Та еще штучка! - Татьяна Луганцева

Первым, кого увидела Аня, когда открыла глаза, был удивительно красивый мужчина с умными и тревожными глазами.

«Таких в жизни не бывает, значит, я на небе. Знать бы раньше, давно бы туда отправилась», – подумала Аня и зажмурилась. Когда же она вновь открыла глаза над ней нависло пухлое лицо мужчины средних лет с красным, мясистым носом с расширенными порами и в очках, делающих его глаза маленькими и злобными. Довершали образ пышные рыжие усы и бакенбарды.

– Я так не играю, верните первого, – захныкала Аня, сама не узнавая свой слабый, охрипший голос.

– Она бредит, – сказал мужчина на немецком языке, и Аня заулыбалась.

«Оказывается, я знаю языки… Минуточку! Я же всегда их знала! Так что со мной произошло? Где я?»

Сознание стремительно возвращалось в ее слабую и больную голову. Анна рывком села в кровати и уставилась на Эрвина. Теперь она вспомнила всё.

– Что со мной? – спросила она, сглатывая ком в горле.

– Об этом лучше расскажет доктор Кларк, – кивнул на рыжеусого мужчину Эрвин и обеспокоенно спросил: – Как ты себя чувствуешь?

– Если честно, то хреново, – почесала затылок Анюта.

– Что означает «хре-но-во»? – поинтересовался доктор, желающий записать все симптомы заболевания.

– Говорит, что плохо, – перевел Эрвин.

– Молодая фрау, вы ведь понимаете, о чем я говорю? Ну, и отлично! Вы в последнее время не испытывали нервного напряжения?

– Испытывала! – заявила Анна, испепеляя взглядом покрасневшего Эрвина.

– Хлопоты подготовки к свадьбе? – усмехнулся доктор Кларк.

– Ага, – кивнула Аня, – все так неожиданно! Просто спонтанно!

– Но вы не беременны? – кинул Кларк острый взгляд из-под очков.

– Кто знает? – вздохнула Анна, радуясь, что Эрвину придется долго краснеть.

– Нет, нет, вы не беременны, – четко сказал Кларк. – Вы на празднике сильно перепили, плюс нервное напряжение и шок, вот вы и потеряли сознание.

Анна свела тонкие темные брови и спросила:

– Вот по поводу сильного шока можно поподробнее? Я словила «белочку»?

Доктор Кларк нервным жестом снял очки и протер их.

– Русский фольклор? – уточнил он у Эрвина.

– Она перебрала спиртного, и ей что-то привиделось, – пояснил тот.

Анна залюбовалась его бледным выразительным лицом с легкими тенями под глазами.

– Вот за что я люблю своего будущего мужа, так это за ум и понимание русской души! – выдала она.

– Нет, вы, конечно, выпили, но не так уж много! – замахал руками Кларк.

– А старая женщина в подследниках? – прослезилась Анна. – Только не говорите, что это…

– Эта женщина представилась овощем, – ответил Эрвин.

Анна снова нахмурилась.

– Я поняла! Нам подмешали галлюциноген! Ваше винцо с душком!

– Она сказала, что является твоей свеклой, – пояснил Эрвин. – То есть матерью твоего мужа. Ты знаешь, это несколько напрягло гостей, а моей бабушке стало плохо.

Доктор Кларк согласно кивал, делая какие-то замысловатые движения руками, которые должны были означать, что всё, о чем говорит Эрвин, – правда и что Ариадна Львовна тоже лежит у него в отделении под надежным присмотром.

Анна выдержала долгую паузу.

– Так она была наяву? Клавдия Ивановна? Здесь? В Австрии? Боже мой! Так это правда?

– Боюсь, что да. – Эрвин выглядел весьма печальным.

– Она не свекла, она – свекровь, только бывшая!

– Бывшая?

– Муж мой мертв, я – вдова, а Клавдия Ивановна – бывшая свекровь, – зомбировала себя Анюта, вспоминая нелегкую биографию.

Эрвин наконец-то поднял на нее глаза и даже изобразил на лице подобие улыбки.

– А что она здесь делает?! – ужаснулась Аня.

– Ты боишься ее? – уточнил Эрвин, уловив страх в ее голосе.

– Не то чтобы боюсь, я просто в шоке! Да что там говорить! Я же чуть богу душу не отдала, ты же видел!

– Она серьезная женщина… – протянул Эрвин с пониманием.

– Что ты имеешь в виду?

– Знаешь, она так кричала в ресторане, обвиняла всех в алкоголизме, тупости и мещанстве. К нашим знакомым обращалась не иначе как «буржуи недострелянные» или «жуйте, жуйте рябчиков, все равно вам придет конец». Хорошо, что мало кто понял, о чем она говорит, – сказал Эрвин. – Когда ты попыталась окропить ее «святой водой», то есть вином, Клавдия Ивановна выругалась словами, не имеющими аналога в немецком языке, а потом стала истошно вопить.

– О чем?

– О том, что шайка развратников затащила бедную глупую девушку в притон и только она сможет вытащить ее заблудшую душу из омута. Думаю, она имела в виду тебя, – с опаской покосился на нее Эрвин.