Любовь и виски - Грег Смолвидж

– И на том спасибо, дружище.

– Разве что… Нет, я и так до сих пор корю себя за тот злосчастный звонок. Надо было, нет, я просто обязан был выяснить подробности!

– Подождите-ка. Что за звонок?

Джош смотрел испуганно. Испарина выступила ещё сильнее.

– Разве миссис Анна вам не говорила?

– О чём???

– Уф. Не уверен, уполномочен ли я сообщать…

– Джош!

– Хорошо-хорошо, – он смешно замахал руками. – Здесь нет ничего особенного. В ту трагическую ночь, точнее, вечер Виктор позвонил мне и распорядился: tomorrow the crew will have to be «on call». Вот и всё.

– Так и сказал?

– Да. Будьте, мол, «on call» в пятницу. К чему, он не уточнил. Я дал утвердительный ответ, пожелал доброй ночи и положил трубку.

– И всё?

– Абсолютно.

Я лихорадочно соображал. Главный вопрос в следующем: Анна ни словом не обмолвилась о звонке, потому что считает факт разговора с помощником несущественным? Или имеет место сознательное сокрытие важных подробностей? А сам Джош? Тот ли он наивный «оруженосец», каким представляется? Или специально так «проговорился»? В любом случае, буду придерживаться генеральной линии.

– Любопытно. А что значит «on call»? То, что на следующий день вы с «crew» должны быть здесь?

– И да, и нет. Подобное предписание означает, что намечается заметное мероприятие: пресс-конференция, встреча важных гостей и всё в таком духе.

Джош снова вытер пот со лба. На этот раз носовым платком.

– Мистер Дэйр, я же говорю – жалею до сих пор: уточни я тогда, в чём дело, возможно, многих проблем удалось бы избежать!

А это как понимать? Все вы тут сговорились, что ли?

– В принципе, я мог бы поинтересоваться, но это выглядело бы как нарушение субординации, и, по правде сказать, мне просто не хватило духу.

– Хорошо, вы, главное, не нервничайте. Давайте пройдёмся. Куда мы, собственно, шли?

Мы двинулись дальше.

– В приёмную мэра. Там столы операционисток, секретарши, моё рабочее место, ну и кабинет Виктора.

– Отлично, пора взглянуть на всё это хозяйство поближе.

– Вот, достал.

Джош вошёл с большой зелёной папкой под мышкой. Сутулясь, как сморчок, он тихо прикрыл за собой дверь. Чтоб хоть немного отдохнуть, я развалился в кресле самого Хатчета. Осмотр был завершён ещё пятнадцать минут назад.

Прекрасная площадка для наблюдений! В кресле градоначальника волей-неволей ощущаешь себя власть имущим. Просторный зал, диван с двумя пуфами для неформальных бесед, библиотека и бар на другом конце. Огромный стол по центру, на который я не преминул закинуть ноги. Опустив веки, приятно было пребывать в полнейшем одиночестве.

Лишь изредка мой новый знакомый заглядывал справляться о ходе поисков. Обнаружив меня вальяжно расположившимся в кресле своего почившего босса, Дэвис чуть не выронил челюсть на пол. Онемев, он всё пытался что-нибудь вымолвить. Но я остановил его жестом:

– Просто присел отдохнуть. Что у вас?

– Это, в общем, тут всё, – чиновник потихоньку выходил из ступора. – Надеюсь, архив служащих за последние тридцать лет поднимать не надо?

Я встал навстречу собеседнику:

– Отлично, дружище! Коли вы шутите, значит, всё в порядке.

– Не совсем. У вас тридцать минут, – он неуклюже посмотрел на часы. – Ну, максимум сорок. Больше дать не могу.

– Thanks, I will fix it. – Взявшись за папку, я резко потянул на себя, но Джош упёрся.

Он глядел в упор:

– Мистер Дейр, я серьёзно. То, что мы делаем, незаконно. Личные дела выдали исключительно под мою ответственность.

Вырвав папку, я инстинктивно прижал её к груди. Увесистая.

– Да понял я! Через полчаса верну в целости и сохранности.

Джош всё так же смотрел, не моргая. Я направился обратно к рабочему столу. Папка с грохотом загремела на дорогое сукно. Нельзя дать ему уйти просто так. Надо кое-что выяснить.

– Прежде чем вы оставите меня наедине с документами, можно один вопрос?

Дэвис кивнул.

– Скажите, – я снова очутился в шикарном кресле Хатчета, – в ту злосчастную ночь вы сообщали кому-нибудь о звонке начальства?

– Эээ. Что вы имеете в виду?

– Вопрос сформулирован предельно чётко. Говорили ли вы кому-либо, что звонил Хатчет?

– Разумеется, – Джош перевёл взгляд в пол. – Указания на это содержатся в моих должностных инструкциях.

– In details, please.

– Мистер Дэйр, частично этот вопрос мы с вами уже обсуждали. По контексту в целом и тону Хатчета в частности мне сразу стало понятно, что планируется серьёзное мероприятие. Не ниже пресс-конференции. В одиночку такое не организуешь!

Дэвис виновато посмотрел на меня. Я молчал, чиновник понял, что его ответом не удовлетворились.

– Говорил-говорил! Двум «parts of the crew». Это Сьюзи Миллер и Тина Старски. Персональная помощница и секретарь-референт. Люди проверенные. Я предупредил, что утром придётся быть на ногах.

– Ясно. А с ними можно пообщаться?

– Думаю, да. Обе сегодня были на работе. Я объясню им, что к чему.

Джош вышел из кабинета, а я принялся за усиленное изучение заветной папки. Прежде всего меня интересовали трое: сам Джош и две упомянутые девчонки. В деле Джошуа Дэвиса примечательного было катастрофически мало: «не замечен», «не состоял», «не привлекался» и т. д. Сплошные «не». Скукотища. Пожалуй, только за последний год со мной произошло больше, чем с этим бюрократом за всю жизнь.

Идём дальше. Сьюзи Миллер. Двадцать четыре года. Полтора из них в городском управлении. Шатенка, кудрявая. Не то чтобы очень симпатичная, но и не страшная. Про таких говорят «tastes differ»[8].

М-да, а я вот что-то не любитель. Не замужем, живёт с родителями в южной части города. Зацепиться не за что. Так, кто там у нас ещё «part of the crew»? Тина Старски. Где же она? Никак не найду. В нетерпении я перелистывал страницы. Есть!

Миловидная блондинка с волосами до плеч. Мне показалось, она даже улыбалась на фото. Двадцать три, тоже не замужем. О, живёт одна, сирота. Из родных только тётка в Portland’е. Снимает квартиру в десяти минутах ходьбы отсюда. В остальном ничего интересного.

Я продолжил возиться с личными делами сотрудников, занося в блокнот всё, заслуживающее внимание. Уложиться в полчаса было вполне по силам. Но не судьба. На пороге вновь возник Джош. И вновь с виноватым видом.