Танец на кладбище - Линкольн Чайлд

Официантка принесла им сандвичи: один с копченой говядиной под русским соусом для д’Агосты, второй, с беконом, салатом и помидорами, — для Лауры Хейворд.

— Еще кофе? — спросила она.

— Будьте любезны.

Понаблюдав, как потрепанная официантка наливает ему кофе, д’Агоста повернулся к Хейворд.

— Вот какие у нас дела, — подытожил он.

Д’Агоста пригласил капитана Хейворд на обед, чтобы ускорить расследование. Правда, она больше не занималась убийствами. Получив новое назначение, она работала в отделе комиссара полиции, где ей светило весьма многообещающее повышение по службе. «Уж если кто заслуживает повышения, так это она», — грустно подумал д’Агоста.

— Ты читала?

Хейворд бросила взгляд на газету, которую он принес с собой.

— Да.

Д’Агоста покачал головой.

— Представляешь, какую чушь написали. Теперь нас осаждают всякие ослы, приходят анонимные письма, которые надо проверять, звонят физики и гадатели на картах Таро… Ты же знаешь, какой гвалт поднимается в этом городе, когда печатают такие вот страшилки. Только этой хрени мне сейчас и не хватало.

Хейворд чуть заметно улыбнулась:

— Я тебя понимаю.

— А люди верят в эту чепуху.

Отбросив газету, он пригубил кофе.

— Ну, так что ты обо всем этом думаешь?

— Ведь у тебя есть четыре свидетеля, которые клянутся, что убил именно Феринг?

— Пять, если считать жену убитого.

— Нора Келли.

— Ты ведь ее знаешь?

— Да. И Билла Смитбека тоже. Хороший был журналист, только очень рисковый. Настоящая трагедия.

Д’Агоста начал есть бутерброд. Говядина постная, соус подогрет — то что надо. Когда он злился, у него всегда разыгрывался аппетит.

— Значит, это Феринг или кто-то на него похожий. Он умер, а может быть, и нет. Все очень просто. У вас уже есть результаты генетического анализа?

— На месте преступления была обнаружена кровь двух людей — Смитбека и еще одного человека, пока не идентифицированного. Мы получили образцы ДНК матери Феринга и сейчас сравниваем с обнаруженной кровью.

Д’Агоста замолчал, размышляя, стоит ли говорить ей о том, как они добыли образцы ДНК. Нет, лучше не надо. Это не вполне законно, а Хейворд была весьма щепетильна в этих вещах.

— А если это не Феринг, то кому и зачем понадобился весь этот маскарад?

— Хороший вопрос. А что думает по этому поводу Пендергаст?

— Разве кто-нибудь когда-нибудь знает, о чем думает этот парень? Но я тебе вот что скажу: он очень заинтересовался этими вудуистскими штучками, которые нашли на месте преступления, хотя виду и не подает. Но занялся ими всерьез.

— Это те предметы, которые упомянуты в газете?

— Да. Блестки, пучок перьев, пергаментный пакетик с пылью.

— Гри-гри, — пробормотала Хейворд.

— Не понял.

— Талисманы вуду, защищающие от злых духов. Или, наоборот, напускающие порчу.

— Я тебя умоляю. Мы имеем дело с психопатом. Преступление совершено спонтанно. В записи видно, что парень явно под кайфом.

— Хочешь знать мое мнение, Винни?

— Конечно.

— Эксгумируйте тело Феринга.

— Именно это мы и собираемся сделать.

— И я бы проверила, кому Смитбек насолил своими статьями в последнее время.

— Этим мы тоже занимаемся. Похоже, все, что он писал, кого-то здорово задевало. Его редактор в «Таймс» дал мне список его последних заданий, и сейчас мои люди это изучают.

— Ты все делаешь правильно, Винни. Мне только кажется, что преступление это не такое «спонтанное», как ты думаешь. Наоборот, оно могло быть очень тщательно спланировано и осуществлено.

— Мне так не кажется.

— Не стоит делать поспешных выводов.

— Извини.