Сны мертвой девушки из Версуа - Валерия Леман

– Я хочу вам кое-что показать, – решительно заявил Шарль и нетерпеливо откинул палас в сторону.

На полу под паласом оказалось изображение самого настоящего магического круга, какие мне приходилось видеть в соответствующих книгах, в том числе и у пресловутого Папюса, чьи тома коллекционировала покойная Шарлотта. Двойная окружность со вписанными десятью именами бога, изображение меча, пентаграммы и звезды Соломона, имена князей четырех стихий на латыни…

Шарль с гордостью любовался делом рук своих, с явным удовлетворением отметив мое изумление. Для завершения эффекта он продефилировал к шкафчику у окна, распахнул его дверцы, дабы я мог лицезреть логическое продолжение: медные чаши, сверкающий меч, семисвечник, баночки с ладаном и все такое прочее.

– Вы не верите в магию, – верно истолковал выражение моего лица Шарль, ничуть, впрочем, не расстроившись. – Но это не важно. Я не навязываю свою веру, просто хочу объяснить.

Он очень волновался. Выглянул в окно, как будто под окнами кто-то мог нас подслушать, задернул темные шторы, зажег четыре свечи на столе и вновь разложил палас, прикрыв магический круг. После этого мы уселись в кресла и некоторое время молча смотрели друг на друга.

Я размышлял о непредсказуемости жизни. Кто бы мог подумать, что в чистенькой, жизнерадостной Швейцарии, славной своими высокоудойными буренками и туго набитыми банками, есть люди, во всем предпочитающие черный колер и проводящие магические ритуалы вместо того, чтобы кадрить девушек в кафе. С другой стороны, я сам вместо того, чтобы с упоением помогать папе увеличивать обороты семейного благосостояния, занимаясь рекламой родного бизнеса, с головой погружаюсь в мрачные истории с трупами, ломая голову над тем, кто, как и зачем отправил на небеса ближнего своего. Таким образом, выходит, каждый из нас по-своему уродец, и Шарль – не в большей степени, чем я.

– Хотите виски? – неожиданно спросил Шарль и, не дожидаясь моего ответа, подскочил к письменному столу, извлек из ящика припрятанную там початую бутыль и – после моего энергичного отказа – один стакан. Вновь оказавшись в своем кресле, он сделал несколько жадных глотков, после чего поставил стакан и бутылку на пол рядом с креслом. «Бог мой, парень-то – готовый алкоголик», – сделал я безутешный вывод. Пить виски с утра знойным летом – это не для трезвенников.

– Я много пью после смерти Шарлотты, – словно услышав мои мысли, сообщил Шарль. – Даже немного раньше. Я ее любил, вы наверняка уже в курсе. А она… Ну, не знаю. Скорей всего, она еще не понимала, что такое любить.

Он поднял с пола стакан и снова отпил.

– Неважно. Шарлотта умерла. Представьте, что я пережил, – он мрачно усмехнулся. – Нет, этого никто не может представить. Она была половиной моего существа, я не мог без нее жить. И тогда мне помогла магия.

Тут он сделал весьма многозначительную паузу, уставившись на меня воинственно и напряженно.

– Магия вернула мне Шарлотту.

Я почувствовал, что должен как-то прореагировать на это заявление – округлить глаза, схватиться за сердце, выкрикнуть: «Такого быть не может, потому что не может быть никогда!»

– Но ведь Шарлотта мертва.

Шарль довольно усмехнулся и налил себе новую порцию горячительного.

– Я провел ритуал, я молил князей всех сторон света, всех стихий, дней и часов суток вернуть мне мою девушку, – только тут я обратил внимание, что его язык начал слегка заплетаться. – Ритуал в новолуние, в полночь, заклинания на латинском языке. Это было невероятно, мне казалось, в меня вселился великий дух, я был могущественным. Мы с Шарлоттой проводили разные ритуалы – на вещий сон и так далее, но все это было баловством. В ту ночь я действительно хотел того, о чем заклинал…

Мне стало не по себе. Парень был пьян и мистически настроен. Я собирался провести собственный допрос, а вместо того выслушивал бредни про магию и, говоря протокольным языком, спровоцировал пьянку. Интересно, мсье Роже в курсе червоточин собственного дитяти?

Шарль резко поднялся и, едва не потеряв равновесие, все-таки сделал несколько шагов вперед, остановившись прямо передо мной грозным силуэтом. Его глаза блестели – клянусь, безумно.

– Все сбылось, – торжествующе заявил он. – Не прошло и недели, как в дом Лорен, в ту самую комнату, где Шарлотта жила, мечтала, смотрела свои сны, приехала девушка из России. Ольга. Те же рыжие волосы, светлые глаза, те же легкие движения и улыбка. Даже Лорен признала в ней свою дочь. Что вы на это скажете?

А что я мог сказать?

– Кстати, о снах. Ты только что сказал «где Шарлотта смотрела свои сны». Что ты знаешь о ее снах?

Он отмахнулся от моего вопроса, как от мухи.

– Все люди видят сны, я просто образно выразился. Разве вы не видите, как все совпадает? При помощи магии я вернул свою девушку.

– Удивительно.

– Это магия.

– Возможно. Но Ольга пропала, и в этом вряд ли есть что-то сверхъестественное. Как вы думаете, Шарль, она сейчас жива?

Он резко вскинул голову. В этот момент мне показалось, что парень абсолютно трезв – столько тоски и страдания было в его синем взгляде. Насмотревшись на меня, он медленно кивнул:

– Жива. Я провел ритуал, чтобы увидеть вещий сон.

– И?..

– Я его увидел. Она заперта в каком-то доме и страшно напугана.

Последняя фраза заставила меня призадуматься. Я никогда не проводил ритуалов, но мне тоже приснился сон, где я блуждал по улицам незнакомого городишки, остановился перед некоей запертой дверью и услышал голос: «Здесь». Пора было брать инициативу в свои руки.

– Послушайте, Шарль, мы с вами хотим одного – найти Ольгу. К сожалению, я знаю о ее исчезновении не так уж много. Расскажите мне о той вечеринке. С кем Ольга разговаривала, что делала, перед тем как исчезнуть.

– Это Бенини, – неожиданно скоро отозвался Шарль, рухнув в свое кресло. – Он ее увез. Похитил назло мне.

Снова забулькало виски.

– Постойте, почему Бенини? Я слышал, что Ольга вышла с ним в сад, попросила подождать ее, выскочила на улицу и словно испарилась.

– И вы в это верите? – презрительно процедил Шарль. – Пусть расскажет свою байку в полиции. Весь вечер не давал мне даже близко подойти к Ольге, обхаживал ее со всех сторон.

– А она?

Мой невинный вопрос будто сбил весь ход его мыслей. Парень умолк, затем пробормотал что-то нечленораздельное.

– Ольга – как Шарлотта, она еще не знает, что значит любить, – наконец промямлил он, словно нехотя, криво усмехаясь. – Женщины бегают за моим отцом, а Бенини бегает за женщинами. Вот он и атаковал Ольгу. Ей было приятно. И потом, наверное, она надеялась, что он организует ей выставку. Я слышал, как она ему сказала за столом: «Уверена, выставку в Женеве ты мне сделаешь на высшем уровне, не так ли?» Бенини сразу поволок ее в сад.