Мистика в жизни великих - Леонид Володарский

В 1803 году было введено новое положение об устройствеучебных заведений, открыты Харьковский и Казанский университеты, в Петербургеучрежден Педагогический институт.

С 1808 года ближайшим сановником императора стал М. М.Сперанский, которому царь поручил разработать общий проект государственныхреформ.

Но особенности характера Александра были таковы, что егоправая рука никогда не ведала того, что творит левая. А потому он, с однойстороны, создавал всякие комитеты и комиссии с красивыми названиями, а с другой– стремился не допустить реального осуществления своих же собственных проектов.И от либерального Сперанского царь тихо стал «откочевывать» к старому и верномусоратнику своего отца Аракчееву. Тем более что еще в юности престолонаследник и«гатчинский капрал», как называли вслед за Павлом Аракчеева, обменялисьрубашками в знак особого доверия. И уже много позже, на смертном одре, Аракчеевзавещал похоронить его в рубашке Александра и сам умер, умиленно глядя на портретобожаемого им монарха.

К тому же Аракчеев куда больше, чем Сперанский и прочиелибералы, отражал истинный дух современной ему России. Не зря же рассказывалианекдот о том, что когда один молодой реформатор направлялся в кабинетСперанского, его остановил Аракчеев и сказал: «Что, идете предлагать очереднуюкрасивую реформу господину Сперанскому? А осуществлять-то ее предстоит мнепо-старинному! На Руси иначе нельзя». Вот Александр и предпочел иметь делолучше с верным Аракчеевым, чем с малопредсказуемыми либералами. И следствиемэтого выбора стала неожиданная отставка Сперанского в 1812 году и высылка егоиз Петербурга.

Все царствование Александра, во всяком случае, егозначительная часть прошла под знаком сплошных наполеоновских войн. Царь резкоушел от политики своего отца, направленной на сближение с Францией, и предпочелАнглию. Тем более что именно британский посол в Петербурге активно поддерживалзаговорщиков, убивших Павла. Таким образом, Британия превращалась в зловещегокармического союзника Александра. Царь становился участником всехантинаполеоновских коалиций, а значит, вместе с Австрией и Пруссией терпел однопоражение за другим. Самым впечатляющим из таких поражений стал разгром подАустерлицем в 1805 году. А в 1807 году Наполеон и Александр заключилиТильзитский мир, и Наполеон отозвался об Александре как о выдающемся дипломате.Он сказал о нем: «Да, это настоящий византиец!» Александр, проявляя всю своютонкость и изворотливость, тем не менее начал впадать в новый страх. Страхтого, что Наполеону сколько ни уступай, он все равно этим не удовлетворится, азначит, рано или поздно этот «Робеспьер на коне», как иногда называлиКорсиканца монархисты, доскачет и до рубежей России. А тогда либеральныеигрушки царя сменятся общим бунтом и упразднением русской монархии вместе с еефеодальными институтами.

И когда в 1812 году «нежданно Бонапартовы войска форсировалиНеман», Александр испытал почти те же чувства, что и спустя век с лишним Сталинв июне 1941 года. Он растерялся. Но все же выпустил манифест, где призвал всехрусских людей вести себя так, чтобы враг «встретил в лице каждого дворянинакнязя Пожарского, в лице каждого мещанина Минина, а в лице каждого крестьянинаСусанина». Не убоялся царь и назначить командующим Кутузова, которого он не любили боялся, как это часто бывает у правителей по отношению к своим выдающимсяполководцам. И когда в 1813 году Кутузов умер, оставив свою победоносную армиюна границе России и Европы, император понял, что теперь у него на один страхменьше. Ведь славу победителя Наполеона льстивые царедворцы все большеприписывали самодержцу. Не зря потом появится Александрийский столп со словами:«Александру Первому благодарное потомство».

И вот Париж 1814 года. И Парижская опера, где дваАлександра сливаются у восторженного обывателя в одно понятие! Казалось бы,мечта императора наконец сбылась. Исчез источник постоянного страха в лице«корсиканского выскочки»! И даже знаменитые «сто дней» Наполеона ничего уже нев силах были изменить. Теперь Александр – освободитель Европы, благородныйрыцарь без страха и упрека. Без страха ли? Да и без упрека ли тоже?

Идет Венский конгресс 1815 года. Решаются судьбы Европы. И,конечно, главная роль – у «освободителя» ее! Но возникает конфликт с канцлеромАвстрийской империи Меттернихом. Он носит такие острые формы, что Александр взапале вызывает австрияка на дуэль. Как дворянин дворянина! Вызывает изапальчиво кричит испуганным советчикам: «Дуэль, это решено!» А в итоге нерешается на нее, находя для этого разные благовидные предлоги. Игра, однатолько игра!

А вот пример другой игры. Император берет в Петербургеизвозчика и едет к Зимнему дворцу. Совсем как мелкий столичный служащий.Извозчик не узнает царя и жалуется «барину» на обманы со стороны пассажиров:«Беда, барин! Как куда подъедешь, так бойся подворотен, они (пассажиры)обязательно туда шмыгнут, будь они хоть и генералы! И, вестимо, денежки с собойприхватят, а мне отвечать! Так что ты уж не обессудь, деньги-то дай сразу, а тоне ровен час скроешься во дворце царском, вон дверей-то да подворотен здесьсколько!»

Александр платит извозчику в двойном размере, а потом проситтого подождать. Вскоре извозчику выносят царскую шубу и еще много денег. Ишикарный лакей говорит оторопевшему мужику: «Бери, бери, дурень! Царя ты вез.Он тебе и шубу жалует со своего плеча, и деньги возвращает за всех, кто тебезадолжал».

Но это – эффектные игры. А на деле бывший покровительлибералов снова возобновляет право помещиков ссылать крепостных в Сибирь безсуда, отмененное им же в 1809 году. Он создает военные поселения, гдесвирепствует палочная дисциплина Аракчеева. Он опасается, что созданный имВенский Священный Союз европейских монархов не сможет предотвратить грядущихреволюций и социальных катаклизмов. А отсюда – подозрительность ко всякому инакомыслию,даже духовному.

И царь, много лет состоявший членом оккультных обществ,масонских лож, вдруг становится их гонителем, запрещает их! Причина состоитвовсе не в идейных разногласиях монарха с участниками духовных движений, а втом, что по уставу этих тайных обществ все члены обществ равны между собой идолжны обращаться друг к другу: «Брат». А в российских тайных обществахсостояли не только аристократы, но и купцы, и мещане, и даже три крепостныхкрестьянина, рекомендованные туда своими достойными господами! Общее число всехчленов тайных обществ России не превышало и тысячи человек, но императориспугался их после одного случая. Он, сам будучи членом одного из такихобществ, однажды столкнулся с тем, что ему возразили, сказав: «Брат, ты неправ!»

Император запретил эти опасные рассадники духовногоравенства, боясь, что они станут пропагандировать и равенство социальное!Александр входил во все большее противоречие с самим собой. Идеалы юностипросто начали воевать с его новыми идеалами. И все больше из пучины многихстрахов выплывал главный страх – убийство своего отца! Разогнав мистическиеобщества, царь впадает в еще больший мистицизм! Это заводит его в тупик.Венценосный рыцарь «со страхом и упреком» не находит себе места в собственнойимперии, столь победоносно закончившей войну с Наполеоном. И внезапно умирает вТаганроге 19 ноября 1825 года по старому стилю.