Опасное наследство - Кен Фоллетт

– Это скорее было раньше.

– Он мог отлучиться в уборную или куда-то еще.

– Но в таком случае у него было слишком мало времени. – Лицо Эдварда вытянулось в недоверии.

Надежда в душе Хью вновь погасла. Ему удалось заронить семена сомнения, но сомневался Эдвард недолго.

– Ты говоришь первое, что взбрело тебе в голову, – продолжил Эдвард. – Никакой Мики не убийца. Это просто бессмыслица.

В отчаянии Хью решил рассказать ему о Питери Миддлтоне. Если Эдвард не верит в то, что Мики мог убить Солли одиннадцать лет назад, как он поверит в то, что Мики убил Питера двадцать четыре года назад? Но попытаться стоило.

– Мики убил Питера Миддлтона, – сказал Хью, боясь, что Эдвард сочтет эти его слова еще более абсурдными.

– Это не смешно! – гневно воскликнул Эдвард.

– Да, ты думаешь, что Питер погиб из-за тебя. Я знаю. Ты не давал ему вырваться и окунал его с головой в воду, а потом погнался за Тонио. Ты думаешь, что Питер слишком устал и не смог доплыть до берега. Но ты не знаешь кое-чего еще.

– Чего именно? – несмотря на сомнения, Эдвард был явно заинтригован.

– Питер очень хорошо плавал.

– Он был дохляк!

– Да, но он все лето тренировался плавать. Каждый день. Силачом он не был, но мог бы свободно проплыть несколько миль. Он без труда доплыл до берега, это видел Тонио.

– И… – Эдвард нервно сглотнул. – И что же еще увидел Тонио?

– Пока ты взбирался вверх по берегу карьера, Мики удерживал голову Питера под водой, пока тот не захлебнулся.

К удивлению Хью, Эдвард не стал протестовать, а спросил:

– Почему ты не говорил мне об этом раньше?

– Думал, что ты не поверишь. Сейчас я тебе рассказал, только потому что отчаялся переубедить предоставлять деньги Кордове. – Хью внимательно посмотрел на Эдварда и продолжил: – Но ты ведь веришь мне сейчас?

Эдвард кивнул.

– Почему?

– Потому что я знаю, зачем он это сделал.

– Что? – удивленно спросил Хью, много лет размышлявший о мотивах Мики. – Зачем Мики было убивать Питера?

Эдвард сделал большой глоток мадеры, а потом долго молчал. Хью боялся, что из него уже не вытянешь ни слова, но Эдвард заговорил:

– В Кордове семейство Миранда считалось богатым, но на их доллары много тут не купишь. Когда Мики приехал в Уиндфилд, он за несколько недель потратил все, что ему дали на год. Но он постоянно хвастался богатством своей семьи и из гордости не мог признаться в том, что это не так. Когда у него закончились деньги… он их украл.

Хью вспомнил скандал, происшедший в школе в июне 1866 года.

– Шесть золотых соверенов доктора Оффертона, – произнес он задумчиво. – Так, значит, это Мики был вором?

– Да.

– Так вот в чем дело…

– И Питер знал об этом.

– Откуда?

– Он видел, как Мики выходил из кабинета Оффертона. Когда объявили о краже, Питер догадался, что вор – Мики, и пригрозил обо всем рассказать, если тот не вернет деньги. Увидев Питера в пруду, мы подумали, что нам повезло. Я окунал его, надеясь запугать и заставить молчать. Но я не думал…

– Что Мики его убьет.

– И все эти годы он играл на моем чувстве вины, делал вид, что прикрыл меня тогда. Вот свинья.

Хью понял, что, несмотря на небольшие шансы, ему удалось поколебать веру Эдварда в Мики. На языке у него вертелась фраза: «Надеюсь, теперь ты передумаешь выделять деньги на строительство гавани в Санта-Марии». Но он боялся переусердствовать и подумал, что и без того многое рассказал. Пусть Эдвард сам приходит к выводам.

– Извини, что сообщил тебе такие неприятные вещи, – сказал он, вставая.

Эдвард погрузился в размышления, потирая пятна на шее.

– Ну да… – пробормотал он с отсутствующим видом.

– Мне нужно идти.

Эдвард ничего не сказал. Похоже, он даже забыл о существовании Хью и уставился в бокал. На глазах его выступили слезы.

Хью тихонько прошел к двери и закрыл ее за собой.