Правдивая ложь - Нора Робертс

Если Джулия терпеть не могла выслушивать приказы, то подчиняться им она не любила еще больше. Против блестящего приема она не возражала – в конце концов, предстоящее развлечение оправдывалось возможностью продолжить расследование, необходимое для книги, – вот только… ее не пригласили, не попросили, а просто отдали приказ.

Как любая женщина, Джулия потратила пару часов, выбирая подходящий наряд, но никак не могла забыть о том, что собиралась провести вечер за работой. Как раз когда ее раздражение достигло наивысшей точки, в дверь постучали. Это была Нина с тремя роскошными платьями в руках. Эти наряды, как она сообщила, Ева лично выбрала из своего гардероба на тот случай, если Джулия не захватила с собой вечерних платьев.

Опять безапелляционность, подумала Джулия, разложив на кровати тысячи долларов шелка и стекляруса, но и трогательная забота. В какой-то момент она поддалась соблазну и примерила открытое платье без бретелей кораллового цвета. Оно оказалось лишь чуть-чуть широко в груди и бедрах, значит, Еву обтягивало, как вторая кожа.

Джулия замерла, с изумлением глядя на свое отражение. Если бы ее жизнь не сделала тот резкий поворот, может, и она жила бы сейчас в Беверли-Хиллз? Может, и ее гардероб был бы полон роскошной одежды, и ее лицо мелькало на киноэкранах, вызывая восторженные вздохи миллионов поклонников?

Может, да. Может, нет. Джулия с удовольствием покружилась перед зеркалом, но ее здравомыслие победило. Нечего притворяться кем-то, кем ты не являешься.

Зачесав наверх волосы и выбрав серьги с фальшивыми бриллиантами, Джулия надела единственное вечернее платье, которое привезла с собой: прямое, из темно-синего шелка, с коротким жакетом-болеро, украшенным стеклярусом. Купив его на распродаже в «Саксе» два года назад, она надевала его всего один раз.

Снизу донесся смех Брэндона и Сесиль. Эти двое быстро подружились и сейчас были увлечены игрой в «Великолепную восьмерку».

Джулия проверила содержимое сумочки и спустилась в гостиную.

– Эй, мам, ты неплохо смотришься. Брэндон всегда гордился и немного нервничал, когда видел ее такой красивой.

– Сногсшибательно, – поправила мальчика Сесиль. – Но это не платье мисс Би.

– Да. В них мне было неуютно. Надеюсь, мой наряд сойдет.

– Великолепно, – кивнула Сесиль. – Классическая элегантность и сексапильность. Чего еще можно желать?

Шапку-невидимку, подумала Джулия и улыбнулась.

– Можно, мы сделаем попкорн? – поинтересовался Брэндон.

– Конечно. Только… – Джулия обернулась на стук в дверь и увидела Пола.

– Не забудьте положить побольше масла, – закончил он, входя в гостиную и подмигивая Брэндону. – Ева сказала, что вы будете готовы вовремя, – обратился Пол к Джулии. Она была явно взволнована и такой нравилась ему еще больше.

– Я собиралась поехать с Евой.

– Ева уже уехала. С Дрейком. У них какие-то дела. – Пол ослепительно улыбнулся. – Остались только вы и я, Джил.

От этой простой фразы ее нервы натянулись, как струны.

– Ясно. Брэндон, в девять в постель. – Джулия наклонилась и поцеловала сына в щеку. – Помни, слово Сесиль – закон.

Брэндон усмехнулся, учуяв лазейку. Он сможет уговорить Сесиль на половину десятого.

– Не спеши, мам. Мы не возражаем.

Опять все идет не по моему плану, думала Джулия, направляясь к «Студебекеру» Пола. Сначала полетел к чертям тихий рабочий вечер, теперь придется отказаться от наблюдения за знаменитостями из какого-нибудь тихого уголка. Навязанный спутник скорее всего сочтет своим долгом развлекать ее.

– Мне очень жаль, что Ева обременила вас.

– Чем именно?

– Вероятно, у вас были другие планы на этот вечер. Пол открыл ей дверцу и был вознагражден изумительным зрелищем: в разрезе платья показалось изящное колено, мелькнули красивые икры, тонкие пальцы без единого кольца перенесли подол платья в салон.

– Я и сам собирался выпить море кофе, выкурить множество сигарет и закончить восемнадцатую главу, но… Джулия очень серьезно взглянула на него.

– Ненавижу, когда прерывают мою работу. Должно быть, вы чувствуете то же самое.

– Да. – Как ни странно, сегодня он не чувствовал ничего подобного. – Но в такие моменты, как этот, я напоминаю себе, что не занимаюсь нейрохирургией. Мой пациент спокойно доживет до утра. – Закрыв дверцу, Пол обошел автомобиль и сел за руль. – Ева очень редко о чем-то меня просит.

Когда ожил мотор, Джулия тихо вздохнула. Как и платье Евы, этот автомобиль заставлял ее чувствовать себя другим человеком. На этот раз юной, укутанной в меха дебютанткой, выезжающей в свет с самым красивым из своих поклонников.

– Очень вам благодарна, но вы не обязаны развлекать меня. Я не нуждаюсь в опеке.

– О, в этом я не сомневаюсь. Вы явно очень уверены в себе. Никто не говорил вам, что это внушает страх?

– Нет. – Джулия приказала себе расслабиться. – Вы часто посещаете подобные мероприятия?

– Несколько раз в год… обычно по настоянию Евы. Хотя не могу сказать, что они скучны.

– Но вы бы исполнили просьбу Евы в любом случае? Пол ответил не сразу, подождал, пока открылись ворота поместья.

– Да. Ради нее я готов на все.

– Сегодня утром Ева рассказала мне о вашем знакомстве.

Пол усмехнулся:

– В пляжном доме в Малибу за сандвичами с ореховым маслом и джемом.

– Вы поделитесь вашими первыми впечатлениями о ней?

Пол вынул из кармана сигару.

– Все еще на посту?

– Всегда. Вы-то должны понимать.

Пол щелкнул зажигалкой, пожал плечами.

– Хорошо. Я знал, что какая-то женщина провела с отцом ночь. Видел одежду, разбросанную в гостиной. – Он поймал ее взгляд и выгнул бровь. – Шокированы, Джил?

– Нет.

– Значит, не одобряете?

– Я просто представила Брэндона в подобной ситуации. Мне бы не хотелось, чтобы он подумал…

– Что вы занимаетесь сексом? – весело спросил Пол.

Джулия оцепенела.

– Что я легкомысленна и беспорядочна в связях.

– Мой отец был… есть и то и другое. В возрасте Брэндона я уже привык к его похождениям. Не осталось никаких шрамов.

В этом Джулия сомневалась.

– И когда увидели Еву?..

– Был готов отмахнуться от нее, как и от всех остальных. Видите ли, я был вполне сформировавшимся маленьким циником. – Пол выдохнул струю дыма. – Я увидел ее, когда она вошла в кухню. Только большинство женщин, проводивших ночь с моим отцом, на следующее утро выглядели потрепанными, а Ева была прекрасна. Конечно, это чисто физическое свойство, но я был потрясен. И еще заметил печаль в ее глазах. – Пол поймал себя на сентиментальности и скривился. – Ей бы это не понравилось. Но самым главным на том этапе моей жизни было то, что она не стала сюсюкать со мной, как многие из подружек отца. Джулия рассмеялась.