Кубинский зал - Колин Харрисон

— Теперь «о». Как в моем имени — п-О-О-ппи.

Я перехватил взгляд Элисон, и она чуть заметно кивнула в знак того, что мы должны потакать старику, если хотим чего-то добиться. Поппи, похоже, с каждой минутой становилось все хуже.

— О'кей, Поппи, очень хорошо. Мы написали «Кро…». Что дальше?

Он снова закрыл глаза.

— Теперь «л» и «а» — как Лос-Анджелес…

— «Л» и «а»?…

Поппи злобно улыбнулся мне. Теперь я был почти уверен, что он не просто пьян. Старик либо тронулся рассудком, либо получил крепкий удар по голове.

— Я видел много адвокатишек, похожих на тебя. Так вот: я всегда клал на них с пробором!..

— Да-да, конечно. — Я наклонился вперед, чтобы взглянуть на салфетку, но Поппи заслонил ее рукой:

— Эй, уберите-ка свой долинный нос, мистер!

Я послушно выпрямился, рассудив, что еще успею взглянуть на странную записку.

— Это все? — спросил я. — Больше ничего не надо писать?

— «Л» и «а». Или я уже это сказал?

— Сказал. Получилось что-то вроде «кролика»: «крола» или «крола».

— Верно.

Мне это слово ничего не говорило. Оно отдаленно напоминало чешскую или польскую фамилию, и я вспомнил, что в начале двадцатого столетия на востоке Лонг-Айленда селились польские иммигранты. Впрочем, не исключено было, что Поппи опять напутал что-то с правописанием — к примеру, пропустил две или три буквы и это было совсем другое слово.

— Что это значит? — спросил я. — Это чья-то фамилия?

Поппи отрицательно покачал головой.

— Это для Джея, — сказал он. — Ты передай ему, обязательно. А меня… Считайте, что меня тут не было и я вам ничего не говорил.

— Но это же совершенно бессмысленное слово, — возразил я. — «Крола» какая-то!.. — Я подумал о Марсено. Что я ему-то скажу?…

Тем временем Поппи снова сложил салфетку и с трогательной вежливостью протянул Элисон:

— Вы предадите Джею, мисс?

В ответ она кивнула и спрятала салфетку в сумочку.

— Элисон! — донесся сверху голос Ха. — Здесь какие-то люди, они хотеть видеть тебя.

— О'кей, впусти их! — крикнула она в ответ. На лестнице послышались шаги.

— Это тот парень, про которого я тебе говорил, — сказал я Элисон. — Он купил участок Джея. Его фамилия Марсено. Хорошо, что Поппи еще здесь.

— Я уже ухожу! — запротестовал Поппи. — Я должен уйти прежде, чем они здесь появятся.

В дверях появился Ха, его глаза были удивленно раскрыты.

— Мисс Элисон… — начал он, потом кто-то толкнул его в спину, и Ха, едва не споткнувшись, влетел в зал.

— Давай двигай, будда желтомазый!

Вслед за Ха в зал ввалились двое горилл Г. Д. с револьверами в руках; впрочем, оружие было направлено вниз. Остановившись, они внимательно огляделись по сторонам, и я припомнил, что более высокого звали Дэнни.

— Ступай внутрь!

— Кто вы такие? — спросила Элисон.

— Можете звать меня Гейб, — сказал второй громила, у которого был галстук и дорогие часы. — Мы ищем тех, кто потерялся, — такая у нас профессия. — Он взмахнул револьвером. — Ну-ка, сядьте все в одну будку, чтобы я вас видел.

Дэнни достал сотовый телефон и вопросительно взглянул на Гейба.

— Скажи его жирному высочеству, что его низкооплачиваемые гориллы застукали всю шайку в ресторане и что Великое Американское Трепло Уайет тоже здесь, так что пусть поторапливается, — велел Гейб, и Дэнни набрал какой-то номер. — Удачный день, — сказал Гейб, насмешливо поглядев на меня, и добавил, повернувшись к Поппи: — Кстати, приятель, спасибо.

— За что?!

— Ты поступил именно так, как мы рассчитывали.

— Я??!

— Сразу после нашей милой беседы ты помчался в Манхэттен, чтобы предупредить своих друзей и советчиков. — Он показал на меня, потом снова огляделся по сторонам. — Отличное местечко! Здесь можно шуметь сколько угодно — все равно никто не услышит!..

Еще минут десять все мы сидели молча. Я исподтишка рассматривал Гейба и Дэнни, ища следы волнения, следя за тем, как они дышат. Оба дышали совершенно нормально, очевидно, подобные ситуации были им не в новинку.

— Прошу прощения, но мне нужно в туалет, — сказала вдруг Элисон.

— Очень жаль, мисс, но ничего не выйдет.

— В конце зала есть туалетная комната.

— Кому-то придется пойти с вами, мисс.

— Будь по-вашему, — покорно вздохнула Элисон. Гейб дошел с ней до туалета, заглянул внутрь, потом впустил Элисон. Входную дверь он придержал рукой.

— Нет-нет, ту дверь тоже откройте! — приказал он. Я услышал, как Элисон что-то говорит слабым голосом.

— А мне на… ть, что вам неудобно. — Гейб повернулся, глядя на Элисон практически в упор. — Вот так-то лучше… Классное бельишко, мисс, и, наверное, очень дорогое. Небось из «Виктория сикрет»[40]?

— Правда, что ли? — подал голос Дэнни, поглядывая то на напарника, то на нас.

— Что-то не разберу.

— Как у нее с женским оборудованием?

— Нормально. Впрочем, ничего особенного… — ответил Гейб, продолжая следить за действиями Элисон. — Теперь бумагу, мисс, и побыстрее, пожалуйста.

Через минуту Элисон снова вышла в зал.

— Надеюсь, вы получили удовольствие, — холодно бросила она.

— Сядьте-ка рядом с китаезой, — приказал Гейб.

Наверху послышался шум — кто-то стучал в дверь. Может быть, это Марсено? — подумал я. Громилы быстро переглянулись.

— Босс? — спросил Гейб. — Так скоро? Ну-ка, проверь.

Дэнни повернулся и пошел наверх. Вскоре на лестнице послышались еще шаги, и в зал вошел высокий негр в длинном теплом пальто. Оглядев зал, он отступил в сторону, пропуская Г. Д., который ворвался внутрь с выражением вопросительным и агрессивным одновременно. Его лицо было наполовину скрыто темными очками-техно; круглая, наголо бритая голова походила на пушечное ядро. Последним в зал спустился Дэнни.

— А мне тут нравится, Ламонт! — объявил Г. Д., оглядываясь по сторонам и сверкая зубами. — Шикарное местечко! — Его взгляд остановился на мне. — А-а, белый пижон-адвокат! Я же тебе сказал — достань мне эти деньги, но ты не послушался, а теперь у тебя серьезные проблемы. — Он увидел Элисон и сдвинул очки на лоб. — М-м, а ты кто такая?

— Я — управляющая рестораном, и…

— Какая? Направляющая?… Мне будешь направлять? — Он показал пальцем на Ха. — Что тут делает этот древний китаеза?