Шпана на вес золота - Валерий Шарапов

– Гладкова, я не припоминаю, чтобы в списке на лето значились пошлые байки про морских разбойников.

Ну конечно, пионервожатая Лидия Михайловна, куда же без нее! В последнее время она особенно сильно пополнела и выглядела весьма комично в форме, которую с упорством продолжала натягивать. Ходили разговоры о том, что пора бы уже уступить место более молодым, в остальных школах старшими пионервожатыми были старшеклассники, что было куда лучше, чем вечно недовольная и (что греха таить) вздорная тетка, которую за глаза уже не только дети, но и кое-кто из педсостава обзывал «мидией», «Лимихой» или просто «ВэШэ», что означало «Ведьма Школьная». Но то ли из уважения, а скорее из жалости ее не трогали, и она с прилежанием пила кровь у всех, кто не успевал сбежать или имел несчастье попасться на каком-нибудь «смертном» грешке, например не успеть погладить галстук. К тому же по каким-то таинственным причинам ее никак не утверждали в партию, вот уже второй год она ходила в кандидатах. Этот факт ее характера не улучшал.

– Вместо того чтобы изучать идеологически выдержанный список, составленный тем, кто не тебе чета, Гладкова, ты начиняешь детские головы псевдоисторической белибердой, – судя по всему, Лидия-мидия с утра безрезультатно бродила в поисках того, кого можно было бы отчитать, и теперь крепко вцепилась в подходящую жертву.

Однако перед ней была уже не та Оля Гладкова, мимоза нежная, которая куксилась от любого резкого слова.

На этот раз она преспокойно закончила читать главу – разумеется, в процессе чтения пришлось соблюдать тишину, ведь общеизвестно, что невежливо и не по-товарищески перебивать того, кто читает, – аккуратно заложила книгу закладкой и подняла на Лидию Михайловну чистые глаза, молча ожидая продолжения.

– Не удивляйся, если не увидишь свою кандидатуру в очередном списке на прием в комсомол, – в целом сказать ей было больше нечего.

Выдержав почтительную паузу, Оля обратилась к воспитанникам:

– Ребята, наша уважаемая Лидия Михайловна наверняка не знает, что в различное время именно пираты хорошо послужили нашей Родине. Помните, я вам рассказывала про то, как Россия впервые попыталась получить выход к Балтийскому морю? Кто помнит, при каком правителе это было?

– При Иване Грозном! – хором ответили октябрята.

– Молодцы, ребята. А что говорит товарищ Сталин о царе Иване?

– «Великий и мудрый правитель»!

– Отлично. Именно Иван Грозный принял на службу известного пирата Карстена Роде, дав ему позволение силой врагов взять, а корабли их огнем и мечом сыскать, зацеплять и истреблять. Собрав крупную флотилию, Роде захватывал торговые и военные суда противников России, бороздившие Балтийское море. Греческий пират Иоаннис Варвакис на собственном судне служил в русской эскадре и участвовал в уничтожении захватнического турецкого флота в Чесменском сражении. Вернувшись к концу жизни на родину, он боролся за свободу своей страны. А кто, ребята, вспомнит, какой американский пират помогал России во время присоединения полуострова Крым?

– Джонс!

– Молодцы, контр-адмирал Джон Пол Джонс, который перешел на службу России, дружил с Суворовым… Кто помнит, что товарищ Сталин говорил об этом полководце?

Октябрята наперебой припоминали:

– «Двадцать походов, восемьдесят сражений, ни одного поражения!», «Солдаты шли за ним в огонь и воду», «…всегда побеждали!».

– Все правильно, – похвалила Ольга, – так что, Лидия Михайловна, история учит нас, что при идеологически верном подходе и из классового врага можно сделать верного союзника. Правильно, ребята?

– Да!

– А что надо сделать, чтобы враг стал другом?

Лес рук:

– Указать ему на его ошибки!

– Поддержать!

– Показать пример!

– Научить читать!

– Дать хорошую книгу!

После того как была выдвинута последняя идея («Напоить чаем с сахаром»), некоторое время царила тишина, прерываемая лишь беззаботными летними звуками – стрекотанием кузнечиков, жужжанием пчел, шелестом листьев, чириканьем воробьев, – а равно и сопением Кольки, который всеми силами старался не расхохотаться. Да, еще Лидия Михайловна скрежетала зубами, подбирая аргументы. Которых, ясное дело, не было. И все-таки, пересилив себя и вспомнив о своем высоком авторитете, пионервожатая нашла выход из положения:

– Ребята, вы все редкие молодцы. И Оля молодец, что такие интересные истории вам рассказывает. Главное, не забывайте, что обязательно нужно читать по школьной программе. Поверьте, это не менее интересно и увлекательно!

Выдав эту великолепную тираду, Лидия Михайловна царственно кивнула Гладковой и удалилась.

Как раз тогда, когда ее внушительный силуэт скрылся из виду, из-за куста, утирая слезы, появилась веснушчатая Надя Белоусова, явившаяся на смену Ольге. Поздоровавшись со всеми, она с чувством пожала подруге руки:

– Спасибо! Это было от души. Мы вчера с ребятами «Маленького оборвыша» читали – ой, что было, что было! Даже ссылка на Горького не помогла, а ты нашлась! Ну, ты прямо глыба. – И, понизив голос, чтобы не слышали октябрята, заявила: – Не видать тебе в этой школе комсомольского билета. Пока Лимиха тут.

– А ну ее, – отмахнулась Ольга, – до двадцати восьми у меня уйма времени, примут, никуда не денутся.

– К гадалке не ходи, – подтвердил Колька. – Надь, привет, как жизнь молодая?

– Привет, рабочий класс, – задорно отозвалась Белоусова, – лучше всех! – И, обратившись к октябрятам, спросила: – Чем займемся?

Те, не сговариваясь, потребовали продолжения чтения.

…Выйдя со школьного двора, они прогулялись до парка и уселись на лавочку. Колька угостил Олю пирогом:

– Ой, спасибо, – обрадовалась она, немедленно откусывая кусочек, – я вот теперь серьезно размышляю, не уйти ли и мне тоже. А что, кормят хорошо, потом на рабфак поступлю, если не передумаю, конечно.

– Не передумывай, – попросил парень, – у тебя здорово получается с мелкими. Слушай, откуда все это? Это же все не из учебников. Лимиха аж глаза выпучила.

– Мало ли книг в библиотеке. А я для тебя что, всегда останусь плаксой Олькой, которая только и делает, что в углу страдает? Нет, товарищи, неучей и саботажников надо на место ставить, а то зарастем тинушкой болотной, не откопаться потом.

– И то верно, – степенно согласился Колька, – а теперь как насчет искупнуться? Я тебе такой берег покажу – закачаешься.

Дойдя до окраины, рядом с Натальиной хибарой они увидели Светку и Соню. Первая с покорным видом держала ведерко, вторая священнодействовала, торжественно ковыряя землю совком, и давала распоряжения:

– Еще! – после чего Светка с величайшей осторожностью принималась лить из ведерка воду. Ее маленькая начальница строго следила за процессом, и когда, по ее мнению, достигалась нужная консистенция, она командовала: