Не оглядывайся - Дженнифер Арментроут

Я в ужасе отшатнулась.

— Касси?

Теплая рука схватила мою руку, и Касси пропала. Ошеломленная, я встретила тревожный взгляд Скотта.

— Что ты сказала? — спросил он.

— Ты не видел…

— Не видел чего? — Рука Скотта плотнее сжала мою.

— Ничего.

Я высвободила свою руку; мое сердце бешено колотилось.

— Ты произнесла имя Касси, — сказала Джулия, бледная и дрожащая. — Господи, Сэм, у тебя такой вид, будто ты только что видела привидение.

Полагаю, именно так все и было. Или у меня не все в порядке с головой. Все не отрываясь смотрели на меня. Глаза Карсона снова расширились и как-то странно увеличились. Я задыхалась, мне не хватало воздуха. Легкие болезненно сжались. Ноги дрожали, я стояла, вцепившись обеими руками в сумку.

— Мне пора идти, — едва слышно произнесла я.

— Сэм, — сказал Скотт, поднимаясь.

Я поспешила прочь из столовой. Смущенный Дел потянулся ко мне, но я отстранилась. Выбравшись в коридор, бросилась бежать и бежала не останавливаясь до самых входных дверей. Толкнув створки, я выскочила на улицу. Оказавшись рядом с машиной брата, я свалилась на землю рядом с ней, подтянув колени к груди, хватая ртом воздух, как выброшенная на берег рыба.

Теперь только я поняла, о чем все предупреждали меня…

Мама забрала меня из школы раньше. Дорога домой оказалась очень напряженной, и меня не покидало ощущение, что мама хочет сказать мне нечто важное, но не решается. Но если уж говорить начистоту, то что она могла мне сказать? В подобных ситуациях вряд ли обойдешься парой слов или простых утешений.

— Дорогая моя, — проговорила мама, когда мы въезжали в наши ворота. — Есть один врач, которого хорошо знает твой отец…

— Какой врач? — Я повернулась к ней, сжимая в руках сумку.

Она поморщилась, выключая мотор.

— Психолог.

Злость и смущение боролись в моем сознании. Зря я рассказала ей обо всем.

— Я не сумасшедшая.

— Дорогая моя, да разве я говорю, что ты… сумасшедшая. — За снисходительной улыбкой она пыталась скрыть боль. — Но ты же сама сказала, что видела Касси в столовой и…

— Это не значит, что мне необходима помощь врача. Ведь я с твоей подачи уже виделась с консультантом по нетипичным ситуациям. — Я вышла из машины, хлопнув дверцей. — Не хочу встречаться ни с каким врачом.

— Похоже, у тебя нет выбора, — тихо произнесла мама.

Я быстро повернулась к ней, и следующие слова словно вырвались из подсознания.

— А что, милая мама, подумают твои подруги? Как они отнесутся к женщине, чья дочь нуждается в помощи врача?

Мама побледнела.

— То же самое они подумали, когда моя дочь напилась и врезалась на своей новехонькой машине в дерево. Или когда моя дочь появилась на этих фотографиях, выставленных на всеобщее обозрение! Или когда…

— Постой. О каких фотографиях ты говоришь?

Она посмотрела на меня многозначительным взглядом, который должен был сообщить мне, что она не хочет испытывать чувство стыда, снова вспоминая о том, что это были за фотографии.

— Что за фотографии?! — я сорвалась на крик.

Мама не ответила.

Как только мы вошли в дом, она направилась прямиком к винному бару и налила себе бурбона. Выпив содержимое бокала одним глотком, она налила себе второй.

— Дорогая моя, я же хочу сделать как лучше. И не из-за того, что думают мои подруги, а потому, что ты моя дочь. Повидаться с врачом — это же…

— Нет, — резко оборвала маму я. — Я не пойду ни к какому врачу.

Она отвернулась, налив себе еще одну облегчающую жизнь порцию бурбона. А я вышла из комнаты, считая, что разговор окончен.

Почти два часа я провела в своей спальне, меряя ее шагами. Когда останавливалась, смотрела сначала на музыкальную шкатулку, а потом на портрет Касси. Услышав, как открывается дверь гаража, я запаниковала. Я не хотела находиться в одном доме с женщиной, которая из-за меня напилась, и братом, который наверняка подумал, что я ненормальная. Выскользнув через заднюю дверь, я пошла по дорожке позади бассейна и маленького бунгало, окруженного деревьями. Там работал мужчина, загружая толстые ветки в кузов пикапа. Его смуглая кожа лоснилась от пота.

Он даже не посмотрел в мою сторону. Я осталась незамеченной, и это меня обрадовало.

Дойдя до границы нашего участка, я перелезла через каменную стену. За ней петляла тропа, проложенная по заросшей травой каменистой почве. Впереди на огромном клене виднелся домик на дереве.

Я остановилась под деревом, гадая, уж не подсознание ли привело меня сюда. Должна же быть какая-то причина, по которой я оказалась здесь.

В этом домике на клене не было ничего особенного. Его скорее можно было назвать притулившейся к стволу хижиной без одной стены, откуда открывался вид на участок. Мне пришлось приложить некоторые усилия, чтобы залезть на дерево. Потом через маленький проход я проползла в само помещение, где можно было только лежать. Я надеялась, что дерево было не гнилым.

Порыв прохладного ветра, разметав мои волосы, бросил несколько прядей мне на лицо. Вздрогнув и кутаясь в свитер, я села на корточки.

Я не сумасшедшая.

Разве миссис Мессер не говорила мне о том, что воспоминания могут вернуться в виде разрозненных фрагментов? И вдруг ужасная мысль поразила меня. А что, если видение истекающей кровью Касси было воспоминанием о чем-то, что я видела в тот вечер? При чем тут были слова, которые она прокричала мне? На это ответа не было, а все потому, что я не знала, что представляла собой моя жизнь до той среды. А потом появились эти записки. В последней упоминалась кровь… И я увидела истекающую кровью Касси… Автор записок был явно в курсе дела. Одну из них прочитал Скотт. Кто-то же подбросил их мне. Чтобы напугать? Или предостеречь?

И о каких фотографиях шла речь?

Вокруг слышалось щебетание птиц и скрип веток. Вслушиваясь в эти звуки, я вдруг совершенно ясно осознала: потеряла я лучшую подругу или нет — в любом случае я не хочу, чтобы снова вернулась моя прежняя жизнь, даже ее часть. Я не хочу вспоминать те ужасные вещи, которые говорила и делала, но предполагаю, что разница между тем и другим не имела большого значения. Даже если я сама не могла вспомнить, кем была, никто другой этого никогда не забудет. Независимо от того, насколько далеко я убегу от себя, убежать от прошлого, которого не помню, я все равно не смогу.

Похоже, я настолько глубоко погрузилась в свои мысли, что даже не заметила, что уже не одна.

Позади меня раздался скрип веток — мое сердце подскочило к самому горлу, потом замерло, когда я повернулась, увидела его, сидящего рядом со мной.