Капитан поднялся и положил папку в сейф. Синцов слегка вытянул шею, чтобы рассмотреть, что там внутри, но ничего не увидел.

– И что теперь? – спросил он.

– Все! – объявил Комаров, усаживаясь на место. – Скупщиков будем дальше шерстить и в хвост и в гриву. А ты можешь жить-поживать себе дальше, так сказать, «ад арбитриум»! То есть, в переводе с латинского, по полному своему усмотрению!

– Ого, – сказал Синцов, – латынь.

– Остатки высшего юридического. По верхам прошелся, только чтобы диплом получить. Был молодой – времени не было, а сейчас жалею…

Комаров махнул рукой, посмотрел на Лешего.

– Пацаны те тоже с юрфака были, помнишь, – которых мы искали тогда с тобой?

– Крюгер с теми говнюками? Ну, да. Сейчас кто-то из них, возможно, даже в прокуратуре работает или в суде заседает! – Синцов хмыкнул. – Забавно, конечно.

– Забавно, – согласился Комаров. И добавил: – Пока дело не возбудили… Мы же как на минном поле. С одной стороны ножи да пули, с другой законники с наручниками…

– Да уж. Под землей тоже так…

Поулыбались.

– Ну что, тогда я пошел, наверное.

Синцов встал. Комаров тоже поднялся, протянул руку. Синцов ее пожал.

– Будете у нас на Колыме, как говорится…

– Лучше уж вы к нам! – отвечал, как положено, Синцов. – О! Чуть не забыл! – Он взял со стола паспорт, положил в карман.

– А ведь это не бомж был, Леший! – неожиданно окликнул его Комаров, когда он был у самой двери. – Тогда, в коллекторе этом! Ну, скажи честно! Не бомж, не человек вообще! Ведь правильно?

Синцов остановился, оглянулся.

– Я до сих пор иногда закрою глаза и вижу, как оно враскорячку несется, летит, лохматое, темное! Летит, Леший! Человек так не может!

– Ну, а кто это был тогда? – вопросил Синцов.

– Не знаю! Вот ты – знаешь! Только говорить не хочешь!

По лицу Лешего ничего определить нельзя. Чугун. Железобетон.

– Ладно! – махнул рукой Комаров. – Не хочешь, и фиг с ним!

– Это марл, – сказал Синцов.

Капитан собирался включить чайник и застыл, не донеся руку до выключателя на корпусе.

– Кто?

– Марл. Марлы. Что-то вроде карликов, – сказал Синцов. – Они гораздо глубже живут, туда обычно никто из нас не спускается. А некоторые поднимаются выше, по коллекторам шастают. Жратву ищут и все такое.

Комаров оторопело смотрел на него. Он забыл про чайник.

– Это как у Герберта Уэллса, что ли? Морлоки?

– Не знаю, как у Уэллса. Марлы и марлы. – Синцов развел руками. – Уроды. Мутанты. Хрен их знает…

– Блин. Ты серьезно? – Капитан нахмурился. Тут же улыбнулся неуверенно. – Или прикалываешься?

– Не прикалываюсь. Серьезно, – сказал Синцов. – Ладно, я пошел.

– Подожди. Это же… Да постой ты, Леший! – Комаров почесал в затылке, вышел из-за стола. – И ты их видел? Сам?

– А чего бы я говорил?

– Я тоже хочу увидеть! Давай организуем это дело! В выходные как-нибудь! Возьми меня туда! Ну!

– Я же сказал, что «в минус» не хожу.

– Куда? А-а… Да что ты мне байки рассказываешь! – Комаров рассмеялся. – Как будто я молодая юристка на фирме! Я ж по глазам вижу! Ты не бомбила, не строитель и не этот, которые по квартирам ходят, всякую хрень впаривают!

Он подошел к Синцову, опять протянул ему могучую квадратную ладонь:

– Давай, не пропадай, Леший! Позвони мне как-нибудь. Или я сам тебя наберу. Сходим, посмотрим на это чудо. Я и не слышал никогда про марлов! Про чудовище лох-несское слышал, но оно далеко… А эти, выходит, прямо у нас под ногами! С меня, кстати… – Он выставил перед собой руки и развел ладони далеко в стороны. – С меня вот такая бутылка будет!

– Да я и не пью.