Дело о тонущем утенке - Эрл Стенли Гарднер

– Это небольшой голливудский скандальный листок. Явидела несколько номеров. В то время он был полон завуалированных намеков нанекрасивые поступки каких-то кинозвезд.

– Так это все-таки газета?

– Не совсем. Она издается в форме опросника, если можнотак выразиться… Кто угадает, о ком идет речь, и назовет имя. Впрочем,посмотрите на обороте, и вам станет ясно.

Делла Стрит ткнула пальцем в одну заметку:

«Около двухсот сорока наших подписчиков правильно назваликинозвезду, о которой мы писали на прошлой неделе, ту самую, которая решила,что перещеголяет всех в оригинальности, устроив марихуана-пати у себя в салоне.Как известно, дурной пример заразителен, и…»

Мейсон не стал читать дальше.

– И все же позвони в офис Полу Дрейку. Если он наместе, попроси его прийти сюда на пару минут. Я хочу поговорить с ним.

Через несколько минут Делла сообщила:

– Он сейчас придет, шеф. – Потом спросила ссомнением в голосе: – Неужели вы надеетесь, что ниточка мисс Икс еще необорвана?

– Понимаешь, Делла, никогда не доверяю я окружнымпрокурорам.

Мейсон глубоко засунул руки в карманы брюк.

– Они вам платят той же монетой, кстати сказать!

Усмешка Мейсона свидетельствовала, что он с этим полностьюсогласен.

– Так вот, судя по газетным публикациям, в данномслучае окружной прокурор договорился с защитником, что во время судебногопроцесса молодую особу, с которой убитый якобы собирался бежать, будутименовать «мисс Икс». Это самая крупная ошибка, которую допустил адвокат Эйдамса.

– Почему?

– Потому что это было равноценно публичному признаниютого, что он не верит своему клиенту. Ты ведь помнишь, Эйдамс заявил полиции,что Лэтвелл признался ему в своем намерении бежать с этой самой мисс Икс.Потом, когда был найден труп Лэтвелла, зарытый в подвале фабрики, полицияпришла к заключению, что его показания – вранье. Договоренность защитника собвинителем о сохранении тайны личности мисс Икс доказывает, что защитникразделял мнение полиции. Во всяком случае, члены жюри расценили это именно так.

Делла медленно кивнула.

– А вот этого-то как раз я и не могу понять. Со стороныокружного прокурора было бы логично использовать эти первоначальные показанияЭйдамса в качестве улики, затем вызвать женщину, о которой тот говорил, дабыона публично и под присягой заявила о том, что никогда не вела подобныхразговоров с Лэтвеллом.

– Ну да… А почему же он этого не сделал?

– Да только потому, что подобная договоренностьисключала такую необходимость. Когда адвокат Эйдамса заявил, что данная особане будет фигурировать на процессе, и назвал ее только «мисс Икс», присяжныепришли к заключению, что обвинитель и защитник точно установили, что Эйдамслжет. Ну а если он не лгал? Предположим, что Лэтвелл действительно собиралсяудрать с этой девушкой. Ты понимаешь, какие это открывает возможности?

– Но неужели она не созналась бы добровольно в беседе сокружным прокурором?

– Нигде нет упоминания о том, что окружной прокурорвообще с ней беседовал. Она…

Их прервал условный стук Пола Дрейка в дверь.

– Открой ему, Делла.

В руках у Пола было штук шесть телеграмм.

– Ну, Перри, мы постепенно кое-что выясняем.

Мейсон кивнул:

– Хорошо, сначала ты выкладывай, потом наступит мойчеред.

– Милтера нет в Вилтмировских апартаментах. Мнедумается, я знаю, где его следует искать!

Мейсон приподнял брови:

– В Эль-Темпло?

– Точно.

– И давно он там?

– Четыре-пять дней.

– Где?

– В многоквартирном доме на Синдер-Бутт-авеню, номеродиннадцать шестьдесят два. Это небольшой, всего в два этажа, деревянный барак,который был переделан в дом с меблированными квартирами. Впрочем, их там всегочетыре. Две квартиры наверху, две на первом этаже, четыре отдельных входа.

– Интересно…

– Не правда ли? Но это еще не все. Молодая женщина,некая Альберта Кромвелл, выдает себя за его жену. Она отправилась следом за нимв Эль-Темпло, узнала, что квартира рядом свободна, и сняла ее.

– Он знает, что она там!

– Разумеется. Ее имя значится на почтовом ящике:«Альберта Дж. Кромвелл».

– Почему же она не поехала с ним?

– Если бы я знал.

Мейсон протянул Дрейку конверт и газетную вырезку.

– Это мне доставили несколько минут назад специальнойпочтой.

Дрейк начал было читать вырезку, потом отложил ее в сторону.

– Не спеши, я еще не все тебе доложил. Блондинка изконторы Оллгуда проскользнула в аптеку, чтобы позвонить там из автомата. Мойоперативник тут же зашел в соседнюю кабину и подслушал ее разговор.Догадываешься о чем?

– Не тяни!

– Она звонила на автобусную станцию в Пасифик-Грейхаус,чтобы заказать билет на автобус до Эль-Темпло.

Глаза Мейсона сверкнули.

– Я хочу, чтобы за ней все время следили!

– Не беспокойся. Мой оперативник заказал билет на тотже автобус… А это что такое?

– Похоже на вымогательство. Прочти!

Дрейк прочитал статейку, потом вытянул губы и свистнул, чтоон всегда делал в минуту сильного возбуждения.

– Это Милтер, вне всякого сомнения.

– До меня что-то не доходит…

– Что до тебя не доходит?

– Я просто этого не понимаю, только и всего.

– Глупости, Перри, все просто как дважды два. АгентствоОллгуда охотно принимает на работу любого проходимца, который знает все ходы ивыходы и не отличается особой щепетильностью. Милтер принадлежит к их числу.Когда Визерспун потребовал от него ежедневных отчетов по телефону, то самоличносунул ему карты в руки. Милтер не стал ротозейничать, решив нагреть руки спомощью шантажа.

– На каком основании?

– Пригрозив обнародовать выясненные им факты.

Мейсон покачал головой:

– Визерспун никогда не стал бы платить ему за молчание.

– Заплатил бы, если бы его дочь решила выйти замуж заэтого парня.

Мейсон, немного подумав, снова покачал головой:

– Нет, до свадьбы он ни за что не раскошелился бы!

– В таком случае Милтер как раз и дожидается этойсвадьбы. Туда он приехал как сторожевой пес, чтобы не пропустить нужный момент.