Убийство в Брайтуэлле - Эшли Уивер

– А кто-то видел Руперта на террасе вчера после обеда? – как бы невзначай спросила я, вилкой гоняя по тарелке ломтик яблока.

– После пляжа я его не видела. Мы с Эдвардом завалились спать, правда, дорогой? – Анна Роджерс ослепительно улыбнулась мужу, и тот вспыхнул.

– Как я уже говорил, я его не видел, – поспешил вставить Хэмильтон, как будто защищаясь.

– Я видела его в холле, когда все возвращались с пляжа, – вдруг сообщила миссис Хэмильтон, покосилась на мужа и, словно опасаясь, что он не даст ей договорить, быстро закончила: – Он сказал, что условился с кем-то встретиться.

Любопытно. Вчера, я точно это помнила, она подтвердила вслед за мужем, что они Руперта не видели.

– Я… мне только сейчас это пришло в голову, – добавила Лариса, будто прочитав мои мысли.

Я задумалась. Скорее всего это Хэмильтон велел ей молчать.

– Я подумала, что они с Эммелиной собрались пить чай, – продолжала между тем Лариса, – но, может быть…

– Это, конечно же, ерунда, – резко оборвал ее Хэмильтон.

– Да, разумеется, ты прав, – откликнулась Лариса, но в ее обращенном на меня взгляде и я увидела немой вопрос.

Я решила поговорить с ней позже, когда поблизости не будет мужа.

– Насколько я знаю, ночью приехал ваш супруг, – послышался вдруг резкий голос Вероники Картер.

Я обернулась и увидела, что она, подойдя к столу, устремила на меня холодные голубые глаза.

– Да, совершенно неожиданно, – безразличным тоном ответила я.

Недобрая улыбка появилась на чуть слишком ярких губах Вероники, и мне показалось, глаза ее сверкнули.

– Как некстати.

Терпеть не могу грубости, но в этот момент я могла бы подобрать для мисс Картер пару-тройку метких словечек.

– Ваш муж? – переспросила Анна Роджерс. – А я думала… – Она осеклась, и повисло неловкое молчание.

– Так, значит, вы уедете? – Этот вопрос задал Лайонел Блейк, великодушно избавив меня от необходимости разъяснять свои семейные обстоятельства. До сих пор он не проронил ни слова, хотя слушал с явным интересом.

– Не знаю. А вы? – обратилась я ко всем.

Теперь мой вопрос вызвал неловкую паузу.

– Мы тоже не знаем, – промямлила наконец Анна Роджерс. – Звучит ужасно бесчувственно, но, пожалуй, мы останемся здесь до конца.

– Номера оплачены, – пожал плечами Роджерс, накалывая на вилку кусочек копченой рыбы.

– По-моему, это чудовищно, – негромко произнесла Лариса Хэмильтон. – Я бы хотела вернуться домой… Чем скорее, тем лучше.

– Глупости, Лариса. – Мне показалось, ее муж заговорил несколько громче, чем было необходимо, тем более что они сидели рядом. – Руперт был душой нашей компании. Он бы наверняка хотел, чтобы мы остались. Какой смысл укладывать пожитки и мчаться домой.

– Вероятно, Эммелина поедет с… ну, с телом, когда здесь все закончится, – сказала Анна Роджерс. – До похорон еще несколько дней, мы успеем вернуться в Лондон.

– Жизнь продолжается, а? – чуть ли не с вызовом сверкнул глазами Хэмильтон.

Вроде бы больше говорить было не о чем, и я встала из-за стола.

– С вашего разрешения, пойду приму аспирин. Голова разболелась.

Когда я выходила из столовой, мне очень хотелось думать, что, если бы беда случилась со мной, мои друзья печалились бы чуточку больше.