Запрет на любовь. На грани - Сюзанна Брокман

– Нет, – ответил Сэм, и его голос прозвучал устало и равнодушно, – но на ней были туфли, которые я купил ей в прошлом году. Это Мэри-Лу.

– У меня есть сестра, – напомнила ему Алисса. – У нас с ней примерно одинаковый рост и вес, и, когда мы жили вместе, она постоянно носила мою одежду. Как выглядит Джанин, лейтенант?

Сэм опять посмотрел на зеркальное окошко, и его взгляд вдруг стал пристальным и заинтересованным.

– Они очень похожи, – сказал он, и его голос больше не казался усталым. – Господи, почему же я сам об этом не подумал?

– Мы пока не можем утверждать, что убита не Мэри-Лу, – предупредила его Алисса. – Пропали ведь две женщины. Вероятность, что ваша жена мертва – ровно пятьдесят процентов.

– Бывшая жена, – поправил Сэм. – Она подписала все документы, за которыми я приезжал. Они лежали на столике в прихожей. – Он повернулся к Мануэлю Конеско: – Вы собираетесь производить идентификацию по зубным картам?

– Разумеется. Это стандартная процедура.

– А время смерти уже установлено? – опять вмешалась Алисса.

– Над этим сейчас работают.

– Я хочу, чтобы мне сообщили немедленно, как только время будет установлено, – распорядилась Алисса. – И еще я хочу, чтобы ни слова об этом происшествии не просочилось в прессу, это понятно?

– Надеюсь, вы не считаете, что мне надо напоминать о моих обязанностях, мэм? – сухо осведомился Конеско.

Алисса поспешно извинилась.

– Просто в данном случае это особенно важно, – объяснила она. – Завтра Макс Багат сам приедет сюда.

Сэм опять бросил удивленный взгляд на зеркало, а потом повернулся к Конеско:

– Вы закончили со мной?

– Да, – вместо Мануэля ему ответила Алисса. – Спасибо за ваше терпение, лейтенант. Если у нас возникнут новые вопросы, мы с вами свяжемся.

Не сводя тяжелого взгляда с зеркала, Сэм поднялся и взял со стола свою бейсболку. Алисса поняла, что сейчас придет ее очередь отвечать на вопросы.

– Подвезти вас куда-нибудь, лейтенант? – спросила она. Лучше покончить с этим сразу, а не то он ночью явится в ее номер. Видит бог, для ее собственного спокойствия необходимо, чтобы Сэм Старретт не подходил к гостинице ближе, чем на десять миль.

– Да, – ответил он. – Спасибо.

Алисса встала, и помощница Мануэля Конеско проводила ее до вестибюля. Где, к своему удивлению, Алисса обнаружила сидящего на скамейке Ноя. Он поднялся при ее появлении.

– Я думала, вы давно ушли, – сказала она с уважением.

Ной Гэйнс был красивым мужчиной, таким же высоким, как Сэм, и почти таким же мускулистым. Хорошо сшитый пиджак ладно обтягивал широкие плечи. Светло-карие глаза за стеклами очков смотрели на Алиссу с интересом. Вообще, на первый взгляд Ной производил впечатление футбольного полузащитника, пытающегося изображать из себя интеллектуала. Но со второго взгляда и, тем более, после нескольких произнесенных им фраз, становилось ясно, что он как раз и есть интеллектуал, но интеллектуал, тщательно следящий за своей физической формой.

– С ним все в порядке? – спросил Ной.

– Да, его не стали задерживать. Но пока нам не удастся доказать, что в момент убийства Сэм находился в тысяче миль отсюда, он будет считаться подозреваемым, и, понятно, его это не особенно радует. Я делаю все, что могу, чтобы как-то ускорить процесс.

– Сэму повезло, что у него есть такой друг, как вы, – сказал Ной, не скрывая своего любопытства.

– А вы давно с ним знакомы? – поинтересовалась Алисса, потому что любопытство мучило ее не меньше, чем Ноя.

– Мы дружим с седьмого класса, – ответил тот. – Хотя, должен признаться, с тех пор как умер мой дедушка, мы общаемся не слишком часто. А несколько последних месяцев я вообще не разговаривал с Сэмом. Наверное, поэтому он и не рассказывал мне о вас.

– Так и нечего рассказывать, – холодно ответила Алисса на этот чрезвычайно многозначительный вопрос.

– Вам видней, – улыбнулся Ной, и стало ясно, что детская дружба с Сэмом многому его научила. Во всяком случае, улыбка у них была одинаково неотразимой.

Он отвернулся от нее, потому что в вестибюль вышел Сэм, сопровождаемый Мануэлем Конеско.

– Мы скоро свяжемся с вами, – пообещал Конеско, прощаясь.

– Не сомневаюсь, – насмешливо протянул Сэм и поправил на голове бейсболку.

Ной достал из кармана мобильный телефон:

– Я вызову нам такси.

Сэм остановил его, положив на плечо руку, и заговорил только после того, как Конеско вышел из здания.

– Наверное, мы сможем подвезти Ноя по дороге… туда, куда поедем? – спросил он у Алиссы.

– Конечно, – кивнула она, решив, что будет интересно посмотреть, где живет друг детства человека, у которого, по ее мнению, не могло быть никакого детства.

– Спасибо.

– Ты ведь знаешь, что всегда можешь остановиться у нас, – обратился Ной к Сэму. – Клэр, наверное, уже постелила тебе в свободной комнате.

– Я знаю, – откликнулся Сэм. – Спасибо тебе за это. Возможно, я и воспользуюсь твоим предложением. Но только… не сегодня.

Ной посмотрел на Алиссу, а потом – опять на Сэма.

– А-а, – пробормотал он. – Ну, конечно, я не понял…

– Нет, – засмеялся Сэм, качая головой. Наверное, так смеется скалолаз, которому посреди пятимильного подъема вдруг сообщают, что приближается ураган. В этом смехе не было ничего веселого – только смесь иронии и безнадежности. – Я понимаю, о чем ты подумал, Ной, но, поверь, ты ошибаешься. Мне просто надо поговорить с Алиссой. – Он повернулся к ней и сразу же перестал смеяться. – Мне не терпится узнать, почему смерть моей бывшей жены так взволновала его святейшество Макса Багата, что он собирается лично прилететь во Флориду. Я хочу понять, что тут, твою мать, происходит?

Ной виновато поглядел на Алиссу.

– Постарайтесь не обращать внимания на его язык, – попросил он. – Он до сих пор делает это в попытке расквитаться со своим отцом.

– Это не повод для шуток, ты, умник сраный! – Сегодняшний запас терпения Старретта, видимо, подошел к концу. – И тебе это прекрасно известно!

Ной немедленно раскаялся:

– Извини, Ринго, извини. Просто уже поздно… Я не собирался над тобой смеяться. И тебе это прекрасно известно!

Сэм кивнул, уже совершенно успокоившись:

– Да. И ты меня извини.

Ной опять достал мобильник:

– Я все-таки вызову такси. Чем скорее вы поговорите, тем скорее Сэм сможет поспать.

– Не надо, – возразил Сэм, но Ной уже шел к выходу.