Главный подозреваемый - Харлан Кобен

Как раз блокноты – большие, желтые, с линованной бумагой – выдали их с головой. Это были адвокаты. Старшие зарабатывали, наверное, по четыреста баксов в час, молодняк – по двести пятьдесят. Майрон не любил вдаваться в математику, тем более что от изобилия дорогих костюмов у него рябило в глазах. Какая, к черту, разница? «Лок-Хорн секьюритиз» это по карману. Перераспределение денежных средств, когда они просто ходят по кругу, ничего не производя и не создавая, – чертовски прибыльное дело.

Майрон Болитар – спортивный агент с марксистским уклоном.

Уиндзор хлопнул в ладоши, и совещание закончилось. Адвокаты расходились очень медленно – еще бы, им платили за каждую лишнюю минуту почти как за секс по телефону – и неторопливо исчезали в коридоре. Седовласые старцы шагали первыми, юнцы семенили за ними робко и почтительно, как японские невесты.

Майрон шагнул внутрь:

– Что тут происходит?

Уиндзор жестом предложил ему сесть. Потом откинулся в кресле и сцепил пальцы рук.

– Вся эта ситуация, – произнес он, – меня немного беспокоит.

– Ты про деньги Клу?

– Частично. – Уиндзор постучал подушечками пальцев, потом прижал их к губам. – Терпеть не могу, когда в одном предложении звучат слова «Лок-Хорн» и «повестка в суд».

– Ну и что? Тебе нечего скрывать.

– В самом деле. – Уиндзор сухо улыбнулся.

– Пусть посмотрят твои книги. У тебя солидная компания, Уиндзор. Ты им не по зубам.

– Ты наивен. – Уиндзор покачал головой.

– Почему?

– Моя компания занимается финансовой безопасностью.

– И?

– Даже капля подозрения может ее разрушить.

– По-моему, ты преувеличиваешь, – возразил Майрон.

– Прошу прощения? – Уиндзор приподнял бровь и приложил к уху ладонь.

– Перестань, Уин. На Уолл-стрит вечно происходят скандалы. Никто не обращает на них внимания.

– Почти всегда они связаны с торговлей инсайдерской информацией.

– И что?

Уиндзор несколько секунд смотрел на него молча.

– Ты нарочно притворяешься тупым?

– Нет.

– Торговля инсайдерской информацией – совсем другое дело.

– Почему?

– Ты правда хочешь, чтобы я тебе это объяснил?

– Пожалуй.

– Ладно. В двух словах, это мошенничество или кража. Моим клиентам плевать, если я начну мошенничать или воровать, главное, чтобы это было им выгодно. Думаю, многие сами готовы склонить меня к противозаконным действиям, лишь бы увеличить свои капиталы. Но если финансовый консультант мудрит с их личными счетами или, еще хуже, если банк замешан в сомнительной истории, из-за которой суд может получить доступ к сведениям об их доходах, клиенты, естественно, начинают нервничать.

– Теперь понимаю, в чем проблема, – кивнул Майрон.

Уиндзор побарабанил пальцами по столу: выражение крайнего волнения. Трудно поверить, но похоже, на этот раз его действительно задело.

– Я бросил на это три юридических фирмы и две пиар-компании.

– И что они делают?

– То же, что обычно. Связываются с нужными политиками, готовят иск к окружному прокурору за клевету, пишут правильные статьи в прессе, ищут судей, которые будут избираться на следующий срок.

– Короче говоря, – вставил Майрон, – подкупают всех, кого могут.

– Если тебе так угодно. – Уиндзор пожал плечами.

– Бухгалтерские книги уже конфисковали?

– Нет. Я хочу пресечь это раньше, чем кому-нибудь из судей придет в голову такая мысль.

– Значит, имеет смысл перейти в наступление.

Уиндзор снова сцепил пальцы рук. Крышка его огромного стола была натерта до зеркального блеска, как в рекламе моющих средств, где домохозяйка ахает от восторга, увидев свое отражение в вымытой тарелке.

– Я слушаю.

Майрон вкратце передал ему разговор с Бонни Хейд. На столе то и дело звонил красный телефон (точная копия «бэтфона» из сериала с Адамом Уэстом, размещенная, как и положено, под стеклянным колпаком), и Уиндзору приходилось брать трубку. Звонили в основном адвокаты. Майрон слышал в их голосах панические нотки. Еще бы. Уиндзор Хоум Локвуд-третий не любит, когда его кто-то разочаровывает.

Уиндзор хранил спокойствие. Все разговоры он заканчивал одним вопросом: «Сколько?»

Когда Майрон закончил, Уиндзор предложил:

– Давай составим список. – Ни он, ни Майрон не потянулись к ручке. – Во-первых, нам нужны телефонные звонки Клу.

– Он жил в квартире в Форт-Ли, – напомнил Майрон.

– Место убийства?

– Ну да. Они с Бонни сняли ее в мае, когда Клу только заключил контракт.

Контракт был с «Янкиз». Отличная сделка, которая давала стареющему ветерану последний шанс восстать из пепла.

– В июле они перебрались в свой дом в Тенафли, – продолжил Майрон, – но квартира была арендована на полгода, и Клу поселился там, когда Бонни его выгнала.

– Адрес есть? – спросил Уиндзор.

– Да.

– Хорошо.

– Перешли звонки Большой Синди. Я потом их просмотрю.

Получить список телефонных звонков было легче легкого. Не верите? Возьмите «Желтые страницы». Выберите любого частного детектива. Предложите ему или ей две штуки за распечатку месячных звонков. Кто-то сразу ответит «да», а кто-то попытается раскрутить вас на три тысячи, ссылаясь на размеры взятки, которую придется дать своему человеку в телефонной компании.

– Надо проверить кредитные карты и чековые книжки Клу, транзакции в банкоматах и вообще все его финансы, – добавил Майрон.

Уиндзор кивнул. С Клу это было очень просто. Все его дела вела «Лок-Хорн секьюритиз». Уиндзор сделал специальный комплексный счет, чтобы легче следить за его деньгами. Он включал карту «Виза», электронные платежи и чековую книжку.

– Еще надо найти его загадочную подружку, – продолжал Майрон.

– Это легко.

– Верно.

– Кроме того, как ты правильно заметил, наш старый однокашник Билли Ли Пэлмс тоже может что-то знать.

– Мы его найдем, – пообещал Майрон.

– И еще одно. – Уиндзор словно погрозил кому-то указательным пальцем.

– Слушаю.

– Тебе придется работать одному.

– Почему?

– У меня дела.

– У меня тоже, – возразил Майрон.

– Ты бросил свой бизнес и обидел двух людей.

– Трех, – поправил Майрон. – Ты забыл Большую Синди.