Шпион, пришедший с холода. Война в Зазеркалье - Джон Ле Карре

Холдейн подошел к печке и стал греть руки, потирая одну о другую, как шелушат зерна пшеницы.

– Теперь о том, что происходит в Будапеште. – Леклерк заговорил громче – отчасти чтобы подчеркнуть важность своих слов, отчасти чтобы развеять ту атмосферу излишней близости, грозившую возникнуть между ним и подчиненными. – Это полная реорганизация. Ни много ни мало. Они передвигают бронетехнику ближе к границе, понимаете? В нашем министерстве тоже поговаривают о смене стратегии. Там всем этим весьма заинтересовались.

– Им это интереснее, чем происходящее в зоне действий «Майской мушки»? – спросил Эвери.

– Нет, ни в коем случае, – тут же поспешил успокоить его Леклерк. – Это две части одной и той же проблемы. Они там мыслят масштабно – надо понимать такие вещи. Передвижение там, маневр здесь. Все необходимо сложить в единую картину.

– Ну, разумеется, – тихо произнес Эвери, – мы же не в состоянии охватить взором всего, не так ли? – Он словно старался облегчить Леклерку задачу. – Нам не видна более отдаленная перспектива.

– Когда вернемся в Лондон, – сказал Леклерк, – вы просто обязаны отужинать со мной, Джон. Вы и ваша супруга. Я давно собирался пригласить вас. Мы отправимся в мой клуб. Они потрясающе готовят в семейном зале. Вашей жене наверняка понравится.

– Да, вы упоминали об этом. И я уже говорил с Сэрой. Мы с радостью примем приглашение. У меня как раз гостит теща. Будет кому посидеть с ребенком.

– Вот и отлично. Только не забудьте.

– Мы будем ждать этого вечера с нетерпением.

– А меня уже никуда не приглашают? – спросил вдруг Холдейн игриво.

– Ну конечно же, и тебя я рад буду видеть, Адриан. Как раз четверо за столом. Превосходно! – Его голос слегка изменился. – Между прочим, домовладелец в Оксфорде жалуется на вас. Утверждает, что его собственности нанесли ущерб.

– Ущерб? – злым эхом повторил Холдейн. – Какой еще ущерб?

– По всей видимости, мы перегрузили их электросеть. Часть проводки выгорела. Я распорядился, чтобы Вудфорд уладил это дело.

– Нам нужно собственное помещение, – заметил Эвери. – Тогда не придется ни о чем беспокоиться.

– Полностью согласен. Я уже говорил об этом министру. О необходимом нам тренировочном центре. Он с энтузиазмом поддержал идею. Теперь ему уже самому хочется создать нечто подобное. Дело вступает в новую фазу. Уже поговаривают об ОНП – операциях по незамедлительной проверке информации. Министр предлагает подобрать здание и арендовать его на шесть месяцев. Вопрос оплаты он лично обещал уладить в министерстве финансов.

– Это потрясающая новость, – сказал Эвери.

– Да, это будет крайне полезно. Но мы не должны злоупотреблять оказанным нам доверием.

– Само собой.

Потянуло сквозняком, а потом донесся звук чьих-то осторожных шагов на лестнице, ведущей на сеновал. В проеме двери возникла мужская фигура в дорогом пальто из коричневого твида, рукава которого казались чуть длинноватыми. Это был Смайли.

22

Смайли окинул взглядом чердачную комнату, посмотрел на Джонсона, уже надевшего наушники и возившегося с ручками управления своей рации, на Эвери, который через плечо Холдейна разглядывал план выходов на связь, на Леклерка, стоявшего по-солдатски прямо. Леклерк единственный сразу заметил Смайли, но, судя по выражению его лица, мыслями находился где-то очень далеко.

– Что вам здесь нужно? – спросил он после паузы. – Чего вы от меня хотите?

– Прошу прощения, но меня сюда направили.

– Как и нас всех, – заметил Холдейн, не оборачиваясь.

В голосе Леклерка зазвучали нотки враждебности:

– Это моя операция, Смайли. И здесь нет места для ваших людей.

На лице Смайли не отразилось ничего, кроме сострадания, а в его тоне слышалось лишь бесконечное терпение, необходимое, когда разговариваешь с человеком не совсем адекватным.

– Меня послал не Шеф, – сказал он. – Это сделало ваше министерство. Они попросили меня оказать им услугу, и Шеф дал свое согласие. Министерство выделило для меня самолет.

– Зачем? – спросил Холдейн. Можно было подумать, что ситуация даже забавляет его.

Один за другим они встряхивались, словно выходили из какого-то общего для всех сна. Джонсон снял наушники и бесшумно положил их на край стола.

– Ну? – спросил теперь уже Леклерк. – Так зачем же они вас послали?

– Меня вызвали прошлой ночью. – Смайли сумел интонацией дать понять, как был изумлен сам. – Должен признать, я в восхищении от того, как вы провели эту операцию. Вы и Холдейн. Все было сделано в общем-то на пустом месте. Скрупулезно задокументировано… Библиотечная копия, оперативная копия. Все опечатано до последнего протокола совещания. Как на войне. Должен вас с этим поздравить. Я действительно под большим впечат…

– Они показали вам наши досье? Наши папки? – в полном недоумении спросил Леклерк. – Это грубое нарушение закона о государственной тайне. Вмешательство одного ведомства в дела другого. Вы пошли на должностное преступление, Смайли. Это же сумасшествие! Адриан, ты слышал, что он сказал?

– У вас назначен на сегодня сеанс связи, Джонсон? – спросил Смайли.

– Так точно, сэр. На двадцать один ноль-ноль.

– Меня больше всего поразило, Адриан, что даже ты посчитал полученную информацию достаточно убедительной для развертывания столь крупной операции.

– Холдейн не несет за это личной ответственности, – резко вмешался Леклерк. – Решение принималось коллективно. Нами, с одной стороны, и министерством – с другой. – Его голос снова поменял тональность. – Когда мы закончим с сеансом связи, Смайли, я потребую от вас подробного ответа на мой вопрос. Как вышло, что вас допустили к нашим секретнейшим материалам? – Это был его официальный тон, голос докладчика, властный и требовательный. И впервые в нем прозвучало что-то похожее на оскорбленное чувство собственного достоинства.

Смайли вышел в центр комнаты.

– Случилось кое-что, о чем вы пока узнать не могли. Лейсер убил человека. Убил у самой границы. Зарезал ножом при переходе на ту сторону. Всего в каких-нибудь двух-трех милях отсюда.

– Но это абсурд, – вмешался Холдейн. – Почему вы считаете, что убийство совершил именно Лейсер! Нож мог пустить в ход какой-нибудь перебиравшийся на Запад. Да кто угодно!

– Они обнаружили следы, которые вели на восток. Пятна крови в домике у озера. Все уже попало в восточногерманские газеты. А со вчерашнего вечера это передают во всех выпусках новостей по радио…

– Ушам своим не верю! – вскричал Леклерк. – Я не верю, что он мог пойти на такое. Это очередной коварный трюк вашего Шефа.

– Уверяю вас, нет, – мягко сказал Смайли. – Вам придется мне поверить. Потому что я говорю правду.

– Но они убили Тейлора, – упорствовал Леклерк. – Надеюсь, вы не забыли об этом?