Запрет на любовь. На грани - Сюзанна Брокман

– Обязательно позвони мне завтра, – крикнул он обернувшись. – Или сегодня, если захочешь поговорить. Или просто приезжай без звонка. Дорогу ты знаешь. Если я нужен тебе – только скажи. Днем или ночью.

– Знаю. Спасибо, Ной. И поблагодари за меня Клэр.

– Привет.

Алисса могла поклясться, что заметила подозрительный блеск в глазах Сэма, но когда он опять повернулся к ней, лицо под козырьком бейсболки было мрачным.

– Ну, так чего ты мне не рассказала?

В начале десятого вечера дверь в спартански обставленную комнату в казарме для холостых офицеров распахнулась, и на пороге появилась Келли в сопровождении двух охранников.

– Привет, – бодро сказала она.

Том отложил в сторону блокнот, оставленный в его комнате лейтенантом из военной прокуратуры, и поднялся из-за стола.

– Прости, Келли. Они даже не позволили мне тебе позвонить.

– Я так и поняла.

Келли надела его любимое платье с длинной развевающейся юбкой и узором из крошечных голубых цветочков, того же цвета, что ее глаза. В этом платье и с распущенными светлыми волосами она выглядела такой женственной и юной, что в бар ее могли бы не пустить.

И еще она казалась совершенно безобидной, чего, видимо, и добивалась.

– Пять минут, – напомнил ей один из охранников. – Простите, что так мало, мэм, но я вообще не должен был пускать вас сюда.

– Знаю, знаю. Огромное вам спасибо.

В руках Келли держала пластиковый пакет с белой парадной формой Тома. Зайдя в комнату, она аккуратно повесила ее в шкаф и положила на кровать коробочку со всеми его медалями.

– Я решила, что это может тебе пригодиться. Охранники вышли из комнаты, оставив дверь слегка приоткрытой.

– Да, – согласился Том. – Не уверен, что сильно поможет, но, во всяком случае, не повредит.

Келли смотрела на него, всем своим видом излучая беспокойство, и казалась тревожным пятном яркой краски в этой стерильной комнате.

– Мне никто ничего не хочет объяснять, – пожаловалась она. – Только сказали, что ты задержан. Я даже не смогла выпытать у них, как долго тебя собираются здесь продержать. А адмирал Таккер вообще мерзавец. Он говорит, что у меня нет права появляться на базе, потому что официально я тебе не жена.

– Мне очень жаль.

– Том, что происходит?

– Я и сам толком не знаю, – признался он. – Они отказываются что-то объяснять. Но, кажется, все довольно серьезно. Пока меня ни в чем прямо не обвиняют, но намекают…

– И в чем, по их мнению, ты виноват?

Ему вовсе не хотелось рассказывать ей об этом. Да и, по правде говоря, проще было бы перечислить, в чем он не виноват.

– Я не уверен, но, судя по вопросам, которые они задают, мне пытаются приписать помощь террористам, кражу и сбыт оружия и участие в заговоре с целью покушения на президента Соединенных Штатов. Ах да, еще государственную измену.

Келли смотрела на него, раскрыв рот. За один день Тому удалось потрясти ее дважды.

– Но это же абсурд!

– Да, только они так не думают. Ты же знаешь, что недавно было затеяно сенатское расследование, и теперь в прокуратуре просто из кожи вон лезут, чтобы подкинуть мне побольше свежего дерьма. И еще, в связи с расследованием, организовали какую-то дурацкую антитеррористическую комиссию, состоящую из одних идиотов и паникеров, которые озабочены больше всего тем, чтобы получить как можно больше эфирного времени на Си-Эн-Эн.

– И они на самом деле думают, что ты помогал террористам?

Том кивнул на приоткрытую дверь, призывая Келли говорить тише.

– Это же несерьезно, Том, – продолжала она, понизив голос. – Все, кто тебя знает…

– В этом-то и штука, – перебил ее он. – Похоже, они специально дожидались, чтобы шестнадцатый отряд убрался из города. И адмирал Кроули сейчас на Среднем Востоке и не вернется до конца месяца.

Адмирал Кроули был душой подразделения «морских котиков». Он командовал всеми войсками специального назначения ВМС и всегда поддерживал Паолетти.

– Они очень подробно расспрашивали меня об одном случае, который произошел полтора года назад, – продолжал Том. – Тогда военный вертолет упал в озеро… – Он не знал, имеет ли право рассказывать об этом Келли. Еще несколько часов назад у него были все основания считать информацию об этом происшествии строго секретной. Но уж если о нем стало известно в Сенате США… На всякий случай Том все-таки решил изъясняться намеками. У Капли хватит сообразительности догадаться о чем он говорит, когда упоминает «страну, в которой недавно побывал шестнадцатый отряд». – В момент аварии в вертолете находилось очень важное оборудование. Экипажу удалось спастись, но сама вертушка утонула. Озеро оказалось довольно глубоким, поэтому для спасения вертушки и груза решили привлечь шестнадцатый отряд. К сожалению, очень скоро выяснилось, что озеро находится как раз посредине территории, контролируемой Аль-Каидой. Проводить спасательные операции под непрерывным огнем практически невозможно, поэтому было принято решение взорвать вертолет и перевозимое им оборудование. Я лично подписал акт, свидетельствующий, что и то и другое благополучно уничтожено.

– Никто не сообщил мне об этом прямо, – продолжал Том, – но все-таки у меня создалось впечатление, что часть этого уничтоженного оборудования недавно где-то засветилась. – Судя по глазам, Келли прекрасно понимала, что загадочное «оборудование» было не чем иным, как оружием. – Конечно, я знаю, что склонен всегда предполагать худшее, но почему-то мне кажется, что засветилось оно полгода назад в Коронадо, во время покушения на президента.

– Как?! – выдохнула Келли.

– Может, я и ошибаюсь. Никто мне ничего не рассказывает. Но, судя по их вопросам, случилось именно это.

– Это не может быть совпадением? Или…

– Или подстроено специально, – мрачно закончил он.

– Кем?

– Не знаю.

Келли начала нервно ходить по комнате:

– И ты был среди тех, кто спускался под воду и устанавливал взрывчатку?

Том подозревал, что его ответ ее не обрадует.

– Нет, но я был среди тех, кто после взрыва спускался под воду, чтобы убедиться, что все уничтожено.

А когда они выбирались из воды, его ранили. Ничего серьезного, просто неприятная глубокая царапина на левом плече. Келли пристально рассматривала ее, когда он вернулся но ему удалось избежать опасных вопросов, заверив, что он оцарапался, залезая в вертушку. Отчасти это было правдой. Просто оцарапался он о срикошетившую пулю.

Но сейчас у Келли было слишком мало времени на то, чтобы связать ту царапину и последние новости.