Вуаль темнее ночи - Ольга Баскова

– Петя должен просмотреть их истории болезни и поговорить с лечащими врачами, – пояснил Скворцов с набитым ртом. – А у тебя есть мысли на этот счет?

– Есть, – подтвердила Зорина. – Чутье мне подсказывает: девушка не виновата. Ты считаешь, что Лавровский был способен только кинуть пятаки в шампанское или кофе, и то побоялся это сделать, а я думаю аналогичное про эту Веру. Она, мне кажется, тоже способна только выколоть глаза циркулем, и то на снимке.

– Почему ты так думаешь? – удивился майор. – Ведь про вас, женщин, все говорят: если вас бросить, вы мстите самым страшным образом.

Журналистка скривила губы:

– Неужели? Странно, но я не знаю, откуда пошло это утверждение. Оно неверно. Женщины бывают разные. Вот я, например, как ты думаешь, что стала бы делать, если бы меня бросил любимый мужчина?

Супруг пожал плечами:

– Затрудняюсь ответить.

– Тогда я тебе отвечу, – отозвалась журналистка. – Я бы ему отомстила тем, что быстро нашла бы другую любовь. И заметь, я не мечтательница и никогда не грезила о принце на корабле с алыми парусами. А мечтательницы не способны даже на такое. Они могут проткнуть глаза на снимке и вместе с этим терпеливо ждать, когда же прекрасный принц из их сказки вернется, чтобы увезти. Вера относится именно к такому типу женщин. Она запросто простила бы Роману даже каждодневные измены, правильнее даже сказать, не замечала бы их, если бы он убедил ее, что это нужно для их счастья. И я просто уверена: Вера до гибели Бучумова надеялась на лучшее. То есть что он к ней вернется.

Костя почесал затылок:

– Может, ты и права. Только пока мы не знаем, как доказать ее невиновность.

– Очень просто, – подсказала Зорина. – Найдите настоящего убийцу.

– А мы что, по-твоему, делаем? – Майор шутливо сдвинул брови и подцепил очередной вареник. – А теперь давай выкладывай про материал о Бучумове. Что там заслуживает внимания?

– Эту личность нужно хорошо проверить, – начала жена. – Расскажу тебе о том, что показалось мне странным. Ну, во-первых, молодой парень только оканчивает вуз и попадает в ведущий театр нашего города. Мало того, становится ведущим актером.

Костя дернул головой:

– Не вижу ничего странного. Сейчас это сплошь и рядом.

– Не согласна, – парировала Зорина. – Ты ведь знаешь наш театр. Туда без протекции не попадешь, а если и попадешь, то не получишь главные роли несколько лет точно. Но это только первое. Есть еще второе. Бучумов до недавнего времени жил с матерью, и они оба очень обрадовались, когда старший брат женился и перешел жить к супруге. Моя коллега выяснила: Роман жаловался, что квартиры ему не видать до конца жизни. А если встать на очередь, то стоять устанешь и придется лечь. И вдруг вскоре после его поступления в театр он покупает квартиру в центре города. Затем его видят на шикарной машине. Спрашивается, откуда все это?

Скворцов смазал вареник сметаной.

– Намекаешь, у него тоже был папик, как у этой Вороновой, ну, модели, на которой он отказался жениться? Но это не выдерживает никакой критики. Бучумов точно традиционной ориентации.

– А почему ты решил, что его папик – мужчина? – удивилась журналистка. – Я ставлю на женщину. Тогда все сходится. В смысле того, что можно объяснить, почему он так относился к женщинам и почему не женился, даже когда ему поступали выгодные предложения.

– Тогда почему он не женился на ней, своей покровительнице, назовем ее мамочкой? – вставил Скворцов.

Катя налила ему чаю.

– Причин может быть несколько. Вероятно, у дамы имеется муж, и она сама не хочет разрушать семью. Скорей всего, она намного старше и не хочет, чтобы ее имя трепали на каждом углу. В любом случае это известная в городе женщина. Уверена, они не афишировали свои отношения.

– Тогда как ее искать? – задумался Скворцов. – Постой, сегодня гример Лариса передаст Павлу список женщин, которые имели отношения с Бучумовым.

– Ее там не будет, – твердо сказала Зорина.

– Тогда что ты предлагаешь? – поинтересовался супруг.

Журналистка закрыла глаза.

– Понимаешь, – сказала она, немного подумав, – эта дама была все время рядом и в то же время не светилась. Однако нет ничего тайного, что бы не стало явным. Я уверена, детали, которые должны вспомнить свидетели, помогут вам.

Костя хотел что-то ответить, но тут у Кати зазвонил мобильный. Женщина быстро схватила его.

– Это мама. Наверное, нужно помочь втащить коляску, – она нажала кнопку вызова. – Да, мамочка. Хорошо, сейчас встретим.

– Я спущусь. – Скворцов глотнул чаю и побежал в коридор. Майор быстро натянул куртку, выскочил в подъезд и понесся по лестнице. Теща с дочерью ждали его у входной двери.

– А вот и моя принцесса, – полицейский схватил на руки дочь и запечатлел поцелуй на розовой щечке. – Ты скучала по папе?

Девочка смотрела на него с серьезным видом.

– Соскучилась, – предположила теща.

– А я думаю, она меня начинает забывать, – сказал Скворцов. – Эх, с моей работой в этом нет ничего удивительного.

– Ты прекрасный отец, – попыталась успокоить его женщина.

Майор махнул рукой и взялся за коляску:

– Не льстите мне.

Доставив домой родных, он бросил взгляд на часы. Нужно было ехать в отдел. Киселев не звонил, однако это не означало, что его помощь другу не понадобится. Костя снова взял на руки Полину.

– Папе пора на работу, – сообщил он ей. – Однако он скоро поймает преступника, и мы поедем с мамой на природу. Хочешь в лес?

Полина вдруг улыбнулась во весь беззубый рот и рассмеялась.

– Хочет, – констатировала Катя. – А значит, придется ехать. Иди лови своих бандитов. Только не забывай информировать меня.

– Разумеется.

Он опустил дочку на пол, обнял жену и выскользнул за дверь.