Дело о позолоченной лилии - Эрл Стенли Гарднер

В семь часов Пол Дрейк снова был в кабинете Мейсона.

– Что ты знаешь о Бинни Денхеме? – спросил Дрейк.

– А что ты знаешь о нем? – задал встречный вопрос Мейсон.

– Только то, что знает полиция. Но информация растет. Онснимал сейф вместе с Генри Эльстоном. Эльстон побывал в банке, и теперь полицияне может его найти. Этого следовало ожидать. Полиция узнала, где жил БинниДенхем. Это дом для одиноких мужчин. Полиция считает, что это веселоезаведение.

– Что они нашли?

– Сорок тысяч долларов наличными были запрятаны под ковром.Стодолларовые купюры. Часть ковра сильно износилась, и найти тайник былонетрудно. Весь пол был выложен деньгами.

– Налог?

– Еще не выяснено. Утром они проверят спискиналогоплательщиков.

– Пока неплохо, – заметил Мейсон. – Что еще ты знаешь?

– Полиция склонна считать, что Бинни Денхем занималсяшантажом и был убит своей жертвой. Мужчина и девушка в мотеле, которые занималисмежные номера, могли быть его жертвами. Полиция пока не может найти подход ник одному из них. Мужчина проходит как мистер X – известный, влиятельныйбизнесмен, а мисс Y – его развлечение или, возможно, кандидатура на должностьмиссис X. Полагают, что Бинни пронюхал об их связи, заставил платить и темувеличил свою коллекцию денег.

– Очень интересно, – заерзал в кресле Мейсон. – Как БинниДенхем узнал об этом?

– У него под ковром сорок тысяч. Такие деньги не дарят безоснования.

– Интересно!

– Ты хочешь сохранить свой нос чистым? – с иронией спросилДрейк.

– Что ты имеешь в виду?

– Ты кого-то представляешь. Я не спрашиваю тебя, кто это, нополагаю, что это мистер X.

– Не трать напрасно время на предположения, Пол, –посоветовал Мейсон.

– Если ты представляешь мистера X, – продолжал Пол Дрейк, –остается надеяться, что он не оставил хорошего следа. Такие вещи могут бытьочень опасными.

– Я знаю, – согласился Мейсон. – Хочешь кофе, Пол?

– Не откажусь, – обрадовался Дрейк.

Делла налила детективу чашку кофе. Дрейк глотнул ипоморщился.

– В чем дело? – спросил Мейсон.

– Кофе из термоса, – скривился Дрейк. – Держу пари, егосварили в полночь.

– Ты не прав, – возмутилась Делла. – Я наполнила термоспосле трех.

– Возможно, ошибся мой желудок, – извиняющимся тономпроизнес Дрейк.

– Кто-нибудь слышал выстрел? – Мейсон перевел разговор вделовое русло.

– Многие, – ответил Дрейк. – Некоторые считают, что стрелялив восемь пятнадцать, другие полагают, что в восемь сорок пять, а третьи – вдевять тридцать. Полиция уточнит время после вскрытия. Плохо то, что мотельрасположен близко к автостраде и там сильное движение. Проносятся грузовики, азвук выстрела похож на выхлоп. Люди не обращают внимания на эти звуки.

Пойду вниз и поем, – сказал Дрейк, допивая все жезабракованный им кофе. – Пойдем вместе, Перри?

Мейсон покачал головой.

Минут через двадцать после ухода Дрейка в кабинет Мейсонапостучали. Делла открыла дверь, и в комнату, воровато озираясь, скользнулаЭльза Гриффин.

– Вы похожи на красавицу шпионку, которая только что выкралау доверчивого генерала секрет новейшего атомного оружия, – пошутил Мейсон.

– Я выполнила работу, – с гордостью заявила она.

– Отлично! Рассказывайте.

– Когда я приехала туда, все было спокойно. Полицейскаямашина стояла в гараже, и двое полицейских прогуливались возле пятнадцатого ишестнадцатого номеров.

– Что сделали вы?

– Я подъехала к двенадцатому номеру, оставила машину, вошлав номер и зажгла свет. Некоторое время я ждала, пока кто-нибудь явится, нехотела, чтобы меня накрыли, когда буду снимать отпечатки пальцев. Ну и пришелуправляющий. Он постучал в дверь, вошел и начал меня внимательно разглядывать.Очевидно, он обалдел, увидев, что я вернулась и спокойно веду себя.

– Дальше.

– Я рассказала ему, что встретилась с друзьями, немноговыпила и прилегла поспать, чтобы не ехать пьяной, поэтому и вернулась такпоздно.

– Он сказал что-нибудь?

– Об убийстве ни слова. Он сказал, что случилась небольшаянеприятность, не объясняя, какая именно, еще сказал, что в мой номер приходилаженщина. И спросил, все ли у меня в порядке. Я сказала, что договориласьвстретиться с подругой, просила подождать меня и специально оставила незапертойдверь. Но вышло так, что я опоздала.

– Он подозревает вас?

– Немного. Он еще раз упомянул о неприятности, о тойженщине, и все.

– Он сказал вам что-нибудь о времени? – спросил Мейсон.

– Ну, точного времени он не знает, но, насколько я поняла,это случилось вскоре после того, как я помчалась за блондинкой.

– Значит, все же это была блондинка?

– Да. Геральдина Коринг.

– Как насчет отпечатков?

– Я сняла их массу, но, боюсь, большинство из них мои, нонекоторые, видимо, чужие. У меня их двадцать пять, и все достаточно хороши. Яих пронумеровала и отметила в записной книжке места, с которых их сняла.

– Вы ликвидировали их перед уходом?

– Я промыла все, что можно, водой с мылом, а потом вытерласухим полотенцем.

– Оставьте свои отпечатки, чтобы я мог отдать их длясравнения Полу Дрейку. Будем надеяться, что вы сняли отпечатки и этой женщины.У вас есть идея, кто бы это мог быть?

– Нет. Я просто понять не могу, почему кто-тозаинтересовался моим номером.