Дело одинокой наследницы - Эрл Стенли Гарднер

– Женщина.

– И кто же это может быть?

– Миссис Роберт Каддо.

Мейсон откинул голову назад и захохотал.

– Но почему ты решила, что я не хочу ее видеть?

– Она вышла на тропу войны.

– А причина?

– Мне она об этом говорить отказалась.

– Семейка Каддо начинает мне надоедать.

– Я ей объяснила, что вас может не быть целый день, что вывстречаетесь с клиентами только по предварительной записи и отказываетесьразговаривать с кем-либо, кто в общих чертах не обрисовал мне суть дела.

– И что?

– Она села на стул, поджала губы и сказала: «Я готова ждатьего хоть неделю».

– Она давно здесь?

– Больше часа. Она уже была в коридоре, когда Гертиоткрывала офис, а когда я пришла, то сразу же переговорила с ней.

Мейсон добродушно рассмеялся.

– Что она собой представляет, Делла?

– Моложе его, неплохо выглядит, но на данный моменточарование потеряно и она не собирается никого завлекать. Сейчас ей не хватаеттолько скалки – тогда были бы соблюдены все детали.

Мейсон присел на край своего огромного письменного стола,зажег сигарету и вопросительно посмотрел на Деллу:

– Как ты думаешь, какого черта ей здесь надо?

– Наверное, Каддо пытается использовать вас как алиби.

– Ты абсолютно права, – согласился Мейсон. – Ему надооправдаться за свои отношения с Марлин Марлоу. Ладно, Делла, зови ее.

– Я вас предупредила: она на тропе войны.

– Разгневанные женщины – часть каждодневной рутины вадвокатской конторе. Давай посмотрим на нее.

– Сядьте в кресло, – посоветовала Делла. – Взъерошьтеволосы, разложите вокруг справочники, покажите, что очень заняты. Вы должнывыглядеть достойно и очень официально, потому что в противном случае мнепридется вызывать врача, чтобы вытаскивать обломки скалки из вашей головы.

Мейсон расхохотался, сел за стол, раскрыл несколько книг изастыл с ручкой над листом бумаги.

– Ну как, Делла?

Она критически осмотрела его и заявила:

– Не пойдет. У вас чистый лист бумаги.

– Ты права, – согласился Мейсон и сразу же стал писать:«Пришло время всем порядочным людям помочь своим клиентам».

Делла Стрит обошла вокруг стола и перегнулась через плечоадвоката, чтобы посмотреть, что он написал.

– Пойдет?

– Прекрасно. Скажу миссис Каддо, что вы очень заняты иработаете над важным документом, но сможете уделить ей пять-десять минут.

– Вперед, Делла.

Она вышла из кабинета и вернулась через несколько секундвместе с миссис Каддо.

– Он сейчас роется в справочниках, чтобы выяснить одинвопрос. Пожалуйста, не прерывайте его.

Подыгрывая Делле, обложившийся книгами Мейсон начал писатьбессмысленные слова на лежащем перед ним листе бумаги.

Миссис Каддо оттолкнула Деллу Стрит в сторону и закричалавысоким пронзительным голосом:

– И у меня есть проблема, на которой он можетсконцентрироваться! Как он посмел послать моего мужа охотиться за какой-томелкой шлюхой? Была бы моя воля, я бы таких юристов заставила платитьнеустойку. Разрушать нашу семью!

Мейсон оторвал взгляд от листа и рассеянно переспросил:

– Каддо… Каддо? Вы – миссис Каддо? Где я раньше слышал этоимя, Делла?

– Вы отлично помните, где его слышали! – заорала миссисКаддо. – Вы консультировали моего мужа. Вы посоветовали ему связаться с этойшлюхой. «Мой адвокат обо всем знает!» – заявил мне Роберт. Деловой вопрос, какон говорит. Он не думал, что я узнаю, к кому он обращался, но я оказаласьумнее. Я заглянула в его чековую книжку и там – о боже! – ясно, ясно как день.Корешок чека на имя Перри Мейсона, который нагрел семью на пятьсот баксов. Зачто? За то, что послал моего мужа распускать хвост перед виляющей бедрамибрюнеткой?!

– Ах да, Роберт Каддо, издатель, – Мейсон сделал вид, чтотолько что его вспомнил. – Садитесь, миссис Каддо, и расскажите, что васбеспокоит.

– Вы прекрасно знаете, что меня беспокоит. Издатель РобертКаддо – аферист и жулик.

– В самом деле? – Мейсон поднял брови.

– И я вам к этому еще кое-что добавлю, – продолжала она,воинственно надвигаясь на Мейсона. – Какой бы он ни был – он мой! Я надела нанего кольцо и не собираюсь его отпускать. Я уже достаточно натерпелась, чтобыпоседеть, но я в него много вложила и поэтому не позволю никому его у меняотобрать. Ясно?

– Ясно, – ответил Мейсон.

– Если бы все можно было начать сначала, я бы за него и замиллион не вышла, но мне казалось, что он на правильном пути, да и он меняуговорил, и я все продолжала за него держаться, думая, что в конце концов все унас наладится.

– Вы давно женаты?

– Семь лет. Совсем недолго, если оглянуться, не сто пятьдесяти не двести.

Мейсон откинул голову назад и расхохотался.

– Давайте, смейтесь, – гневно сказала она. – Вам это кажетсясмешным. Я в те годы неплохо выглядела, а у Роберта водились кое-какие деньги.Я его не любила, но не думала, что он окажется таким подлецом. Мы связалисудьбы на радость и на горе, и я по-настоящему старалась, чтобы из нашего союзачто-то вышло. Я так натерпелась! Несколько раз казалось, что пора все бросить,но я продолжала держаться, и постепенно, маленькими частями, Боб началприобретать какое-то имущество. Теперь он приближается к возрасту, когдавременами мужчины срываются с пути истинного, и мне это не нравится.

– Вы еще молоды, миссис Каддо, и, бесспорно, привлекательны,– сделал комплимент Мейсон. – Если вы считаете, что ваша жизнь разбита…

– Я не сказала, что моя жизнь разбита. Я не из тех женщин,что ходят и плачутся, что отдали мужчине лучшие годы своей жизни. Лучшие годымоей жизни никогда не принадлежали Бобу Каддо, хотя не исключено, что он такдумает. Но почему мой козел волочится за этой брюнеткой и поет мне, что простоследует совету своего адвоката?

– Меня бы это тоже беспокоило, – признался Мейсон. – Лучшесядьте и расскажите мне все подробно.

– Я слишком рассержена, чтобы садиться.

– Хорошо, тогда рассказывайте стоя.

– Кто такая Марлин Марлоу? – спросила миссис Каддо.